Нирвана
Шрифт:
– Эвакуация. Передислоцируемся в места с более бодрящим климатом.
– А по какой причине?
– Приказ.
– Когда вы мне дадите крабер для связи с моими родственниками?
– Когда выясним твою личность.
– Да я её и не скрываю…
– Поговорим на ходу! Быстрей!
Пришлось не то пленнице, не от союзнице с недовольной физиономией торопиться за своим опекуном. Хотя при этом ворчания от неё так и неслись:
– Ну вот, от одних пиратов избавилась, так другим в лапы попалась… И кто их знает, кто они такие?… Может тоже киднепингом занимаются… Даром что военные… И личики, личики
Капитан Стенеси на подобные подначки или оскорбления никогда не реагировал по той причине, что всегда пользовался неизменным успехом у прекрасной половины человечества. Да что там пользовался, он всегда был разбалован в этом плане. Так что своё личико считал вполне приличным, мужественным, привлекательным, а в остальном использовал при знакомствах свой интеллект и сообразительность, которые не всегда можно было рассмотреть с первого взгляда среди бугрящихся мышц на шкафоподобной фигуре.
Вот и вначале он нелестные ворчания в свой адрес воспринял с беспримерным спокойствием, а то и с полным равнодушием. Зато когда уже двинулись в путь про ледовым тоннелям, он явно разогрелся, настроение его улучшилось, и, словно за отсутствием иного объекта для разговоров, отыскал себе объект для разговоров в лице своей подопечной. А уж с его умением удивить, поразить и рассмешить, отреагировать на его разговоры было невозможно. И Зарина стала вестись. Вначале пару раз не сдержалась от смеха, потом пару раз у неё вырвались простые вопросы:
– Откуда ты это знаешь?!
Ну а в дальнейшем, когда гари ещё и стал вставлять в свои рассказы вкрапления о приключениях на Хаитане, глаза в довольно милой и красивой женщины загорелись нешуточным огнём. Несколькими вопросами уточнив непосредственное участие своего провожатого в легендарных хаитанских событиях она чуть не запрыгала от восторга. И вскоре уже смотрела на Гарольда как близкого, давно знакомого и уважаемого товарища. А тот на этом и не думал останавливаться, возжелав даже в такой нервной, боевой обстановке закрутить свой очередной любовный романчик. Для этого и силы свои утроил в нужном направлении. Причём так утроил, что даже пристально наблюдающая за ним Лидия порой еле сдерживалась, чтобы не расхохотаться.
Только и случился один весьма печальный момент при начавшемся обмене информацией. Потому что капитан задал вполне логичный, имеющий основания в свете дальнейших ухаживаний вопрос:
– Ты замужем?
Зарина сразу резко осунулась и погрустнела, но нашла в себе силы ответить:
– Была… Мой муж погиб…
Но так как самый главный барьер уже как бы, не существовал, то больше к этой теме ушлый Стенеси и не возвращался. Увёл разговор в сторону, опять чем-то жутко удивил, потом вставил несколько анекдотов, и вот уже Зарина опять позабыла о своей личной трагедии и с явной благодарностью воспринимает сыплющиеся на неё комплименты.
От подсмотренных сцен кое-кому в отделении даже завидно стало. Приблизившийся на одном из привалов к командиру Малыш, сердито пожаловался:
– Почему меня опекунов не назначил? Я ведь тоже вполне нормальный парень и мне тоже такие девушки нравятся. Кумовство с протекционизмом разводишь?
Тантоитан посмотрел на него и с ехидством и раскаянием одновременно:
– Виноват, каюсь. Следующая пленница, тем более
– Э-э-э, когда это ещё будет, - фыркал представитель аристократии.
– И где мы в этой морозилке хоть любую женщину отыщем?
– Экий ты дружок переборчивый стал! Тебе обязательно голубых кровей подавай? Вон присмотрись в Лидочке, чем не красавица?
– Не-е-е…, старшая лейтенант Шелди мне друг и боевая подруга… С ней нельзя…
– А чем тебе старшая лейтенант Инга Байцел не нравится?
– теперь уже Танти возмущался.
– Тем более она давно оказывает твоей персоне явные знаки внимания и посматривает вполне благосклонно.
– Шутишь?
– даже испугался Малыш.
– Не помнишь как она утверждала, что выйдет замуж только за того, кто готов иметь именно шестеро детей.
– Ну и что тебя пугает? Ты ведь против детей ничего не имеешь?
– А от не имею, но вдруг Инга уже этих деток, всех шестерых, уже имеет?
Даваясь от хохота, Парадоский еле из себя выдавил:
– Когда бы она успела?
На что товарищ стал поучать после скорбного вздоха:
– Недаром военные считаются в этом плане наиболее шустрыми, сообразительными и проворными. Например поехала в отпуск, родила, да и оставила своим родителям на воспитание. И бабушка с дедушкой довольны, и счёт к будущему мужу растёт понемножку.
– Ох, ну ты и выдумщик…! Надо бут мне поделиться с старшим лейтенантом Байцел твоими фантазиями. Пусть тоже порадуется, как и я…
– Вот это - уже зря. Не по-товарищески с твоей стороны, - обиделся не на шутку Малыш.
– Могут ведь у нас быть свои, чисто мужские секреты? Тем более ты ведь знаешь, насколько Инга отлично стреляет из пистолета. Ей будет достаточно всего одного "нечаянного выстрела" или один раз "дрогнувшей руки", чтобы ты остался без верного друга и проверенного партнёра за карточным столом.
– Да, да, действительно, - закивал головой Парадорский, стараясь оставаться с серьёзным выражением на лице.
– Это и в самом деле трагедия. Если друга я себе всегда нового найду за каждым углом, то с кем я буду в карты всяких лосей обыгрывать? А? Зарплата ведь пока мизерная, а у меня свадьба на носу…
– Вот, вот, подумай, прежде чем делиться моими секретными выводами.
В остальном переход на новое место расположения проходил без всяких осложнений или неприятных случайностей. На коротких привалах, раскладывали аппаратуру, подсоединялись к дублированной сети для внутренних переговоров и скачивали поступающую непосредственно из самой базы информацию. На более продолжительных остановках ещё и управление внешними периметрами испытывали. То есть находясь даже в глубинах толстенного льда, офицеры имели возможности и на Зимовкой наблюдать, и по зубам новым нежданным агрессорам надавать.
Общее настроение улучшилось, напряжение последних часов спало и к концу дня командир уже стал подумывать о предстоящем ночлеге. Идущим впереди разведчикам поступила команда подыскивать подходящие для длительного привала пещерки. От высшего командования тоже никаких пока вызовов или распоряжений не следовало, так что о своеволии элитной группы офицеров пока в штабе чрезвычайных ситуаций не догадывались.
Тем более кошмарными, показались события, произошедшие непосредственно в полночь.