Чтение онлайн

К Джейн подошла Сандра, обняла за плечи.

— Джейн, дорогая, мне так неловко. — Сандра ощутила, что Джейн сотрясает нервная дрожь. — Дорогая, ну, не нужно так расстраиваться из-за всякой ерунды. Это все Додо, дура бесчувственная. — Сандра пристально посмотрела на Джейн и вдруг увидела страх в серых глазах подруги. — Не знаю, зачем мы вообще терпим эту дуру? Наверное, дело в том, что нам всем ее просто жаль. Муж у нее такой подонок: думает, что всякая баба почтет за счастье трахаться с ним, и постоянно меняет молоденьких студенточек… — Сандра глотала окончания, ей нужно

было как-то отвлечь Джейн, направить ее мысли в иное русло.

— Он что же, преподаватель? — поинтересовалась Джейн.

— Читает лекции в каком-то техническом университете. Сам ровным счетом ничего собой не представляет, дурак дураком. По сравнению с другими преподавателями он вообще не котируется.

— Эта женщина чем-то напомнила мне мою золовку, жуткую леди Клариссу.

— Господи, надо же… Нужно будет рассказать всем, пусть посмеются. Ведь Додо эта вся из себя такая левая, чуть ли не коммунистка. А все, опять-таки, технический университет: там сплошь такие. — Возникла неловкая пауза, разговор не клеился. Сандра тревожно посмотрела на Джейн — лицо подруги напоминало сейчас непроницаемую маску.

Джейн взяла новую сигарету, совершенно позабыв просьбу Сандры не курить на кухне.

— Видишь ли, Сандра, у меня такое ощущение, что весь мир для меня сделался чужим. Куда бы я ни пришла — всюду чужая. Не знаю, где есть место для меня, — неожиданно печально проговорила она.

— Дорогая, все образуется, поверь. Мы с тобой отлично поладим, все будет как раньше.

— С тобой, может быть, и будет, но я ведь не об этом. Я о том, что не могу вернуться домой к родителям, там мне все чуждо. А в мире Алистера я тоже всегда была чужаком. Надеялась, вот приеду к тебе… — Она тревожно взглянула на Сандру, которая не знала, что и сказать. — И вот ведь что смешно: может, у этой твоей Додо в действительности куда больше денег, чем у меня. Потому как я, по сути, нынче нищая.

— Джейн! — воскликнула Сандра. — Ты это серьезно?! О Господи, вот уж никогда бы не подумала… Сигарета есть у тебя?..

— Но ведь ты же говорила…

— Говорила, ну и что с того?! Ох, если бы ты только знала, до чего я ненавижу, когда вся эта публика собирается у меня на кофе! Они все такие скучные, как на подбор, я подчас плакать готова. И потому всякий раз, когда приходит моя очередь принимать их у себя, у меня с раннего утра отвратительное настроение. Вот потому и сказала… Вообще-то считается, будто я не курю. Иначе Джастин опять затянет свою волынку… — Сандра прищелкнула языком.

— За что боролись… — хмыкнула Джейн, открывая инкрустированный портсигар, с которого, собственно, все и началось.

— Слушай, ты это честно сейчас насчет денег?

Джейн тут же все выложила подруге, добавив, что в создавшейся ситуации и винить-то некого, виновата лишь она одна.

— Господи, какая же ты, оказывается, идиотка, Джейн! Тебе надо срочно встретиться с адвокатами, — посоветовала Сандра.

— Увы, теперь это невозможно. Я из гордости не смогу.

— Гордость — это из разряда принципов, а если ты нищая, о каких принципах может идти речь?

— Но я обязательно решу эту проблему.

Придумаю что-нибудь…

— Да, конечно, ты уже придумала! Сваляла дурака, что не получила сертификата на занятие сестринской практикой. Он женился на тебе и тем самым не дал тебе возможности окончить учебу. А если бы у тебя сейчас имелся сертификат, то не было бы решительно никаких проблем. Так что неплохо стать чуточку практичнее. Подумай сама, что ты умеешь? Каков вообще твой актив?

— У меня хорошо получается открывать имения для туристов, — сказала Джейн и выдавила улыбку.

— Ну, едва ли на это найдется спрос. — Сандра тоже улыбнулась.

— Еще я три с лишним месяца проучилась на курсах секретарш. За курсы платил Алистер. Возможно, он оплатит всю учебу, и я окончу. Другое дело, как я буду жить до получения работы? На что жить? Хорошо, что я приехала к тебе и посмотрела, как ты и вообще люди живут. Со дня замужества мне ведь не приходилось решать материальные проблемы. Более того, я ни разу не видела с тех самых пор ни одного счета за что бы то ни было. Если я и носила с собой деньги, то лишь для того, чтобы при необходимости расплатиться за такси. Я даже шутила, говорила, что я совсем как королева, никогда не ношу с собой денег.

— Ты упомянула про дом. Какой дом ты имела в виду? — с интересом спросила Сандра.

— Алистер оставил мне дом в Фулеме, но я понятия не имею, как мне его содержать.

— Джейн, тупица ты этакая! Все ведь исключительно просто. Если ты будешь сдавать меблированный дом в таком районе, то сможешь получать огромные суммы. На эти деньги присмотришь для себя что-нибудь попроще, а на остаток будешь жить, пока не получишь работу. И уж тогда-то все встанет на свои места.

— Ты правда думаешь, что можно сдавать мой дом? Надо же, а я и не догадалась! — Джейн сразу стало легче на душе. — Я почему-то была уверена, что рано или поздно мне придется его продать, и сама эта мысль была мне невыносима.

Распахнулась дверь черного хода, и в кухню вбежала Мишель, возвратившись после занятий в детском садике. Поцеловав мать, она обернулась и чмокнула в щеку Джейн.

— Мне показалось, что мы с тобой не подружились, — произнесла Джейн, весьма удивленная таким вниманием ребенка.

— Подружились, подружились! — сказала девочка с каким-то даже вызовом. — Вы очень хорошенькая, — как бы между прочим добавила она и тут же умчалась.

— Это вы о чем? — спросила Сандра.

— Да ни о чем. Шутка такая.

— Нет, не шутка. Догадываюсь, что Лэнс ужасно вел себя вчера, когда нас с мужем не было. Разве не так?

— Ну… Да, у него сейчас такой возраст…

— Не в том дело, Джейн, просто он становится каким-то монстром. Я ума не приложу, что с ним делать. Что он тебе говорил? — Джейн вынуждена была пересказать Сандре разговор с мальчиком. Сандра тяжело вздохнула. — Что меня очень беспокоит, так это его влияние на Мишель. Она такой чудесный ребенок. А все дело в его дедушке, это он так избаловал внука. Лэнс практически на каждые выходные уезжает к деду и возвращается оттуда невыносимым. У меня прямо руки опускаются.