Нильмера

Солнце село за зеленой гладью далекой возвышенности, напротив которой в ранних сумерках уже темнели лес, река и поля. Но в потемках приближавшейся ночи им не дали скрыться огни. Их зажигали повсюду. Был канун летнего праздника, теплый ветер тянул с юга. Молодые девицы собирали по полям цветы и травы, чтоб украсить ими нарядные платья, сарафаны и косы. Только что пришли добры молодцы и начались песни, пляски, веселье. Молодецкая радость смешивалась с удалью и бахвальством. В большом круге на просторном лугу, напротив широкой реки, уже вели хоровод красны девицы. Гостей ждали отовсюду. Пришли с северо-востока окинцы, заглянули на праздник и южные кривичи, даже полочане прошли

много верст со своих западных краев. Ведь каждый знал — лучший праздник летнего солнцестояния устраивают племена тускарей. Вот к хороводу подъехал статный молодец на гнедом коне. Одетый в красную рубаху и синие порты, он осмотрел хоровод изумленными глазами. Красны девицы начали подмигивать ему и хихикать. Всадник оторопел, чуть-чуть засмущался и повернув ногой неудачно, свалился с коня. Почувствовав запах свежей медуницы, он стряхнул с макушки и плеч фиолетовые цветки. Другой добрый молодец подошел к нему чуть посмеиваясь и подал упавшему руку, помогая подняться.

— Что ты здесь делаешь Валамир, да еще на гнедом? — громко спросил он.

— Привет Велизарий! Ах, какие девицы у вас! Вот и пришел на них поглазеть по дороге...

— Куда?

— Да вот решил не сидеть в наших далеких краях. Сейчас на западе неспокойно. Так что, я нанялся в дружинники к князю окинцев.

— Значит будем соседями!

— Да чего уж тут говорить! Ай-да в хоровод!

— Смотрю и словечек у нас понабрался!

Один из костров почти прогорел и ветер подобрал серый пепел, разнося его по полям. Остальные были в самом разгаре. Большой хоровод водили вокруг, то одного, то другого костра. Серый дым извивался и шел к звездному небу. Велизарий и Валамир взяли по две девицы; справа и слева; но одну им пришлось разделить. Она строила глазки обоим. Валамир ей заинтересовался, как и той, что была слева от него. Но взгляд Велизария застыл на девице напротив. Под правую руку ее держал младший брат лет пятнадцати, а под левую, лучшая подруга — небывалая красотка, да еще и светлокудрая. «Но кто она в сравнение с Нильмерой?!» — Велизарий на секунду отвлекся от своей возлюбленной, переведя взгляд на ее подругу.

— Нильмера, а кто там рядом с Велизарием? — спросила светлокудрая девица.

— Да я сама никак не могу понять, что там за девка.

— Я не про девку… Я про молодца, что свалился с коня.

— Я точно не помню, но кажется его зовут Валамир…

— Он не местный?

— Да что же там за девка?..

— Брось подруга, если кто и сравнится с тобою, так только я.

Вдруг запевалы в хороводе сменились, песни стали громче и быстрее. Пляски стали похожи на чертовщину и бардак. Хороводы разрывались один за другим. Пришло время девицам искать женихов, а добрым молодцам — невесту. Поля, луга и даже казалось река, заходили ходуном вместе с плясунами.

Все разделились по парам, которые стали быстро распадаться и меняться. Велизарий в веселой сутолоке пытался найти Нильмеру. Огорчив отказами уже трех девиц, он попался в капкан расставленный черноволосой красавицей по имени Ива. Она знала его с детства. И была влюблена безумно. Велизарий никогда этого не замечал, а после знакомства с Нильмерой он и вовсе не был готов принять любовь от другой. Ива никогда не теряла надежду, ведь она была сильной колдуньей, но в ее случае с Велизарием, едва ли что-то смогло бы помочь.

Но не стоит думать, что Ива была некой ведьмой. Раз уж мы заговорили о колдовстве, то надо остановиться на этом подробней. Каждый тускарь, окинец, полочанин и все-все-все восточные славяне, с детства знакомы с колдовством. У каждого свои способности, кому-то открывается больше, а кому-то меньше, но все племена умеют обращаться с силами неведомыми. Это вовсе не значит, что колдовство безопасно. Даже наоборот, но старейшины разрешали

обращаться к младшим духам нечистой силы. А вот те, что сильней, находятся под строгим запретом. С младшими духами можно управиться. Возьмем к примеру Водянника. Сколько раз он спасал Велизария, конечно не по своей воле, а с помощью чар, которые Велизарий развил в себе с самого детства. Болота, что находятся к югу от земель тускарей, очень опасны и кишат полчищами разбойников. Они совершают набеги на деревни и городища. Велизарий не может стоять в стороне, он дружинник. Пока что младший. Но в обходах и караулах участвовать обязан. Учитывая его умения и предрасположенность к колдовству, старший витязь при князе, очень часто, полагается на Велизария.

Все же стоит объяснить чуть подробнее; колдовство принято разделять на женское и мужское. Когда Велизарий обращается к мужским нечестивым, то с Ивой все иначе. Она особенно сильна в обращение с Вытарашками, которые могли бы помочь ей захомутать любого витязя и возможно самого князя, но к ее сожалению, на Велизария они не действовали. Очень уж сильны были его защитные чары.

— Велизарий… — нежно и чуть смущенно проговорила Ива, кружась в танце и держа его за руки.

— Ты не видела Нильмеру? — чуть нервно проговорил добрый молодец.

— Нет… постой, — жалобно проговорила Ива, но Велизарий уже отпустил ее руки и пошел искать свою возлюбленную.

Нильмера, немного растерявшись, бродила вокруг пляшущих парочек. Она уже устала делать отказы. Добры молодцы без перерыва предлагали ей танец. Ее каштановые косы, были предметом зависти прочих девиц и даже самых близких подруг. Но больше всех на свете, эти косы ненавидела Ива. Она пересеклась с Нильмерой глазами.

Вдруг Иву кто-то толкнул в спину. Она развернулась и увидела перед собой златокудрую девицу.

— Не знаешь где Велизарий? — спросила та.

— Мне почем знать?! — недовольно ответила Ива.

— Может видела его друга Валамира?!

— Не слыхала никогда о таком, — ответила Ива еще более дерзко.

— Как знаешь… Пойду спрошу у Нильмеры… А ты потаскуха, должна мне спасибо сказать, что я вообще с тобой заговорила. Совсем видать позабыла, что ты в нашем племени изгой.

Что касается слов златокудрой девицы, в них было зерно правды. Это было связано с отцом Ивы, история очень скверная, чуть туманная, всю правду знали единицы, а может уже и никто. Да и происходили те события лет пятнадцать назад. Никого уже почти и не интересовало, как оно было на самом деле...

Нильмера же напротив, в своем племени, была на вершине не только по праву первой красавицы, такое всегда можно оспорить. Та же прекрасная черноволосая Ива, со своими распущенными локонами, имела преимущество перед многими. Мало кто из девиц осмеливался так выглядеть. За подобное распутство, каждую из них могла выпороть мать или тетка. Но Ива была очень отчаянной. Она старалась не обращать внимания на насмешки и косые взгляды. За такое ее не любили вдвойне. Но что еще взять с девицы чей отец… Почти никто из племени тускарей не знал, что он натворил, но все были уверены в безусловной виновности того, и приписывали ему все существующие пороки. С отцом Нильмеры все было наоборот. Его чтили и уважали, некоторые даже побаивались. Ведь отцом ее был Тихослав — князь всех тускарей, и южных и северных.

Растерянность Нильмеры сменилась улыбкой, когда она снова увидела свою златокудрую подругу.

— Нашла Велизария?

— Пока еще нет, — чуть смущенно ответила Нильмера.

— Ты взяла с собой зеркальце? — чуть подхихикивая спросила подружка.

— Да.

— Покажи! Покажи!

Нильмера достала из мешочка, подвязанного на сарафане, небольшое зеркальце в серебряной оправе.

— И откуда такое чудо у тебя? — почти заверещала златокудрая девица. — Дай посмотрю! Дай посмотрюсь!.. Так откуда?