Нить судьбы
Шрифт:
Марк искоса глянул на Лину:
– У “Странного места” ты просила жизни смертных, которым лучше было умереть, чем жить. Сегодня такую жизнь я тебе подарил.
Лина хотела было ответить ему, но осеклась. Он подарил ей жизнь Маши, семилетнего ребенка, у которой мать-алкоголик, родных нет, жилья теперь тоже нет. Сделал, как она просила, но…
Но что теперь будет с самой Машей?
И Лина девочку взять к себе не сможет, сама в такой же ситуации. Ни документов, ни денег, ни жилья.
– Как ты вообще тут оказался? Я думала, ты все еще злишься, - она покосилась
– Заехал по дороге в офис.
– По дороге? Резиденция же совсем в другой стороне, - не поняла Лина.
Марк глянул на нее и перевел тему:
– Вставай, любовь моя, нам пора ехать домой.
Лина подняла на него недоуменный взгляд.
– Ты спать где собираешься, тут на лавочке? Или в той квартире, что от мужа осталась?
Девушка как-то нехорошо улыбнулась, в который раз почувствовав себя круглой дурой.
– А нет квартиры, я продала ее.
– А деньги?
Лина помолчала немного, затем с горькой усмешкой ответила.
– Ты не поверишь, сколько благотворительных организаций в одной только Москве. И всем нужны деньги.
– И ехать тебе некуда?
Девушка кивнула.
– И никаких документов, - тихо произнесла она, задумчиво глядя на черных квадрат сгоревших окон.
– Я бомж.
– Наконец-то!
– так же тихо произнес Марк.
В этот момент у него затрезвонил телефон. Он достал трубку из кармана, коротко поздоровался, выслушал, что-то ответил. Алина не вслушивалась. Марк пообещал скоро приехать кому-то по телефону и убрал его обратно.
– Поднимайся, радость моя, и поехали, мне еще надо будет в резиденцию потом наведаться, - он подал девушке руку.
Лина встала, подняла с асфальта плед. Грязный, в пыли и дыму, но оставить его она не решилась. Это было единственное, что у нее осталось из вещей.
Марк вздохнул, забрал у девушки плед и выбросил в мусорный контейнер. Лина так и стояла около лавочки в тапочках на босу ногу, кружевной ночной рубашке и пиджаке понтифика, чувствуя себя настолько изможденной ночными событиями, что не в состоянии сделать ни шагу. Понтифик все также молча вернулся к Лине, подхватил ее на руки и отнес в машину. Девушка отключилась, как только он выехал на третье кольцо, закутавшись в его пиджак, как в одеяло. В свой дом Марк внес ее уже глубоко спящую. Девушка не проснулась, даже когда понтифик уложил ее на кровать, лишь перевернулась на другой бок и обняла подушку.
Марк ласково улыбнулся, глядя на Лину, и погладил ее по щеке.
16 Глава.
Эстебан стремительно вошел в здание и почти бегом поднялся по лестнице на второй этаж. Далее - в приемную, кивнул в приветствии Адаму и прошел без приглашения в кабинет к господарю.
– Думаю, вам понравиться новость, которую я принес, Владимир!
– не здороваясь, Эстебан сразу приступил к делу, - Орден открыто выступил. В Москве начались боевые действия, там сейчас черт знает что творится.
Владимир заходил по комнате взад-вперед, периодически поглядывая в окно.
Не так давно Эстебан посвятил его в подробности
Но остается Конклав, с которым нельзя не считаться.
С одной стороны, конечно, было бы неплохо отправить в Россию своих наблюдателей, чтобы на месте контролировать происходящее. С другой стороны, любое действие в сторону столицы сейчас могло было быть воспринятым как нарушение территориальных интересов во время тяжелых для клана дней, а значит - прямая дорога на Конклав. А это совсем не то, чего хотел Владимир.
Господарь вызвал помощника. Адам вошел в кабинет, держа в руках папку с документами.
– Насколько серьезные дела в Москве?
– уточнил Владимир у него.
– Официальная информация не дает ничего конкретного - адепты снова поднялись, но их выступления успешно подавляются силами клана. Информация из сторонних источников либо не заслуживает доверия, либо противоречит сама себе.
Владимир протянул руку и Адам уверенным жестом вложил в ладонь вытащенную из папки бумагу. Господарь быстро прошелся по ней взглядом, затем повернулся к Эстебану.
– Своих людей я на это не пошлю. Это была твоя идея играть с Орденом, вот ты и решай, кто поедет туда из твоего семейства. Как решишь - предупреди меня.
Эстебан опешил. Отправлять кого-то из его учеников обратно в Москву? Это же практически положить его голову на плаху. Нет, он не может так поступить. Вампиры Владимира будут иметь статус посла, статус неприкосновенного дипломата, а любой член семьи Эстебана - автоматически приравнен к смертнику, ведь господарь пока еще не дал добро на вступление семьи испанца в свой клан.
Его семье запрещено появляться на территории Московского клана и Гай очень четко это объяснил.
Владимир показал жестом, что испанец может быть свободен, и отвернулся обратно к окну. Аудиенция окончена.
Эстебан поклонился спине господаря, бросил слегка растерянный взгляд на его помощника и вышел из кабинета.
Адам подошел к господину и взял у того из рук листок бумаги, аккуратно положил его в папку.
– Вы думаете, нам не стоит брать быка за рога?
– спросил он у Владимира.
Тот покачал головой.
– Если дело выгорит и клан окажется без лидеров, мы всегда можем заявить на него свои права. А если победит Орден, то лучше, чтобы на Конклаве не имели доказательств нашей причастности, - он повернулся к Адаму, - Это интрига Эстебана, и, если ничего не получится, пусть он сам и отвечает за все.