Чтение онлайн

— Именно это я и хочу узнать.

— Ты ищешь Джарлаксла! – поддразнивала его эльфийка. — Потому что тебе не безразлична его судьба.

Дриззт не стал спорить.

Далия прошла мимо него на середину улицы и направилась в сторону таверны.

— Вид этих обветшалых ферм и голодных фермеров разжег мой аппетит! – сказала она, не оборачиваясь.

Темный эльф стоял и смотрел, как она удалялась от него. Он понимал: она говорила все это, только для того, чтобы напомнить ему, как они не похожи, чтобы напомнить, как различаются их взгляды на жизнь.

Дриззт

надеялся, что Далия оглянется на него, когда заметит, что он не последовал за ней.

Она не обернулась.

Когда Дриззт вошел в таверну, Далия уже сидела за столом и разговаривала со служанкой. В такую рань посетителей было немного, но те, что были, в основном мужчины, во все глаза наблюдали за экстравагантной эльфийкой. Даже когда вошел дроу, его одарили лишь беглым взглядом.

Как только Дриззт приблизился, Далия жестом отослала девушку.

— Ты не подумала, что я, может быть, тоже голоден? – спросил он.

Эльфийка рассмеялась:

— Я ожидала, что твоя жалость к тем бедным, голодным людям не даст тебе даже думать о еде! Я о том, что ты же должен рыдать по ним.

— Как ты можешь так говорить об этом?

Далия вновь рассмеялась и отвела глаза.

Дриззт вздохнул, и, продолжая стоять, собрался уже пойти и сделать заказ, как появилась служанка, в руках у которой были две миски с тушеным мясом.

Далия пододвинулась к дроу с виноватым выражением лица, которое, впрочем, быстро стало серьезным.

— Эти фермы настолько беспокоят тебя? – спросила она через некоторое время после того, как перед ними поставили еду, и Дриззт начал размешивать ложкой свое мясо.

— Что бы ты хотела услышать?

— Я хотела бы услышать правду!

Дриззт осмотрелся и снова перевел взгляд на эльфийку.

— Я всегда знал, что Лускан – город головорезов. Здесь всегда было множество ужасных обычаев, например Карнавал Воров; и когда умер капитан Дюдермонт, я уже понимал, что Лускан познает еще более темные времена. И да, зрелище тех ферм причиняет мне боль. Мне страшно видеть, как беспомощный простолюдин вязнет в жуткой паутине действительности, сотканной засильем пиратов и бандитов.

— И это причиняет тебе боль? – спросила Далия, и ее тон напомнил Дриззту о ее невероятной проницательности. — Или все же то, что ты ничего не можешь исправить? Их беспомощность или твоя не дает тебе покоя?

— Ты хочешь что-то предложить или просто смеешься надо мной?

Эльфийка рассмеялась и принялась за еду.

Дроу тоже начал есть, но все свое внимание он сосредоточил на других посетителях – люди наблюдали за необычной парой во все глаза. Он посмотрел на женщину, выходившую второпях, хотя и очень старавшуюся скрыть свою суету, и на мужчину, медленно идущего к выходу и ни на секунду не прекращавшего смотреть на воительницу.

Когда, наконец, они вновь вышли в город, солнце уже клонилось к горизонту, Далия вновь повела Дриззта за собой.

— Мне

интересно, как много глаз следят за нами? — сказал дроу, и это были первые слова, произнесенные им после их трапезы.

— За нами?

— За тобой, — сказал Дриззт. — Как ты думаешь, что их так привлекает — твоя красота или твои былые подвиги в этом городе?

Несмотря на резкую перемену в ее внешности, было ясно, что перед ним стоит та самая Далия, она и только она. Каждого, кто встречал эту эльфийку, Дриззт понимал, нельзя было обмануть этим маскарадом, ведь тот, кто знал Далию, никогда бы ее не забыл.

— Ты не считаешь меня прекрасной?— спросила она, притворно надув губы. — Я обиделась!

Она резко остановилась и одарила Дриззта теплой улыбкой:

— Тебе не нравится моя маскировка?

Теперь ее кротость казалась почти волшебной. Ее прическа теперь была больше милой, чем соблазнительной, щеки были покрыты румянцем, а лицо источало детскую невинность. Возможно, причиной тому было послеполуденное солнце, посылающее свои лучи со стороны Побережья Мечей. В этих лучах Далия казалась непорочной и нежной, Дриззту понадобилась вся его воля, чтобы удержать себя от попытки поцеловать ее.

— Ты притягиваешь проблемы, — он услышал свой голос.

— Я даже скрыла себя, чтобы наверняка избежать их!

Дриззт покачал головой.

— Даже сейчас это трудно назвать маскировкой, когда же мы вошли в Лускан, ты не пользовалась даже ею. Если бы ты хотела избежать проблем, ты скрыла бы себя еще на подходе к тем фермам.

— Значит, мне нужно всю жизнь прожить в бегах?

— Можно подумать, что Далия когда-нибудь скрывалась, — весело сказал Дриззт.

Далия вздрогнула, и дроу понял, что задел болезненное воспоминание, один из множества фактов её жизни, о которых он не знал.

— Идём,— сказала она, и стремительно пошла прочь.

Когда темный эльф догнал ее, Далия была задумчива и замкнута, и Дриззт предпочёл промолчать.

Из дальнего угла таверны двое убийц наблюдали, как уходит необычная пара, при этом один из них вращал кинжал в смуглых руках, держа его под столом.

— Ты уверен, что это она? — спросил один из них, тощий, заросший щетиной, один глаз которого был полностью затянут белой пеленой.

— Да, Буфи, я видел, как она проходила через ворота, – ответил его товарищ, крутивший кинжал. Это был Толстон Ретнор, тот самый страж, что наблюдал за Далией, когда она вошла в Лускан этим днем.

— Хартучен неплохо нам заплатит, ведь это она убила его отца,— сказал Буфи МакЛардин, имея в виду нынешнего высшего капитана корабля Ретнора, наследника Борлана Ворона. — Но трудно будет представить его гнев, если мы по ошибке развяжем войну с этими проклятыми темными эльфами.

— Это она! Точно тебе говорю, — настаивал Толстон. — У нее даже посох тот же. Я не забуду эту женщину; никто из тех, кто видел Далию, не способен забыть ее!