Никогда больше
Шрифт:
— Аврора? — позвала Эмма.
Спектр хотел использовать мои знания. Что ж, я тоже воспользуюсь им, чтобы добиться счастливого конца.
Итак, сделка была заключена.
Я приняла его контракт и проглотила свою гордость в обмен на то, что он доставит мой ненаписанный роман директору издательства Ever After к концу нашей совместной работы. Он согласился без жалоб, и я была на грани того, чтобы сделать свою невыполнимую миссию едва ли возможной.
У меня была возможность, способ осуществить мой гребаный план, и всё, что мне нужно было сделать, это
— Мне не нравится, когда ты молчишь. Это значит, что ты замышляешь что — то недоброе, — Эмма присоединилась ко мне на кровати, её глаза блестели от любопытства. — Хотелось бы мне, чтобы ты могла рассказать мне, какой он. Он и правда старый? Жуткий? Дпй мне хоть какую — нибудь зацепку, пожалуйста!
— Он… — Раздражающе красив со всех сторон для такой порочной души. — Хорош.
— Willst du mich verarschen! (немец. Ты что издеваешься!)! — она была оскорблена. — Я твоя чёртова подруга, и всё, что ты можешь мне сказать, это то, что он хорош? И это румянец на твоих щеках?
— Нет, это не так! — это был не румянец. Это была ярость.
— По крайней мере, ты забываешь об Аяксе.
— Ты была бы удивлена, узнав, как трудно его забыть с его выглаженными рубашками и дерьмовым отношением ‘Я порядочный парень’, с его высокомерным взглядом, который нам, простым смертным, должно быть так приятно получать, — она не могла понять моего сарказма, несмотря на мой пронзительный тон.
Мой телефон зазвонил с уведомлением от Спектра. Эмма нахмурила брови, вероятно, потерявшись в разгар моей истерики.
Воплощение дьявола (смайлик в виде черепа): «Машина ждёт тебя».
Я решила проигнорировать его сообщение и бросила телефон на кровать.
Теперь она стояла лицом ко мне, скрестив руки на груди в позе, которая на всех остальных выглядела бы властно, но не на ней.
— Хочу ли я знать, кто такой “воплощение дьявола” и что всё это было с Аяксом?
Я одарила её улыбкой, которая означала, что тебе не стоит идти туда прямо сейчас.
— Итак, в любом случае, что вы делаете здесь, в моей слишком маленькой квартире для троих человек?
Лео повернулся к нам, прекратив притворяться, что занят своим телефоном, чтобы дать нам возможность поговорить наедине. Он обнял Эмму сзади, которая захихикала, что заставило меня мгновенно закатить глаза от проявления привязанности. Отлично, они заражали мою квартиру своими микробами любви.
— Я…Я хочу попросить тебя об одолжении. И прошлой ночью я разработала полный план, — мне не понравились ни то, как это прозвучало, ни выражение блестящих глаз Эммы. — Ты помнишь, что моё общество по планированию мероприятий каждый год устраивает благотворительный бал?
— Конечно, помню, — я фыркнула. — Особенно прошлогодний аукцион, когда депрессивный мужчина, который был дважды разведен, не мог перестать разговаривать со мной, и ты заставила меня сделать на него ставку, потому что ты подумала, что он заплачет на сцене,
Увидев, как дернулось её лицо, а Лео ухмыльнулся, меня осенило.
— Ни за что, чёрт возьми!
— Да, пожалуйста! — она посмотрела на меня щенячьими глазами. Я была мастером этой игры. Ей не удастся обмануть моё пурпурное сердце. — На этот раз всё будет по — другому, обещаю. И ты ударила его и…
— Он пытался дотронуться до моей груди, чтобы проверить, того же ли у меня размер, что и у его бывшей! — я глубоко вздохнула. — Я не собираюсь проходить через этот кошмар дважды. Одиночки на подобных мероприятиях находятся во власти психопатов, а у меня нет денег, чтобы делать ставки на яхты и романтические путешествия на двоих!
— Но я подумала обо всём! — закричала она своим тоненьким голоском. — Мы выставим на аукцион пять парней и пять девушек, все респектабельные люди, которые либо работают с ассоциацией, для которой мы собираем деньги, либо с нашим отделом.
— Отлично, значит, ты хочешь, чтобы я была выставлена на аукционе как какой — нибудь предмет?
— Вроде того, — она поморщилась, схватив обе мои руки. — Кое — кто уволился, и мне нужна замена, иначе моя карьера будет разрушена. Мой коллега, грубиян, которого ты хотела ударить лопатой, позлорадствовал бы над моей неудачей и пожаловался бы нашему боссу. Всё должно быть идеально, потому что в прошлом году был кошмар, и ты знаешь, как меня напрягают публичные выступления, — это был удар ниже пояса. Эмма была жестокой. — Как моя добрая фея — крестная, ты должна защищать меня. К тому же, это делается ради благого дела для детей в больницах. В этом году у нас будут элитные гости. Очень важно, чтобы я ничего не испортила.
— Почему ты думаешь, что я забочусь о благом деле? — настала моя очередь скрестить руки на груди с убийственным взглядом.
— Потому что Аврора, которую я знаю, сделала бы это.
— Возможно, она мертва, и этой Авроре не нравится эта идея.
— Это ради детей, — Эмма захлопала ресницами.
Я поджала губы.
— И человек, который поставит на тебя самую высокую цену, выиграет только возможность быть рядом с тобой в течение одного дня. Всё это будет контролироваться и защищаться. К тому же, у меня есть план, как спасти тебя, — таков был её аргумент. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.
— Что я сделала, чтобы заслужить это? — это будет кошмаром. — Не рассчитывай, что я буду улыбаться и махать рукой, как мисс мира. Я приду как Дракула, и я не буду улыбаться, если сама не захочу этого. И лучше бы там была еда.
— Ты поможешь детям, у которых нет феи — крестной, как у меня, — она задела струны моего сердца.
— Если ты продолжишь в том же духе, то у тебя будет злая ведьма, — я стрельнула в неё глазами, зная, что продала бы душу этому хорошему человеку, потому что маленький ангел на моём плече не мог сказать "нет" и оставить меня в покое. — И что это за план?