Шрифт:
Глава 1
Резкий крик прорезал воздух.
Уронив корзину с мидиями, Бренна бросилась туда, откуда он доносился. Она не должна была отпускать без присмотра Мойру. Если хоть что-нибудь случится с ее младшей сестрой, отец никогда не простит Бренне этого. Да и сама Бренна не простит себе.
Страх придал ей силы. Она стремглав обежала базальтовую глыбу и увидела, как Мойра осторожно обходит лежащее на песке тело, оглядывая его со всех сторон. Мужчина скрючился на боку и обнимал длинной рукой лежавшую рядом бочку.
Бренна облегченно
— Как ты думаешь, он мертв? — спросила Бренну сестра.
— Похоже на то, — ответила Бренна, толкнув шестом мужчину в плечо. Он безвольно перевернулся на спину, словно выброшенная на берег тушка морской свинки. Темная кровь запеклась в его волосах в том месте, где, как поняли сестры, ему был нанесен удар.
— Посмотри, Бренна, какой сильный парень! — вырвалось у Мойры.
Лежавший на берегу человек был намного крупнее местного кузнеца. Хотя незнакомец лежал согнувшись, Бренна видела, что он намного выше любого из мужчин в замке ее отца. На его длинных светлых спутанных волосах местами виднелись следы морской соли. Присмотревшись еще, Бренна отметила, что этот человек лицом похож на тех жестоких воинственных ангелов, которых она видела на стенах в помещении для переписки рукописей в монастыре Клонмакнойз на берегу реки Шаннон. У тех ангелов были такие жестокие и зловещие лица. Но от их совершенной красоты у нее захватывало дух.
Пристальным взглядом Бренна разглядела висевший на поясе мужчины кинжал. На его рукояти были вырезаны знакомые ей руны. Губы Бренны сжались от ненависти.
— Нормандец! — вырвалось у нее.
— Нормандец? — переспросила Мойра, наклонившись ближе к нему. Помолчав, она добавила: — Наша мама в детстве пугала нас историями про людей с Севера. Однажды где-то неподалеку они даже совершили набег. Но мы никогда не видели их. Ты хочешь сказать, что видела их?
Вопросительно подняв брови, Мойра посмотрела на Бренну.
— Да, хотя сожалею об этом, — без эмоций ответила Бренна. Она подняла шест заостренным концом вверх и оперлась на него.
— И что, все люди с Севера столь прекрасны?
— Нет, не все, — выдавила Бренна сквозь сжатые зубы.
— Этот — красавец, жаль, что он мертв, — сказала Мойра, присев, чтобы сбросить влажный клок волос со щеки незнакомца.
Внезапно веки мужчины открылись, и он схватил Мойру за руку. Девушка закричала и попыталась вырвать ее, но хватка незнакомца была железной.
Волна ослепляющего гнева поднялась из глубины души и с низким рычанием вырвалась из горла Бренны. Этот язычник посмел поднять свою грязную руку на ее сестру! Не думая ни мгновения, девушка вонзила заостренный конец шеста в бедро нормандца, навалившись на шест всем телом так, что у нее даже заныли мышцы живота. Бренна попыталась вытянуть шест, чтобы нанести еще один удар, но не смогла.
В монастыре Клонмакнойз монахини говорили ей, что гнев, как и любая сильная страсть, это грех. Но нрав у Бренны был таков, что пока не утихнет ярость, все обращения к разуму были бессмысленны.
Незнакомец взвыл, широко открыв от удивления глаза, и отпустил руку Мойры.
— Беги! — крикнула Бренна.
Ее
Схватив руками с неестественно длинными пальцами самодельное копье девушки, мужчина со стоном выдернул его из раны. Потекла кровь. Потянув, он легко выдернул шест из рук девушки.
Несмотря на рану, кровь из которой заливала колено и окрашивала темно-красным его серовато-коричневые гамаши, человек поднялся на ноги и забросил палку в кустарник. Он смотрел на Бренну, изучая ее красивое лицо, которому явно не шла нынешняя злобная хмурость.
Пораженная столь стремительным развитием событий, Бренна не могла вздохнуть. В ее ушах звучал плеск волн, напоминавший ей полузабытую мелодию детства. Кричала чайка. Бренна внезапно осознала, как сильно у моря пахнет рыбой. Нормандец стоял на тропе, не давая ей убежать вверх по склону, вслед за Мойрой.
Бренна обманным движением выиграла несколько мгновений, а затем, развернувшись, побежала вниз в сторону моря. Она слышала за спиной тяжелую поступь незнакомца. Он что-то кричал ей на чужом и, казалось, злом языке, однако в его тоне ничего угрожающего не было. Бренна решила не останавливаться. У нее не вызывало сомнений то, что она могла легко оторваться от только что безжизненно лежавшего человека, да еще с раной в ноге.
Неожиданно она почувствовала, как незнакомец обхватил ее за талию. Бренна упала, зарылась головой в песок и вместе с мужчиной покатилась вниз по песчаному склону. Она попыталась зацепиться за корни, но они вырывались из рук. Мужчина крепко держал ее. Падение продолжалось. У самой воды они мягко скатились в песок.
— Изыди, демон! — крикнула Бренна, бессильно колотя кулаками по могучей груди незнакомца.
Он легко поймал ее руки и прижал их к земле над ее головой. Когда Бренна попыталась пинаться, он прижал ее ноги своими длинными и сильными ногами.
Все, что ей оставалось, — это изрыгать проклятия, насылать на него мор и чуму, посылать его бессмертную душу к Вельзевулу со всеми чертями.
Однако на незнакомца, казалось, это никак не действовало. Лишь на какой-то момент его небесно-синие глаза потемнели, как туча. Мужчина по-прежнему нависал над Бренной с самым невозмутимым выражением лица. Он ждал, когда девушка утомится и прекратит ругаться. Бренна действительно скоро устала и замолчала.
— Это самые прекрасные оскорбления, которые я когда-либо слышал, — неожиданно спокойно заметил незнакомец. Уголки его рта поднялись в полуулыбке, которая не очень вязалась с темной бороздой его сердито сомкнутых бровей.
Бренна ощутила жар в лице и поняла, что краснеет.
— Вы меня понимаете?
— Я слышал, как вы только что называли меня ночным кошмаром, похотливым демоном из нижнего мира и прочили мне встречу с князем тьмы. Так как, по-вашему, я понимаю вас?
Бренна почувствовала, как сильные мышцы незнакомца дернулись, словно он подавил приступ смеха. Хотя брови его были все еще сердито сведены, мужчина казался скорее удивленным.
— Откуда, вы знаете наш язык?
Улыбка незнакомца погасла, и взгляд его стал совсем хмурым.