Непокорная

Глава 1

Я распахнула глаза, будто ощутив чью-то смачную пощечину. Ветер раздувал мои волосы, и это казалось единственным приятным бонусом. Запах мертвого тела ударил в нос ровно с тем, когда я подскочила, одурманенная безумием и местью. Белесая фигура выпотрошенной девушки лежала напротив меня. Остекленевшие глаза, пережившие агонию и ужас, взирали в рыхлый потолок заброшенного здания. Лохмотья ее пурпурного платья разлетались по щебню и настойчиво путались в моих ногах,

словно умоляли, чтобы я во всем разобралась и поймала виновника этого безумия.

Вот только фейри не любили, когда за ними охотились.

Я почти нагнала очередного фейри, но впервые меня настигла неудача. Кажется, я запнулась о железный прут и ударилась головой о бетонную колонну, упустив треклятого. Заброшенная фабрика полнилась сюрпризами, однако я об этом даже не подумала, когда в одиночку кинулась в погоню, пронзенная адреналином.

Удивительно, что фейри не вернулся, чтобы убить меня. Они ненавидят Охотников и сделают все, чтобы мы вымерли.

Поднявшись с мокрого щебня, я заскулила. Спину и голову прошило волной жгучей боли, а копчик застонал. Благо, я ничего не сломала, поэтому преследование можно продолжать вопреки здравому смыслу. Один на один с фейри мало кто отваживался выходить: именно этим я и утешала свое эго, надеясь, что моя пылкая отвага не граничит с глупостью. Фейри – одни из опаснейших и невероятно сильнейших существ, способных одурманить тебя или вспороть брюхо одним лишь пальцем. Они горазды на то, что и не снилось самым отбитым маньякам за всю историю человечества. Охотники давно выучили правило в борьбе с ними: если можешь – бей, не можешь – беги. Однако раз за разом, попавши с хватку с фейри, я следовала только одному закону: бей или убивай, но не беги. В противном случае, тебя все равно догонят и прикончат…

Проверив боевой арсенал, состоящий из клинков, фонариков и ловушек, я убедилась, что все на месте, затем помчалась по холодным коридорам, разыскивая тварь. Фейри маскировались под людей, однако у Охотников было преимущество видеть их реальную оболочку – розоватую или лазоревую блестящую кожу, напоминающую бутон Незабудки, чересчур яркие глаза, острые продолговатые зубы и длинные, заостренные на кончиках, уши. Подавляющее большинство фейри отличалось ростом и худобой, что позволяло нам запросто искать их в толпе. Впрочем, остальные фейри не выходили за рамки примитивных человеческих габаритов и казались менее заметными: одного такого я как-раз надеялась найти здесь.

Предположительно, я помнила, куда юркнула моя цель – фейри мог забраться на крышу. Немногие Охотники отваживались покорять высотки, но я не была из их числа. Выбежав в вестибюль, я обнаружила обломки лесенки, ведущей вверх. Поскольку фабрика была заброшенной, имела мириад пробоин и шатающихся конструкций, у меня был реальный шанс слететь со ступенек и сорваться вниз. Тем не менее, это было частью моей работы, которая подразумевала бесконечные переломы, раны, ушибы и редкие полеты до места приземления.

Бегло оценив риски, я предположила, что ударюсь о бетон, если соскользну или меня столкнут. Было бы неплохо думать только о хорошем завершении миссии, но я не могла сосредоточиться на погоне, когда перед взором вновь и вновь всплывал

образ моего расколотого черепа, омытого кровью.

«Соберись, Руби!» – голос беспощадной воительницы снова протрещал в моей голове, подначивая забыть обо всех волнениях.

Бей или убивай. Бей или убивай. Но не беги.

Вздохнув, я полезла по лестнице, попутно заглядывая в широкие окна с выбитыми стеклами. Комнаты со швейным оборудованием пустовали. Я замерла, прислушиваясь к каждому шороху. Ничего. Значит, фейри взобрался выше. За всю историю охотничества я всегда находила их на крышах, когда они решали поиграть в догонялки. С высоты им было проще наблюдать за Охотниками и нападать.

Я миновала последнюю ступеньку в тот же миг, когда увидела красные лакированные пулены перед своим лицом. Стоит заметить, вкус у фейри тоже был дерьмовым.

– Да когда же ты сдохнешь?! – прошипело существо и с грозным рычанием пнуло меня.

Я попыталась удержаться за ступеньки, но тело как магнитом потянуло к полу. Крича, я сорвалась с лестницы, но чудом не раздробила позвоночник, потому что зацепилась за оконную раму и через мгновение сползла наземь, упав на бедро. Если бы моему падению ничего не препятствовало – я бы сыграла в ящик.

Пыль вздымала надо мной золотистым коконом. Когда я запрокинула голову и приподнялась, довольный фейри завис на бортике крыши, любопытно оглядывая меня. Его длинные светлые волосы, небрежно заплетенные в косы, и розовый костюм с мерцающими стразами резали глаз. В сочетании с алыми остроносыми ботинками этот образ выглядел действительно убийственно. Кто стилист этого придурка?

Фейри не собирался оставлять меня. Он плавно спрыгнул с высоты в три этажа и мягко приземлился на одно колено, словно его тело забыло про гравитацию. В одной из его голубоватых рук блеснул зазубренный клинок, который предназначался для меня.

О черт.

Я молниеносно потянулась за клинком, выбрав устойчивое положение. Фейри брало исключительно обсидиановое

1

оружие, каким требовалось сердце. Если лезвие прилетало в плечо или ногу – считай, миссия провалена. Такие ранения были для фейри сродни царапинам или маленьким ожогам, а их регенерация, порой, творила чудеса, исцеляя за минуты.

– Мы же одной крови, – шептал фейри, словно собираясь меня вразумить. Так делал каждый из них, надеясь на послабление. – И не должны драться.

Я театрально закатила глаза, плотно обхватив серебристую рукоять клинка. Мое тело все еще ныло от удара, но боль заглушал адреналин.

– Ну да, не должны. Это же не я скинула тебя с лестницы только что.

– Я защищался, – глупо оправдывался фейри, и его ядовито-зеленые глаза злобно сверкнули. – Ты бы сделала то же самое. Но сейчас я предлагаю перемирие.

Словно огромный питон, он воровато приближался ко мне. Зимние фейри отличались особой хитростью: они могли заболтать Охотников, а если те верили россказням, клинок оказывался у них в горле. Самое поганое – фейри питались мясом. Человеческим мясом. Возможно, люди были и правда вкусными, ведь за кусок свежатинки они могли отправиться хоть на край света.