Чтение онлайн

Боль в животе была такая, словно там бушевало адское пламя.

– Пожалуйста, сядь и постарайся не волноваться. Ты делаешь из мухи слона. Когда мы были детьми, ты вечно нервничал из-за любого пустяка.

Джозеф опустился на скамью, удивленно уставившись на сестру.

– Когда мы были детьми? О чем ты говоришь? Когда ты родилась, мне было уже одиннадцать. Откуда ты знаешь, каким я был в детстве?

Сесилия посмотрела на него и поправила очки.

– Сэл рассказывал мне.

– К черту твоего Сэла. Для тебя он само совершенство, а я жалкое ничтожество. Так ты обо мне думаешь.

Я-то знаю.

– Джозеф, ты совсем запутался. Тот агент ФБР ничего не знает про матч. Если бы он знал, он бы...

В кустах позади них послышался какой-то шорох. Оба резко обернулись. Бездомный бродяга, спавший под кустом на куске картона, проснулся, сел и уставился на них. У него были всклокоченные рыжие волосы, лохматая рыжая борода и блеклые голубые глаза. Сердце Сесилии бешено заколотилось. Неужели еще один агент ФБР, какой-нибудь напарник мистера Гиббонса? – в ужасе подумала она.

Но, вглядевшись в лицо бродяги, она ощутила волнение совершенно иного рода. Таким она всегда представляла себе лицо Варраввы, которое увидела когда-то в одном телевизионном спектакле, давным-давно, задолго до того, как приняла постриг. Она прижала руку к груди. Этот человек не агент ФБР. Нет, это знак свыше. Знамение.

Белый как мел Джозеф все еще таращился на бродягу.

– Успокойся, Джозеф. Ты не совсем верно понимаешь, что происходит. Ты не видишь картину в целом. Ты думаешь только о себе.

– Думаю только о себе? А почему я не должен думать о себе? Ведь никто другой обо мне не думает. Если я сам не позабочусь о себе, никто этого не сделает.

– Пожалуйста, успокойся, Джозеф.

Она совершила ошибку, пригласив его сюда. Не следовало рассказывать ему про мистера Гиббонса. Если ей сейчас удастся подбодрить его, все будет нормально, ничего страшного не случится.

Джозеф подсел поближе и зашептал ей на ухо:

– Послушай, Сил. Я должен побеспокоиться о себе. Если наш план рухнет, я останусь ни с чем. Я думал, что буду руководить цементными фабриками, которые Сэл собирался купить на эти деньги. Если денег не будет, я останусь без работы. Мистретта скоро выйдет из тюрьмы, Сэл снова станет капитаном. А что делать мне? Нечего. Я стану мальчиком на побегушках, которого посылают за кофе и который зависит от всех и каждого. К чертям собачьим. Уж лучше снова в мясную лавку. Даже если мне придется к кому-то наняться. – Он опустил голову, уставясь на тротуар. – У меня даже нет денег, чтобы купить лавку. А если я попрошу у Сэла, он пошлет меня подальше. – Джозеф грустно покачал головой. – Знаешь, Сил, меня просто тошнит от всего этого.

Она глубоко вздохнула. Нужно еще раз сказать ему, что все будет нормально, уговорить его помолчать хотя бы до матча. Он сущий ребенок. Вот и приходится обращаться с ним, как с ребенком.

– Джозеф, – начала она мягким, но строгим тоном, – нам не о чем беспокоиться. Фэбээровец просто решил помучить меня, как они мучают Сэла. Просто новый прием в их действиях. Матч состоится в субботу. Если рассуждать логично, разве они смогут отменить его?

– Брось, эти парни сидят в правительстве. Они могут сделать все, что им вздумается.

Он вновь принялся теребить платок, который уже больше походил на тряпку.

– Ты

никак не хочешь рассуждать логично. Подумай сам. Если бы ФБР знало, что Сэл как-то связан с этим матчем, зачем тогда попусту тратить время, посылая ко мне своего агента? Почему бы не отправиться сразу к Сэлу, или к мистеру Нэшу, или к мистеру Уокеру, или, например, к мистеру Эппсу?

– А как насчет жучка, которого мы обнаружили в твоем распятии?

Сестра Сесилия сжала губы и покачала головой. Надо его подбодрить. Любой ценой.

– Джозеф, мы уже много раз обсуждали, о чем говорилось тогда у нас в доме. Если они даже что-то и слышали, то все равно ничего не поняли. Ведь они ничего не знают.

– А может, у кого-то сдали нервишки? Может, кто-то запаниковал и побежал в ФБР?

– Кто, например?

– Ну... например, Нэш. Может, он заключил с ними сделку, решил сдать им Сэла в обмен на что-то. Скажем, освобождение от налогов. Такие, как он, прямо помешаны на освобождении от налогов. Может, фэбээровцы загнали Нэша в угол и он все выложил им, чтобы спасти собственную задницу. Такое бывает сплошь и рядом.

Рыжебородый бродяга, который все еще таращился на них, снова растянулся на куске картона и перевернулся на живот.

Ее сердце снова сильно заколотилось. Надо что-то еще сказать ему, как-то утешить.

– Джозеф, в тебе слишком мало веры. Неужели ты думаешь, что Сэл не предусмотрел такой возможности?

– Сэл, Сэл!.. Везде и всюду один только Сэл, – обрушился на нее Джозеф.

Сестра Сесилия строго поглядела на него поверх очков.

– Джозеф, тебе прекрасно известно, что Сэл занимается бизнесом гораздо дольше, чем ты. Полагаю, он знает, как вести дело.

Джозеф обиженно отвернулся.

– Ну конечно, знает. Недаром фэбээровцы ходят за нами по пятам.

Завидует своему брату, подумала она. Прямо как ребенок.

– Я уверена, что Сэл позаботился о том, чтобы наши деньги не пропали. Ты считаешь иначе?

Джозеф недовольно покачал головой.

– Сэл ничего мне не рассказывает. Я для него никто.

– По-моему, ты просто ему завидуешь. Я не узнаю тебя. Ты сам знаешь, что Сэл всегда держит ситуацию под контролем. Но ты не желаешь признать этого, потому что завидуешь. Постыдись, Джозеф.

– Я должен стыдиться?! – взревел вдруг Джозеф. – А ты знаешь, как именно он держит ситуацию под контролем? Знаешь, как именно он приглядывает за Нэшем, чтобы тот не надул нас? Хочешь узнать как? Он трахает жену Нэша, вот как. Умно, не так ли? Я могу спать спокойно, ведь Сэл трудится ночами ради нас. Думаю, что и ты теперь будешь спать спокойно!

Лицо Сесилии запылало. Ей показалось, будто волосы у нее на голове встали дыбом. Она была обижена, оскорблена в лучших чувствах и очень зла на Джозефа. Он сказал это, чтобы помучить ее, причинить ей боль. Но ведь прежде он никогда не лгал ей, и от этого становилось еще больнее. Как мог Сэл совершить такое? Прелюбодеяние – смертный грех, ему это хорошо известно, но куда хуже то, что он вступил в греховную связь с этой... этой похотливой, чванливой женщиной. С этой миссис Нэш. Как он мог? Зачем? Ведь она такая... дешевка. Почему именно с ней? Что он в ней нашел?