Чтение онлайн

— Хватит меня мучить! — прошипела Стася. У неё уже не было сил бояться, плакать или умолять. Пусть всё это быстрее закончится!

— Ну раз ты так просишь… — Влад уже откровенно засмеялся.

Стася, замершая в ожидании, почувствовала, что он не просто слез с неё, но и спустился с кровати. Поэтому девушка мгновенно перевернулась и села. Запястья, стянутые ремнём, невыносимо болели, но сейчас было не до этого. Влад не просто так слез с кровати — он натягивал презерватив на просто огромный член. Взгляд как-то сам выцепил на тумбочке большую упаковку презервативов и тюбик

смазки. У Стаси перехватило дыхание. Ещё секунду назад она хотела, чтобы он быстрее начал и быстрее закончил, но охлаждающая смазка и такое количество презервативов намекало, что мучить он её будет долго и со вкусом.

Девушка вскочила с кровати, не особо надеясь на успех. Просто страх вдруг стал невыносимым, чтобы спокойно лежать и ждать. Влада это рассмешило и раззадорило, и он играючи схватил её за руки и толкнул обратно на кровать. Больше он не собирался затягивать прелюдию.

— Со смазкой или без? Ты ведь сегодня и так мокренькая, — на его лице появилась подленькая ухмылочка.

Влад снова сел сверху, одной рукой схватил Стасю за запястья, чтобы она не отбивалась, и втискивал их в грудь. Девушка трепыхалась под ним, плотно сжимала ноги и старалась выскользнуть, но это только смешило Влада. Свободной рукой он пробирался между ног, стараясь пока что ласково раздвигать сильные бёдра.

— Котёнок, о чём мы с тобой говорили? Если я захочу, тебе будет очень больно, до крови и травм, а ты ведь этого не хочешь? Если тебе так будет легче, можешь закрыть глазки, я не буду против, — ворковал Влад, и это вызывало мурашки.

Стася всхлипнула, но закрыла глаза и попыталась расслабиться. Он всё равно это сделает, и он прав — ей может быть безумно больно. Поэтому она вздохнула и позволила его руке пробраться туда, куда он хотел. И Влад остался доволен: густая тягучая смазка никуда не делась, и он воспользовался этим, чтобы немного поощрить девушку. Сильные пальцы вдруг стали ласковыми, нежно поглаживали промежность, распределяя смазку. Пока он не входил, только ласкал снаружи.

— Вот так, моя маленькая, ты мне так нравишься, — сладко выдыхал Влад, пытаясь успокоить Стасю. Хоть она и держала ноги раздвинутыми, но всё равно напряжёнными, и парень хотел хоть немного её расслабить. Отчасти у него это получалось: количество смазки увеличивалось, клитор и губы чуть набухли, и Влад заметил, как подрагивает, движется в такт его движениям напряжённый животик. — Всё хорошо, малыш, я тебя не обижу, — сказал Влад и уверенным движением ввёл два пальца. Стасин слабый вскрик перешёл в дрожащий выдох.

Слишком горячая, слишком влажная, слишком тугая! Влад стиснул зубы, чтобы сдержаться и не накинуться на неё тут же в животном порыве. Ladies first. Он знал, что захочет повторить это с ней снова и снова, поэтому старался оставить о себе хорошее впечатление. Поэтому медленно, ласково работал пальцами и ладонью, стараясь стимулировать её изнутри и снаружи. Стася лежала пунцовая, дрожащая, по щекам стекали крупные слезинки. Но пока что её тело, хоть и только некоторые его части, отвечало на ласки, поддавалось, и Влад надеялся, что всё пройдёт хорошо.

Больше нельзя было тянуть. Он решил

сделать всё быстро, чтобы Стася не успела испугаться, поэтому едва вытащил пальцы, как сразу же схватил смазку. Девушка всё-таки встрепенулась, вздрогнула, раскрыла глаза и всё поняла. Но он не дал ей даже пошевелиться: ловкими, уже привычными движениями он смазал член и начал устраиваться между её ног.

Проще было бы закинуть её ноги себе на плечи — так ей было бы приятнее, не так больно, да и вошёл бы он легче, но Стася не была к этому готова. Так что пришлось начинать со скучной и не самой удобной позы: Влад навис над ней, коленями не давая ей сомкнуть ноги, и стал осторожно вводить рукой член.

Она закричала сразу же — головка была широкой, и его двух пальцев не хватило, чтобы достаточно подготовить вход.

— Нет! Не надо! Влад! Я прошу… А-а-а…

Кричала она не столько громко, сколько жалобно, и Влад не решился входить до конца. С его размером даже опытным девушкам было больно, Стася же уже откровенно заливалась слезами, и он ненадолго замер, когда член вошёл только наполовину. Он прижимал её своим телом и собирал губами крупные слезинки. Это должно было отвлечь её от того, что он делал ниже: он не остановился, продолжал двигаться, теперь уже вперёд-назад с особой осторожностью, чутко ловя каждый её вздох и всхлип.

— Не плачь, я прошу тебя, — ласково шептал Влад, чувствуя, что даже в таком медленном ритме вот-вот кончит. Слёзы Стаси смущали его, хоть он и понимал, что без них не обойдётся, но хотел, чтобы ей понравилось. — Расслабься, закрой глазки.

Его шёпот пугал её, вызывал дрожь, но действительно отвлекал от боли. Член был слишком большим, она зажатой, но в общем-то особо острой боли не чувствовалось, только дискомфорт и желание, чтобы всё это побыстрее закончилось.

— Влад, — выдохнула Стася устало. — Я прошу тебя…

Это стало для него сигналом. Он и так почувствовал, что она поддаётся ему, что она обмякла, стала покорнее, поэтому ускорился, всё ещё не позволяя себе войти до конца, на всю длину. Но даже с такой осторожностью Стася чувствовала, что он долго не продержится. Дыхание участилось, стало горячим и хриплым, Влад сгрёб Стасю в объятия, завалился на неё, и уже был больше похож на дикого зверя, чем на ласкового любовника.

Стася зажмурилась, когда его движения стали неконтролируемыми и вызывающими боль, но кричать или плакать она уже не могла. Пустота вытеснила все чувства, кроме усталости и отвращения. Пусть это быстрее закончится!

Но он не спешил выходить из неё, даже когда кончил. Даже не думая о разнице в весе, Влад просто лёг сверху, расслабился и в сладкой неге принялся целовать её куда попало. Стася была отрешённой и тихой, никак не реагировала на его ласки.

— Котик, я развяжу тебе руки, только ты не царапайся, хорошо? — всё так же ласково промурлыкал Влад, вдоволь належавшись на своей жертве.

Стася никак не отреагировала на его движения, не видела и не замечала ничего. Так что, когда он развязал ей руки и ушёл в душ, она даже не попыталась одеться, сбежать, позвать на помощь. Ей было уже всё равно.