Ночь в провансе
Шрифт:
– Мне тоже. Он был хорошим человеком. Давайте поговорим о чем-то более приятном, – добавил он после небольшой паузы.
Вчера он предложил ей то же самое. Было очевидно, что ему не нравилось говорить о его семье.
– О чем вы хотите поговорить? – спросила она.
– Как насчет ужина? Раз судьба снова нас свела, нам следует поужинать вместе.
– Судьба или администратор за стойкой? – усмехнулась Дженна.
– Это техническая деталь. С того момента, как я увидел вас на террасе, я знал, что нам суждено составлять
Он был дружелюбен и очарователен. Дженна была вынуждена признать, что его компания доставляет ей удовольствие. Она может с ним поужинать. Главное – не терять бдительность.
– Еда мне не повредит. Так же как и хорошая компания.
Он довольно улыбнулся, словно выиграл в лотерею.
– Ma chere, вам нужно больше, нежели просто еда. Вы должны познакомиться с французской кухней. Сегодня вечером я устрою для вас ужин, который вы никогда не забудете.
– Посмотрим, – ответила Дженна. – На меня не так легко произвести впечатление.
– Правда? – Он наклонился к ней, и в его глазах появился озорной блеск. – В таком случае я с удовольствием принимаю ваш вызов.
«Ты же понимаешь, что я пошутила насчет романа, правда? Я просто имела в виду, что тебе не нужно быть придирчивой».
«Я согласилась только на ужин. У меня не будет никакого романа». Что бы ни было на уме у Филиппа, их встреча закончится сразу после ужина. «Мимолетные интрижки меня не интересуют».
«Тебя ничего не интересует».
«Это неправда. Меня многое интересует».
«С каких пор?»
«С тех пор как…»
Немного помедлив, Дженна стерла начало сообщения. Она уже довольно долго ни с кем не встречалась. Кому нужен флирт и красивые ухаживания, если через несколько недель все это закончится? Она не собирается брать пример со своей матери.
«Прости мне мою избирательность».
Дженна прислонилась к изголовью кровати. Ей не нужен был телефон, чтобы узнать, что думает Ширли. За последние пару лет Дженна много раз слышала от своей подруги: «Ты слишком придирчива. Ты никогда никому не даешь шанса. Ты отвергаешь мужчину, не узнав его как следует».
Да, она требовательна, потому что ей не нужен мужчина, который уйдет он нее сразу, как только она ему надоест. Ширли должна ее понимать, как никто другой.
Телефон завибрировал, и она прочитала ответ Ширли:
«Этот парень, должно быть, особенный, раз ты уделяешь ему свое драгоценное время».
«Он нормальный».
На самом деле Филипп воплощал собой то, что не одобряла Дженна. Его интерес к ней был поверхностным, но он ее заинтриговал. Она давно уже не испытывала ничего подобного.
После их разговора на кухне Филипп проводил ее через сад до сувенирной лавки.
– До вечера, – сказал он и поцеловал ей руку.
От этого прикосновения по ее коже пробежал электрический разряд. Всю обратную дорогу до отеля она вспоминала
Телефон снова завибрировал.
«Всего лишь нормальный?»
«Ну, может, чуть лучше, чем нормальный».
Если бы ее подруга только могла его видеть.
«В таком случае действуй. Как говорится, то, что случается во Франции…»
«Ха-ха».
«Я просто советую тебе быть более открытой. Небольшое развлечение никому еще не навредило. Ты же помнишь, что Беатрис хотела, чтобы ты устроила себе приключение».
Дженна сомневалась, что под приключением Беатрис имела в виду секс с малознакомым мужчиной.
«Почему ты так настаиваешь на том, чтобы я развлеклась?»
«Потому что у меня опоясывающий герпес и ко мне никто не хочет приближаться. Ты должна повеселиться за нас двоих, а потом все мне рассказать».
«Прости, дорогая. Тебе придется удовлетвориться игрой воображения».
«Зануда».
«Мне нужно подготовиться к ужину. Поболтаем позже».
Она закрыла приложение, прежде чем ее подруга успела напечатать ответ. Бросив телефон на кровать, Дженна уставилась на черное шелковое платье с запахом, висящее на ручке богато украшенного шкафа. Это была единственная нарядная вещь, которую она взяла с собой, поскольку не планировала ходить на свидания и ужинать в дорогих ресторанах. Она положила его в чемодан на всякий случай. Достаточно ли оно нарядное для того места, которое выбрал для ужина Филипп? Он сказал, что заедет за ней в восемь, но не сказал, куда они поедут.
Дженна внезапно занервничала. Умом она понимала, что это глупо. Какая разница, будет ли уместным ее платье или нет? Люди, которые будут присутствовать этим вечером в ресторане, вряд ли когда-нибудь снова ее увидят. У нее нет задачи произвести впечатление на Филиппа, и в то же время она не хочет опозориться.
– Шмотки – это ерунда, – сказала ей од нажды Беатрис, которая даже в столовую наде вала шелковый халат. – До них никому нет дела. Однажды на Бали я ужинала в обнаженном виде.
Старушке Беатрис до последних дней ее жизни было безразлично, что о ней думают другие. Она прожила с одним мужем тридцать лет, а затем развелась с ним.
– Нет смысла тратить драгоценное время на отношения, которые себя исчерпали, – пояснила она.
Интересно, что Беатрис подумала бы о Филиппе?
«Не доверяй мужчине, который красивее тебя», – раздался в ее голове дребезжащий голос Беатрис.
Филипп прибыл в отель рано. Обычно он не обращал внимания на время, потому что женщины, которых он приглашал на свидания, всегда заставляли его ждать. Внутреннее чутье подсказывало ему, что Дженна принадлежит к тем людям, которые любят, чтобы все было как надо. Он старался не думать о том, что он полчаса выбирал одежду, постоянно глядя на часы.