Неудачник
Шрифт:
Делать все равно было нечего, поэтому Клод сел на кровать и принялся рассказывать Мануэле все, что с ним случилось после того как пьяный Хартмут Дитмар открыл ему силы. Он ничего не скрывал, просто кое о чем умолчал. Когда Клод в своем рассказе дошел до смерти отца, графиня его пожалела.
– Бедный мальчик! – сказала она, откидывая одеяло и садясь рядом с ним. – Сколько же тебе пришлось натерпеться!
– Господи! – услышали они возглас.
У открытой двери в спальню стояла Луиза, такая же бледная, какой вчера была ее мать.
– Доченька! –
Это у нее не получилось, и Луиза с глухим стуком ударилась затылком об пол.
– Я сам! – оттолкнул ее Клод, подхватил девушку и уложил на кровать. – Оденьтесь, пока она не пришла в себя! В кувшине была вода!
– Я ее выпила, – сказала Мануэла. – Не нужно вам никакой воды: она и так уже приходит в себя. Не ожидала такого от дочери, она даже маленькая характером была вся в меня, а теперь, судя по рассказам сына...
– Как же так... – растерянно сказала открывшая глаза девушка. – Для чего ты вернулась? Чтобы отобрать его у меня? У тебя же есть отец!
– Ну и что я тебе говорила? – сказала Мануэла, обращаясь к Клоду. – У нее все мысли вертятся вокруг тебя. Успокойся, дочь, этот молодой человек нужен мне только как источник силы. Хотя не скрою, что испытываю к нему нежные чувства, сродни материнским.
– А почему ты голая?
– Потому что вы сожгли все мои платья, – сердито сказала мать. – А то, которое мне принесли, на меня слишком тесное. Завтра предстану перед твоим отцом, а потом займусь своим гардеробом. Все еще ревнуешь? Ну и зря, он от любви к тебе тоже изрядно поглупел.
– Это правда? – спросила девушка. – Ты меня действительно любишь? Почему тогда молчал?
– Потому что боялся того, что будет завтра, – ответила Мнуэла вместо Клода. – В том числе и твоей ревности.
– Отец ему ничего не сделает, – неуверенно сказала Луиза. – Ведь правда?
– Не беспокойся, убить я его не дам. Но нам с ним придется отсюда уехать. Только не вздумай опять показывать нам свою ревность! На что ты сейчас рассчитываешь? Ничего, кроме легкой интрижки, у вас не будет. Тебя это устроит? А если не устроит, то придется год подождать! За это время Клоду нужно будет так утвердиться в столице, чтобы в свете его приняли, как своего. Вот тогда можно будет думать о вашей свадьбе.
– А если я поеду с вами? Мама, я не смогу с ним расстаться на целый год!
– Ты почему до сих пор не замужем? – спросила мать. – О своих женихах можешь не говорить, мне о них уже рассказал сын. Одного я бы сама выгнала, но два других были подходящими со всех сторон! Начиталась любовных книг, и самой захотелось любви? А ты знаешь, что она для дворянок редкость? Вот и жди, сколько говорю, а если не терпится заняться женским делом, отец тебе мужа быстро найдет! А взять я тебя с собой не могу. И отец будет против, и нас в столице ославят. Кроме того, нам там поначалу будет не до тебя. Возможно, я потом за тобой кого-нибудь пришлю, но это только в том случае, если договорюсь с Ойгеном. Золото
Глава 15
– Я тебе не позволю остаться с ним вдвоем в кровати, да еще голой! – уперев руки в бока, заявила Луиза. – Или ты отсюда уходишь, или я ложусь с другой стороны!
– Совсем от любви потеряла рассудок? – спросила мать. – Ты о Клоде подумала? Ему и со мной нелегко, а тут еще ты ляжешь под бок! Заметь, я тебе ничего не говорю про урон чести и о возможных сплетнях! Пусть даже об этом никто, кроме нас, не узнает, бедный мальчик в таком окружении всю ночь не будет спать и к утру свихнется!
– А ты хочешь, чтобы свихнулась я? Ничего, я лягу в одежде и не буду ерзать. Все равно я на его кровати уже лежала! Сам же меня и положил!
– Это безнадежно, – покачав головой, сказала Клоду Мануэла. – Ты всех девушек так сводишь с ума? Дочь, пойми, наконец, что мне это жизненно необходимо, и я к нему питаю только материнские чувства! Ладно, я согласна что-нибудь надеть, если ты мне достанешь одежду попросторнее этого платья.
– Я достану, – пообещала Луиза. – Клод, давай выйдем, мне нужно с тобой поговорить.
Они вышли из спальни в гостиную и сели на стоявшую в ней кушетку.
– Если любишь, рассказывай все, что у вас было! – потребовала девушка. – Как тебя во все это втянул брат, и что случилось после. Я должна это знать, иначе сойду с ума! Мать права в том, что мне не место на твоей кровати, но и ей там делать нечего!
– Твоя мать берет у меня только силу, – ответил Клод. – Видела бы ты ее вчера! Белая, иссохшая с неживыми глазами! И еще от Мануэлы пахло гнилью, хоть и несильно. Стыдно такое говорить, но когда она меня обняла, я, как девица, повалился в обморок.
– Представляю! – передернув плечами, сказала Луиза. – А чего это она полезла к тебе обниматься? Я читала о марах, так там вроде ничего такого не было.
– Я думал, что на портрете изображена ты, а не она, – отведя взгляд, признался он, – и произнес заклинание любви. Извини, но мне так хотелось, чтобы ты меня полюбила...
– Безглазый дурак! – счастливо сказала девушка. – Я в тебя и так почти сразу влюбилась. Значит, Крис тебе подсунул этот портрет, а ты ему наколдовал любовь? Тогда понятно, почему она воскресла. Вот мелкий паршивец!
– Ты не рада? – спросил Клод. – Твой брат был уверен, что ты обрадуешься.
– Не знаю, – сказала Луиза. – Давай сейчас разберемся не с моей радостью, а с ее любовью.
– Когда Мануэла начала восстанавливаться, она сказала, что если я тебя люблю, должен убрать свое заклинание, иначе... ну ты сама понимаешь.
– Бедный ты был бы, – мрачно сказала она. – С ее красотой и опытом она бы из тебя вила веревки, а мне осталось бы только перерезать себе горло! И что ты сделал?
Клод объяснил, что он вычитал в книгах и применил к графине.