Чтение онлайн

Брэндон Хилл. Человек, который считает себя моим парнем. Самовлюблённый засранец и абсолютно бездарная личность, чьи руки сейчас наглым образом пытаются облапать меня. Наши отцы, когда-то открыли маленькую адвокатскую фирму, которая сейчас стала достаточно известной. Парень надеется стать во главе фирмы, как только получит юридическое образование. Ну а я нужна ему в качестве красивого сувенира на будущее, только вот он не знает, что никакого будущего у нас с ним быть не может.

– Как дела, Хилл? – рычит Эван и руки Брэндона сразу же соскальзывают с моей талии. Я вздыхаю с облегчением, у парня крепкая хватка.

Эван

и Брэндон прожигают друг друга раздражёнными взглядами. У этих парней всегда была взаимная неприязнь, не смотря на то, что мы дружили семьями. Эван вёл себя как старший брат-защитник, в то время как Брэндон возомнил себя мачо века. Но после того как мой брат сломал нос Брэндону думаю их ненависть перешла на новый уровень.

– Лучше чем у тебя, Дэй. – Прошипел Брэндон в ответ.

– Моё настроение существенно поднимется, когда я буду выбивать из тебя всё дерьмо. – Проговорил Эван достаточно тихо, чтобы его слова услышала только я.

Улыбаясь, я толкнула Эвана в плечо:

– Хочу чего-нибудь выпить.

– Без проблем. – Притянув меня и Кэйси к себе, Эван закинул свои руки нам на плечи и повёл через толпу на кухню. Прислонившись спиной к барной стойке, мой брат внимательно посмотрел на Кэйси. – Мне кажется или в тебе что-то изменилось? – (Кэйси вопросительно вскинула бровь и с вызовом посмотрела на него). – Хмм, я думаю это новая стрижка. Я угадал?

– Чёрт, Дэй, ты можешь быть достаточно внимательным. – Засмеялась Кэйси. – Если бы ты не был братом моей лучшей подруги, я бы в тебя влюбилась.

Теперь уже смеялись мы втроём.

Наши дни

Как только я вошла в квартиру, направилась прямиком в кровать. Я закрыла глаза всего на минуту в надежде выспаться, но, увы, этому не суждено было случиться. Уже в следующую минуту телефон заиграл, извещая меня о входящем вызове. Я пошарила рукой по кровати, в попытке найти его.

– Алло… – прохрипела я в трубку.

– О, боже у тебя сейчас голос, как у маньяка из фильма ужасов. – Засмеялась Кэйси – моя лучшая подруга и самый ранний «жаворонок» когда-либо известный человечеству.

– И тебе доброе утро, Кэйси.

– Утро? Ты шутишь? Уже, между прочим, давно за двенадцать, – голос Кэйси звучал слишком громко.

– Мммм…

Я перекатилась на бок и взглянула на часы.

– Поднимай свою задницу, ты обещала мне, что сегодня мы устроим шопинг, помнишь?

– Угу,– пробубнила я в трубку.

– Ну, вот и отлично. Через пять минут я буду у тебя. – Сказала Кэйси и отключилась.

В этом была вся Кэйси. Она не тянула кота за хвост. Её вечный девиз: «Всё или ничего». Она в буквальном смысле жила одним днём: никогда ничего не откладывала в долгий ящик, не бросала слов на ветер и не делала то, что ей не нравится. Практически полная моя противоположность. Она никогда не общалась с людьми, которые не нравятся ей. Всё что она делала – это была честной с ними. Но не многим в наше время нравится честность. Большинство предпочитают лесть правде. Кэйси была другой. И это то, что мне больше всего нравилось в ней.

Я подняла свою сонную тушку с кровати и поплелась на кухню за порцией жидкой энергии, которая мне понадобится, если я намерена вернуться живой после походов по магазинам с Кэйси.

Я допивала кофе, когда она пришла. Она влетела в комнату и сразу же совершила обход.

– Ты знаешь, даже моя комната в общежитии выглядит

уютнее, чем вся твоя квартира, не смотря на то, что моя соседка по комнате гот.

Она повернулась ко мне и положила руки на бёдра – очень плохой знак.

– Ну, ничего это дело поправимое. Я думаю, твои родители переживут, если ты спустишь немного денег на обустройство своей квартиры.

Мои родители пришли бы в бешенство, если бы увидели, что кроме мебели приобретённой сразу же после покупки квартиры я так ничего и не купила, кроме вещей первой необходимости. Хотя я и жила здесь уже целую неделю, времени на то чтобы всё преобразить, как-то не было. А если за это берётся Кэйси – это значит, что безделушками, типа рамочек для фотографий и прочего, дело не обойдётся.

Три часа спустя мои руки отваливались, а ноги подкашивались от усталости, в общем, я себя чувствовала, как будто пробежала марафон. Кэйси же наоборот выглядела бодрой как никогда. Моя странная ночь и не менее странное утро давали о себе знать болью в спине, из-за проклятого кресла.

На обратном пути, мы заехали перекусить. И как только мы присели за столик, Кэйси накинулась на меня с вопросами. Глупо было думать, что она ничего не заметит. Она знает меня слишком хорошо.

– Можешь уже начинать. – Сказала она совершенно спокойно.

– Начинать что? – Я попыталась сделать вид, что не понимаю, о чём идёт речь, хотя рано или поздно всё равно бы ей рассказала.

– Да ладно. – Она откинулась на спинку стула. – У тебя такое выражение лица ммм…, ну знаешь, – она свела брови на переносице и начала нервно кусать губу, копируя меня, – так что тебе никак не выкрутиться.

Кэйси выжидающе смотрела на меня. Вздохнув, я закатила глаза.

–Лааадно, слушай.

Кэйси улыбнулась победной улыбкой и наклонилась ко мне ближе, как будто я собиралась рассказать ей тайну мирового масштаба.

К концу рассказа моя лучшая подруга держалась за живот, а в уголках её глаз появились слёзы. Она так громко смеялась, что все сидящие в кафе обратили на нас внимание.

– О Боже, поверить не могу, что ты это сделала! Хотела бы я видеть выражение лица того парня. – И она зашлась в очередном приступе смеха. – Это моя девочка! – крикнула Кэйси и стукнула меня в плечо, от чего я чуть не свалилась со стула.

– Эй, полегче.

– Ой, извини, просто я так давно не видела эту твою сторону… настоящую, что мне просто не верится. Я действительно очень рада, что ты решила уехать учиться сюда, со мной. Последние два года были ужасными. – И в её глазах всего на мгновение появилась та грусть, которую она никому никогда не показывала. – А сейчас мы сидим здесь вместе, и такое чувство, что тех двух лет вовсе и не было.

С начальной школы мы с Кэйси были лучшими подругами, но последние два года мы с ней практически не общались. Это было трудное время не только для меня, но и для неё. Её родители решили развестись, и это стало сильным ударом для Кэйси. Многие сломались бы на её месте, как я. Но Кэйси никогда не была слабой, она всегда была бойцом, сколько я её помню. Не было и дня, чтобы она позволила слабости и трусости взять над собой верх. В этом я всегда хотела быть похожей на неё. Но при первой же трудности я сломалась. Я разрешила боли взять контроль надо мной. И я до сих пор не могу, простить себе, что в ту минуту, когда я так нужна была Кэйси, меня не оказалось рядом.