Чтение онлайн

– Это и еще кое-что.

Копия Пресли присел на корточки рядом с ним.

– Кое-что?

Странник помотал головой.

– У меня плохое предчувствие. Двойник Пресли снял очки и внимательно посмотрел на Странника.

– Какое предчувствие?

Странник бросил на него холодный взгляд.

– Действительно хочешь знать? Двойник Пресли выгнул брови.

– Конечно.

Странник устремил взгляд в сторону и, наконец, сказал:

– Смотри.

Двойник Пресли обернулся. Внизу, на равнине, стены зиккурата обваливались вниз.

Тут и там валялись огромные глыбы. Странник хихикнул.

– Я думаю, что теперь для таких, как мы, все кончено.

Ударные волны прошлись по всему разрушенному миру, создавая еще большие разрушения. Городки и города-генераторы сметались один за другим.

В некоторых, вроде Уютной Щели, генераторы взорвались от перенапряжения. Другие исчезли менее зрелищным образом.

Раскаленная докрасна долина около Псодуха взорвалась ядерным сиянием, которое превратило город в серый пепел. Землетрясения и шторма сотрясали окрестности Кон-Лека и Уэйн-скота. В Кон-Леке обрушилась главная башня, и без управляющего оборудования остатки города погрузились в небытие.

Когда толчки сотрясли Уэйнскот, Он наконец пробудился и пробрался в рушащиеся коридоры, в последнем приступе бешенства проваливаясь в ночной кошмар.

В Шаде кошмар начался еще до того, как ударные волны достигли города. Горожане погрязли в церемонии Дикой Охоты, в оргии истязаний и массовых убийств, которые они называли ритуальным очищением города от мутантов и больных. Рушащиеся здания и полыхающий огонь стали живописным фоном для финальных сцен омерзительного празднования боли.

Небольшая рабочая община Бет-Гилеад успела увидеть волны, катящиеся по пустыне к поселению. Огромные валы, поднимающие столбы пыли. Когда пыль заслонила свет, поселяне решили, что пришел день гнева их сурового божества.

Постигнув свою природную греховность, поселяне в молчании опустились на колени, вознесли молитвы, а потом просто вырубили генераторы и исчезли.

Братство также приняло свой конец очень спокойно. Последние часы жизни они провели в расчетах, надеясь найти ошибку, которая не позволила им предсказать разрушения в таком вселенском масштабе.

Единственными, кто приветствовал конец, были рулевые. Когда ударная волна докатилась до дороги на Кладбище, место парковки заполонила гигантская кавалькада блестящих грузовиков. Дав полный газ и подначивая друг друга, они погнали навстречу катящейся волне. По крайней мере, рулевые встретили катастрофу достойно.

Билли и Менестрель выпали из ничто. Они приземлились на жесткую поверхность ската песчаного холма. Падение сбило дыхание Билли, и несколько минут он приходил в себя. Наконец он поднялся. Менестрель, казалось, совсем не замерз.

Их окружал пустынный пейзаж. Насколько хватало глаз, везде – холмики песка посреди ничто. Здесь не было ни воды, ни растительности. Ни единого признака

каких-либо существ.

Неожиданно Билли понял, что его это не тревожит. Его наполнило благостное ощущение спокойствия. Как будто окаменение. Он вытянулся и тронул приятеля за плечо. А потом потряс.

– Эй, проснись. Мы куда-то пришли.

– Что?

– Мы куда-то пришли.

Малыш Менестрель поднял голову.

– Ага, вижу.

Билли вытянулся на песке и глубоко вздохнул.

– Мне здесь начинает нравиться. Ты знаешь, где мы?

Малыш Менестрель закрыл глаза и сосредоточился. Билли немного удивило то, что он не стал сопротивляться. Через минуту Менестрель открыл глаза и тряхнул головой.

– Странно.

– Что «странно»?

– Оно ушло.

– Хочешь сказать, что твой дар ушел?

– Не дар.

– А что тогда?

Менестрель нахмурился. А потом криво усмехнулся.

– Мне кажется, что я потерял остальной мир.

– Что?

– Он ушел. Его больше нет. Насколько я могу судить, это все, что осталось.

– Ты шутишь?

– Нисколько.

– Это все, что осталось? – Билли принялся глупо хихикать. – Это нелепица.

Малыш Менестрель встал на ноги.

– А может, и нет.

Он принялся взбираться по склону на вершину насыпи. Взобравшись на вершину, он посмотрел вниз. А потом на Билли.

– Тебе лучше подняться сюда.

Билли попытался подняться на ноги.

– Что там?

– Поднимайся и посмотри сам.

Билли дошел до вершины. На верхушке насыпи вниз уходила неглубокая впадина. Малыш Менестрель указал на нее.

– Смотри.

На дне впадины – кладка из больших золотых яиц. Всего девять. Каждое в половину человеческого роста. Билли посмотрел на Менестреля.

– Что это такое?

Малыш Менестрель пожал плечами.

– Я не совсем уверен…

– Звучит так, словно у тебя есть мысли на этот счет.

Малыш Менестрель засмеялся.

– Да, у меня есть теория, и она скорее сладкая, чем горькая. Я думаю, что мы смотрим сейчас на тех, кто превосходит нас. В конце концов, нас, людей, задавят. Как раз подходящее время, чтобы то, что вылезет из этих яиц, взяло верх. Прежде чем Билли успел ответить, из одного яйца послышался громкий стук. В воздухе повисло тяжелое безмолвие, какое бывает перед грозой. Билли в ужасе посмотрел на Менестреля.

– Что происходит?

– Думаю, они собираются вылупиться. Менестрель схватил Билли под руку.

– Пойдем отсюда. Не думаю, чтобы мне хотелось видеть, как они вылезут из своих скорлупок.

Они подбежали почти к самому краю ничто. Воздух пронзил высокий звук, различаемый на границе человеческого слуха. Билли бросил взгляд на Малыша Менестреля.

– Как ты думаешь, они причинят нам вред?

– Вряд ли.

Ничто начало убывать. Ничто отступало, оставляя выжженную гладкую землю. Вскоре до самого горизонта протянулась твердая почва. Малыш Менестрель с трепетом наблюдал за этим.