Чтение онлайн

Комментарий к Часть 19. (Сны и легенды)

* строчка из песни Nightwish – Last Ride Of The Day

========== Часть 20. (Bring Me to Life) ==========

После того разговора у озера минуло две недели. Тему снов мы с Эдом больше не поднимали. Я стала замечать странности в поведении парня. Он начал всячески избегать оставаться со мной наедине. Не сказать, что меня это печалило, но было чуть обидно, пожалуй. Нет, мы продолжали общаться, но больше и чаще в кругу друзей. Признаюсь, я

чувствовала, что-то, что между нами творится, уже назрело давным-давно и грозило теперь перезреть. Но я не давила, как бы сердце болезненно ни сжималось при этом.

В один из выходных дней мы сидели в библиотеке. Лина выискивала что-нибудь о Ловушке Исиды, мы с Эдом просто убивали время за чтением каких-то книг. Подруга обложилась баррикадами книг так, что её не было видно. То и дело из-за стены фолиантов звучало задумчивое: «ого!» и скрип пера. Я и Эд на третьем «ого!» перестали обращать на восклицания внимания.

Я то и дело поглядывала на Эда, прикрываясь книгой. Порой он ловил мой взгляд, мы обменивались смущёнными улыбками и снова утыкались носами в книги. Сердце при этом так радостно подрагивало, а я чувствовала себя так глупо… Но каждый раз я едва ли не искрилась от радости.

Наш немой обмен взглядами прервала Кэтрин. После её появления в Хогвартсе Профессор Дамблдор пообещал ей убежище в стенах замка до тех пор, пока мы не решим проблему Ока. Кэтрин вновь поселилась в башне Рейвенкло, начала посещать уроки, но было заметно, что жизнь её течёт едва-едва. Ремус с ней не общался, как бы она ни старалась. Девушка много раз пыталась с ним заговорить, извиниться за тот свой побег. Люпин говорил, что обиды на неё не держит, что всё давно уже в прошлом, но дальше развивать общение он не желал.

— Как ты, Кэт? — спросила я, когда девушка отозвала меня в сторонку. — Хорошо вновь вернуться в стены замка?

— Да, но представляла я это себе совсем не так… — вздохнула она. — За минувшие три года многое изменилось, но замок по-прежнему прекрасен и непоколебим… Это потрясающе.

— Это же Хогвартс! Что ему будет? Замок ещё наших потомков переживёт, — засмеялась я.

— Ребята говорят, что ты встречалась с Ремусом… вскоре после моего отъезда, — промямлила девушка.

— Ну, предположим, — я скрестила руки на груди и исподлобья посмотрела на неё.

— Он очень на меня сердился? Ну, после моего побега.

Я промолчала. А что тут скажешь? Правду? Как он целовал меня на мосту? Как той же ночью мы сидели на крыше и смотрели на звёзды?

— Не то, чтобы очень, — уклончиво ответила я, пожав плечами.

— А… ты знала… ну, что он…

— Знаю. И нет, он не говорил мне, я сама догадалась, курсе на втором.

— Оу, — Кэтрин смутилась. — Ну… И ты не испугалась?

— Поверь, я за минувшие три года повидала такое, что один… Ремус был скорее небольшим приключением. Да и какая разница? Он же всё тот же Ремус Люпин. Добрый, милый, умный гриффиндорец, любитель шоколада, Мародёр, преданный, обаятельный, чуть печальный паренёк. Разве одна ночь что-то меняет?

— Видимо, ему повезло, что у него появилась ты, —

улыбнулась Кэтрин. — Но почему вы расстались?

В памяти всплыла ночь в Визжащей Хижине. Когти, рассекающие тьму, лязгающие во мраке клыки, кипящая в венах ярость, скулеж раненого волка и хохот, хохот, хохот…

— У нас… были причины. Пожалуй, могу сказать, что нам обоим это было во благо, — сказала я, толком не веря своим словам.

— Ну… что ж, спасибо, — кивнула Кэтрин. – О, и не опаздывайте! Через двадцать минут занятие дуэльного клуба!

Я вздохнула. Точно. Дуэльный клуб. Дамблдор решил возродить старую традицию по настоянию профессора N (профессора по Защите от Тёмных Искусств менялись так часто, что смысла помнить их имена толком и не было). Особенно в свете последних событий с похищением Ловушки Исиды. И директор, и профессор полагали, что мы должны уметь обезопасить себя, дать отпор до прибытия авроров. За минувшие две недели дуэльный клуб проходил раз пять. Делили нас на «старшие», «младшие» и «продвинутые» группы, сперва по возрасту, потом и по показанным способностям. Сначала нам минут пятнадцать пытались вбить в головы теоретические знания о боевой магии, после мы тренировались, чаще — друг на друге. Нет-нет, не подумайте, самым опасным заклятием из всех, что были, оказался «Экспеллиармус». В это занятие профессор N обещал по жребию вызвать студентов один на один для небольшой дуэли заклятий на пять-шесть от каждого.

Пожалуй, нашей компании было всё настолько не в новинку, что мы откровенно скучали на этих «заседаниях» дуэльного клуба. После приключений в хижине, многочисленных стычек со слизеринцами и Пожирателями мы сами могли вломить крепких люлей кому угодно.

— Так, ребята! — расхаживая перед смесью «продвинутой» и «средней» групп, разглагольствовал профессор N. — Сегодня, как я и обещал, я по жребию выставлю вас в бой один на один, заклинаний на пять. Но! С одним лишь условием! Вы должны создать пять заклятий невербально.

— Невербально, это когда громко думаешь, но не произносишь? — тихонько спросил Эд. Я кивнула. Уж кто на громких мыслях собаку съел, так это он. Уж я-то знаю.

Минут через семь общей теории мы перешли к жеребьёвке. В прошлый раз я вытащила из шляпы имя Линдси. Ох, как же я тогда на ней отыгралась за распущенную сплетню о моей помолвке! Сейчас же я была среди ожидающих, мысленно гадая, кто вытащил бумажку с моим именем.

— Блэк. — Передо мной возникла Бетти Дарлинг, сжимавшая в руках клочок пергамента.

— Боже, Бетти, скажи, что ты просто подошла спросить время, — застонала я, закрыв лицо руками. Так нечестно! С фикусами драться я не подписывалась!

Но нет, Бетти протянула мне бумажку, где аккуратным почерком было выведено: «Марисса Блэк». Обменявшись обречёнными взглядами с Эдом, я проследовала за девицей, ненавидевшей меня больше всех на этом белом свете.

Мы нашли местечко в толпе учеников. Кое-где уже мелькали вспышки заклинаний, кое-кто, мухлюя, вполголоса проговаривал заклинания. Я встала напротив Бетти и развела руки в стороны: