Неукротимое сердце
Шрифт:
Внезапно окружающий мир взорвался, и Кэндис закричала. Джек приподнялся и, сжав ее бедра, вонзился в нее, снова и снова заявляя свои права. А затем с протяжным стоном рухнул на нее, содрогаясь в конвульсиях. Уткнувшись лицом в шею Кэндис, Джек простонал:
– Моя.
Глава 32
Через несколько мгновений Джек перекатился на спину. Кэндис повернулась на бок, прислушиваясь к его хриплому дыханию. Рассудок постепенно возвращался к ней. О Боже!
Что с ней происходит? Она занималась
Вспыхнув, Кэндис села, придерживая подол платья. Джек стоял рядом, затягивая шнуровку штанов. При мысли, что они валялись в грязи, как животные, Кэндис снова ощутила стыд и отвернулась. Она не знала, что делать, как себя вести. И что, во имя Господа, будет дальше?
– Пора возвращаться, – сказал Джек. Кэндис не заметила ни малейших следов нежности на его непроницаемом лице. Он скользнул взглядом по ее разорванному платью. – Надо достать тебе иголку и нить из сухожилий.
Весь день Кэндис провела с Луси и другими женщинами. Она помогала готовить припасы на зиму, но не могла сосредоточиться на том, что делает. Мысли ее постоянно возвращались к утренним событиям.
Они снова ужинали вместе с Луси и Шоцки. Кэндис то и дело смотрела на Джека. Он избегал ее взгляда. Лишь раз их взгляды встретились, и Кэндис потряс пылавший в его глазах огонь.
В полном молчании они вернулись к своему вигваму. Джек пропустил Кэндис вперед и приподнял шкуру, закрывавшую вход. Она помедлила. Сердце ее неистово колотилось, щеки горели. Кэндис думала лишь о том, останется ли он на ночь. Повернувшись к Джеку, она нервно облизнула губы и со стыдом осознала, что безнадежно погрязла в грехе.
– Ты войдешь? Джек замер.
– Ты понимаешь, к чему это приведет? – хрипло прошептал он, и жаркая волна снова окатила Кэндис.
– Да, – выдохнула она и вошла в вигвам.
Он последовал за ней. Кэндис замерла, ощущая невыносимую робость и невероятно сильное желание. Правильно ли она поняла его? Может, ей нужно раздеться?
Как шлюхе.
Кэндис поморщилась, удрученная ужасным сравнением, но в следующее мгновение пальцы Джека легли ей на плечи. Этого было достаточно. Стремительно повернувшись, Кэндис оказалась в его объятиях. Джек склонил голову, она подняла лицо, и их губы слились в неторопливой прелюдии.
Поцелуй становился все более требовательным, сильные руки Джека скользили по ее спине и ягодицам. Постанывая и выгибаясь, Кэндис прижималась к его возбужденной плоти. Внезапно он оторвался от Кэндис и уткнулся в изгиб ее шеи, обжигая кожу своим горячим дыханием.
– Кэндис! – выдохнул он.
– О Джек, – прошептала она, запустив пальцы в его волосы.
Со сдавленным возгласом он поднял Кэндис, положил на шкуры и опустился рядом на колени. Она раскрыла объятия, наслаждаясь его нескрываемой страстью.
– Иди ко мне, – прошептала Кэндис.
Джек быстро избавился от одежды и притянул Кэндис к себе.
– На этот раз, любовь моя, – хрипло пообещал
Голова Кэндис шла кругом, внутри пульсировало. Она выгнулась и ахнула, когда язык Джека проник в ее рот, а пальцы раздвинули припухшие лепестки внизу.
– Джек!
– Да, – отозвался он. – Я хочу видеть тебя, любимая. – Приподнявшись на руках, он начал раскачиваться, скользя по ее разгоряченному лону. Кэндис неистово извивалась под ним, тяжело дыша и забыв обо всем на свете.
– Джек!
– Хорошо, родная, хорошо, – выдохнул он и вонзился в нее.
Кэндис громко закричала, содрогнувшись всем телом.
Открыв глаза, она встретила его обжигающий взгляд. Джек все еще был в ней, твердый и горячий. Зажав в одной руке прядь волос Кэндис, а в другой – запястья, он приник к ее губам в жадном поцелуе.
Бедра Кэндис медленно задвигались, но Джек отстранился и шире развел ее бедра. Ощутив прикосновение его языка, Кэндис дернулась, но Джек удержал ее на месте.
– Тебе нравится?
Кэндис не сразу осознала, что он поднял голову и ждет ответа. — Да-да… прошу тебя…
– А это? – Его язык с мучительной медлительностью обводил контуры припухших складок, пока она не взорвалась.
– Боже! – вскрикнула Кэндис.
Всхлипывая, она почувствовала, как он опять вошел в нее, а затем снова и снова…
Глава 33
«Где он?» – лениво подумала Кэндис, все еще находясь в полусне. Вздохнув, она глубже зарылась под толстый индейский плед. И густо покраснела, когда воспоминания о минувшей ночи нахлынули на нее.
Джек несколько раз занимался с ней любовью, пока, утомленные и насытившиеся, они не забылись глубоким сном. Кэндис прижималась щекой к его широкой теплой груди. Спустя некоторое время она проснулась, ощутив нетерпеливые толчки возбужденной плоти Джека и прикосновение его рук к ее напряженным соскам. Он снова овладел ею. Кэндис улыбнулась при мысли об их медленном и чувственном соитии.
Внезапно улыбка ее погасла. Она села на постели. Накануне вечером Шоцки собирался принять решение по поводу обвинений Хауки в том, будто бы Джек обманул его. Кэндис охватила тревога. Вскочив с постели, она поспешно оделась и вышла из вигвама.
Лагерь занимался повседневными делами. Не обнаружив поблизости Джека, Кэндис направилась к вигваму Шоцки. Луси, сидя на коленях, острым скребком удаляла со шкуры шерсть. Она подняла голову и улыбнулась.
Должно быть, волнение Кэндис бросалось в глаза, потому что Луси, не дожидаясь вопроса, сказала:
– Он пошел к ручью.
Сердце Кэндис радостно забилось. Поблагодарив Луси, она побежала по тропинке к ручью и остановилась как вкопанная при виде Джека. Он стоял на берегу, разговаривая с Шоцки, босой, в набедренной повязке, с ножом за поясом. Пробивавшееся сквозь листву солнце высвечивало золотистые нити в его темных волосах. Увидев Кэндис, Джек умолк на полуслове.