Ничтожество

Известно ли вам такое понятие как домашнее насилие? Конечно же, известно. Безусловно, каждый человек, начиная от подросткового возраста, вплоть до самой смерти может дать краткое понятие этому термину. Всем нам известно, что насилие это в первую очередь вред живому существу. Но что, же на самом деле представляет собой домашнее насилие? Домашнее насилие, также семейно-бытовое насилие — насилие или дурное обращение одного человека по отношению к другому, совершаемое в домашних условиях. Именно такое понятие дают нам ученые в современное время. Но было ли такое понятие в прошлом, было ли домашнее

насилие нормой, боролись ли с этой проблемой и правдива ли поговорка, «бьет — значит любит»?

В современном обществе проблема насилия, в том числе и бытового, является обыденной темой для обсуждения. Многие люди, предлагают множество способов справится с этой проблемой, но есть и те, кто и вовсе не считает насилие чем-то ужасным.

На данный момент люди выделяют пять видов домашнего насилия: физическое, сексуальное, психологическое и экономическое и эмоциональное.

Многим из нас непонятна проблема насилия лично, ведь не все из нас сталкивались с этим в жизни. Изначально моя работа подразумевалась как научная справка или исследовательская работа, но мне вспомнилась одна история из давно забытого прошлого. Дабы лучше понять тему домашнего насилия, я попытаюсь как можно внятнее объяснить, что же оно из себя представляет.

Эта история случилась достаточно давно, в то время, когда я был еще зеленым юнцом. К сожалению, мне не удастся назвать вам точную дату, имена или местоположение, описанное в моей истории, но я надеюсь, что дорогой читатель простит меня за мои ошибки и маленькие тайны.

Когда мне только исполнилось двадцать три года, мне наконец-то удалось найти стоящую работу. Мой старый друг Артем Парфенов помог мне с этой задачей, благодаря нему я устроился в компанию, которая только-только набирала обороты и начинала расти. Сначала меня приняли лишь на испытательный срок, работая в поте лица, я все же добился постоянного места. Компания не была огромной, но по прогнозам давала большие надежды. Я проработал в ней около пяти лет и до сих пор не жалею о времени, потраченном мною там. Уже в возрасте двадцати шести лет мне удалось стать главным помощником одного из управляющих директоров, мой начальник, Осип Григорьевич — был добрейший души человек.

У него был приятный и теплый характер, прекрасное чувство юмора и вполне обычная внешность. Парой он казался мне легкомысленным, создавалось ощущение, что он вечно отлынивает от своих обязанностей, но проработав с ним некоторое время, я понял, что на самом деле он очень собранный и серьезный человек.

Однажды, на одном из скучных офисных совещаний, так называемый совет директоров, принял решение об открытии нового филиала в другом городе. Решение приняли достаточно быстро, и естественно, как и полагается закону жанра или как я его называю закону подлости, почти все работу повесили на нас. Множество людей из нашего отдела были вынуждены, отправится в долгосрочную командировку.

Я был вполне готов к новой работе и более-менее полон энтузиазма. Морально я уже приготовился к сверхурочным. Ведь как говориться где новое дело, там и новый труд.

Собрав все необходимое, мы выдвинулись к месту назначения, по пути нам сообщили, что места на съемной квартире на всех не хватит и Осип Григорьевич заявил, что мы и еще один мой коллега поселимся у его родственника и влиятельного человека, который также помогает с открытием филиала.

Признаться, честно мне не особо нравится гостить у посторонних людей, новые знакомства

и связи волновали меня, пусть и были в некоторой степени полезны.

Коллега, который должен был жить с нами, был моим хорошим другом. Звали его Виталий Лесницкий, работу в компании я начал за год до того, как он устроился, мы почти сразу нашли общий язык, да и работали в основном вместе. Уже спустя год нашего с ним знакомства, мы спокойно гостили друг у друга, вместе выпивали и разводили дружеские беседы на разные темы. Он был одним из немногих по отношению к кому я не был предвзят, пусть я и не любил новые знакомства, но общение с ним поднимало мне настроение.

Дорога до города заняла у нас почти три дня, он находился ужасно далеко. Нам очень повезло, что на дворе стояла весна, да и сам городок располагался на юге страны, хотя ветер там и был прохладный, снег уже почти растаял. Слякоти на дорогах почти не было и в воздухе весела влага.

На выходе с вокзала мне удалось застать прекрасную картину, уже давно пробившиеся молодые листочки деревьев и мелких декоративных кустиков сияли на солнце, на небе медленно плыло несколько облачкек, асфальт казался на удивление чистым, словно его как пол помыли вручную. Дороги были целые, почти без трещин, где-то и вовсе был уложен совсем новый, черный пласт асфальта. На улице было многолюдно, толпы людей суетились и спешили куда-то увлеченные своими делами, множество машин гудели на светофорах.

Было около трех часов дня, отойдя от здания вокзала, мы направились на парковку, где нас ждал маленький микроавтобус и черная машина. Я, Виталя и Осип Григорьевич сели в машину и отправились к так называемым родственникам моего шефа, а остальные мои коллеги усладились в автобус, который повез их на съемную квартиру.

Дорога выдалась долгая, я чертовски устал, на машине мы ехали больше часа, как сказал водитель, от вокзала ехать дальше всего, а Осип Григорьевич подметил, что лучше бы мы летели на самолете.

Приехав к месту назначения и выйдя из машины, я чуть не замер от удивления. Предо мной стоял огромный трехэтажный коттедж, который буквально сиял своей ослепительностью.

Посреди огромной территории, стояло не менее огромное здание. Оно было высоким и широким, да настолько, что мне так и не удалось разглядеть задний двор и сад расположенный неподалеку. Недалеко от будки охраны и высокого забора располагался огромный вольер, в котором метались три собаки и, не переставая, лаяли в нашу сторону. От всей этой непонятной картины у меня замер дух, да и большие собаки навивали на меня ужас. В их глазах так и читалась ярость, словно они были бы рады выбежать из этого огромного вольера и вцепиться одному из нас в ногу или куда-нибудь еще.

Виталя был удивлен не меньше моего, пусть он не показывал это так явно как я, но глаза его были раскрыты так широко, что казалось, вот-вот выпадут. В отличие от нас, наш шеф не был так удивлен этой картине, казалось, что для него это было обыденностью.

«Ну да, где он, а где мы» — подумал я, и продолжил осматривать все вокруг. Но не успело пройти и пяти минут как нас пригласили войти внутрь. Изнутри это место было похоже на дом какого-нибудь известного и богатого актера или певца. Нас встретил огромный холл, из которого вел коридорчик в две разные стороны, а наверх поднималась лестница. Внутри все было ни как снаружи, если на улице нам открывался роскошный, красивый и современный дизайн, то внутри царила атмосфера чего-то старого.