Чтение онлайн

Еще бы, они выдержали еще одно алхимическое испытание!

Пока смесь кипела, Книга неожиданно открылась, и появилась надпись:

Выпив Кореандр Стремительный,

Ты сможешь перемещать предметы,

Какие, решай сама.

Но прежде испытай себя,

Чтобы

убедиться,

Что твоя мысль подчинена твоим целям.

 

– Испытать себя? То есть попробовать передвинуть какие-нибудь предметы силой мысли?
– спросила Нина, но Книга не ответила.

– Вот уж повеселимся!
– воскликнул Ческо, хлопая в ладоши.

Всем понравилась идея устроить представление здесь, на вилле, в этот рождественский вечер. Фьоре вытащила из кармана несколько бумажных носовых платков и раздала друзьям, чтобы они стерли с лица следы, оставшиеся после взрыва стеклянной шкатулки.

– Рокси, а ты знаешь, что означает «Каптаре Нунк»?
– спросила Фьоре с загадочным видом. Нет, - покачала головой та.

– «Каптаре» означает «взять», а «Нунк» - «сейчас», то есть «взять сейчас». Это латынь, - объяснила маленькая всезнайка с чувством превосходства.
– Я немного знаю латынь, потому что мой папа увлечен ею. И в школе я выбрала латынь как факультативный курс. А вы нет?

– Я лично - нет, дорогая Фьоре. Мы не такие умники, как ты, — ехидно ответил Ческо.

– Значит, я умничаю?
– обиделась Фьоре.
– Ну и думайте, что хотите, а мне латинский нравится.

– И правильно, — вступилась за подругу Нина.
– Чтобы стать хорошим алхимиком, необходимо знание латыни. Я знаю ее не так уж хорошо... но кое-что понимаю. А сейчас сконцентрируемся на Комете.

В этот момент Книга вновь открылась, и на жидкой странице появились строчки:

«Коджитато Иммота».

Эти слова ты произнесешь,

Как только закончишь опыт,

Который ты должна проделать.

Хорошенько запомни их,

Иначе все твое умение

Окажется бесполезным.

– Коджитато Иммота?
– переспросила Рокси.
– Что это?

– Странная фраза, - протянул Ческо и посмотрел на Фьоре.

– Ничего странного, - хмыкнула та.
– В переводе с латинского

это значит «Мысль, замри!».

Нина отошла к столу, уселась на любимую табуретку и вздохнула:

– Сколько мне еще предстоит узнать! И запомнить!

Ребята улыбнулись. Работа по созданию Кореандра была непростой, но увлекательной.

Два часа, необходимые для изготовления Кореандра Стремительного, пролетели, словно одно мгновение. Девочка Шестой Луны взяла маленькую медную ложечку, зачерпнула остывающую жидкость, подула на нее и сделала шесть глотков, как предписывалось формулой.

У Кореандра был странный вкус, напоминавший корицу.

Сопровождаемая взглядами друзей, Нина вновь уселась на табурет и сказала:

– Сейчас я сконцентрируюсь, представлю себе какие-нибудь предметы в кухне и постараюсь мысленно передвинуть их. А вы идите в кухню и смотрите, действует магия или нет.

Едва она закончила фразу, как глаза ее закрылись, и она впала в транс. Ческо потряс девочку за плечи, Рокси дважды шлепнула по щекам, Фьоре подергала за руку, а Додо ущипнул: никакой реакции.

– Она похожа на тря...тря...тряпичную ку... ку...куклу!
– сказал перепуганный Додо.

– Это действует Кореандр. Она, наверное, уже думает о предметах, пытаясь сдвинуть их с места. Поспешим в кухню, - распорядился Ческо.

Прикрыв за собой дверь лаборатории, ребята со всех ног помчались по коридору. Не замеченные родителями, которые были увлечены беседой, они вбежали в кухню. Только профессор Хосе, словно почувствовав что-то, последовал за ними. В кухне Люба и Кармен возились у плиты, готовя ужин.

– Добрый вечер!
– дурашливым голосом произнес Ческо, подходя к Любе, перемешивающей соус.

– Вам чего здесь надо? Проголодались, что ли?
– улыбнулась Люба.

– Еще как! А хотите, мы вам поможем?
– Рокси уже стояла рядом с тетей Кармен, засовывавшей в духовку противень с двумя большими курицами, обложенными картофелем.

Обе женщины с удивлением уставились на ребят: с чего бы такое усердие?

– А где Нина?
– спросила Люба.

– Скоро будет. Если вы хотите, мы поможем накрыть стол в Розовом Зале, - обняла няню Фьоре.

Та, довольная, согласно кивнула.

В этот самый момент юная алхимичка начала опыт, представив себе тарелки, швабру и кувшины. И в ту же секунду эти кухонные предметы пришли в движение.

Две большие тарелки из ценного русского фарфора поднялись над столом, отчего Люба замерла с широко раскрытым ртом. Рокси подскочила к онемевшей няне и попыталась отвлечь ее внимание. Стоявший на пороге профессор Хосе поспешил вмешаться. Он-то сразу понял, что происходит какой-то важный эксперимент, и, чтобы разрядить обстановку, не придумал ничего лучшего, как пуститься в пляс посреди кухни.