Чтение онлайн

— Вот это работа! Вот это да! Я все освою!

Читать он не умеет, значит надо ему сделать хорошие и большие рисунки видов карет. Заодно и заказчикам покажет. Чтобы нас понять, клиенту надо иметь мощный аналитический ум, и развитое художественное воображение. Модельного ряда у нас пока нет, а большинству людей мало услышать, им надо увидеть, потрогать. Ну а если придет боярыня-заказчица? Провал будет полный. Софьи Ковалевские редки во все века.

Вдобавок, скоро осень и зима, пойдут дожди, снега, морозы. А мы на улице… Срочно надо ставить ангар с отоплением. А вот где?

Думалось о моем участке возле нового дома. Спросил мнение приказчика. Он недолго подумал, узнал где сидят мастера по изготовлению карет и сказал: на этом торге надо ставить, чтобы им ходить недалеко было. А парень-то толков.

Рассказал ему о картинках. Антон сразу одобрительно покивал: славная идея! С ним приятно было работать. Не чета моим компаньонам. Потому так рьяно и берется за новые дела. Ему расти надо, а не зарастать мхом на чем-то нудном. Мне часто нужно посоветоваться, а не с кем. Выдал ему рубль, а то потом позабуду, и повел знакомиться с древнерусскими каретниками. Заодно и раздавал им заработанные деньги.

Всех прошли, к последним зашли к братьям-кузнецам. И тут работа дала трещину. В кузне сидела Забава! Стараясь не обращать на нее внимания и, кое-как, уняв останавливающееся сердце и уезжающую голову, выдал умельцам заработок.

Тут девушка встала и пошла к нам. Убежать на подкашивающихся ногах я просто был не в силах. Как-то защититься — тоже. Сейчас повторю судьбу бурого медведя, пришибленного рукой богатырки. Тут Забава скомандовала братьям: погуляйте на улице. Те безропотно испарились. Я в это время вытолкнул из кузницы своего подручного — пусть хоть он уцелеет!

Красавица взяла меня за отворот рубахи и негромко сказала:

— Прости меня за дурость. Ты был прав, а я нет.

Тут мне стала ясна правота старинной пословицы: седина в бороду, а бес в ребро. Никого и никогда не любил так, как эту девушку! Обнял ее, нежно поцеловал в щеку.

— Хочу ведь, чтобы это были наши дети!

После такого моего замечания, уже она меня целовала пожестче, чем я ее. Потом попросила:

— Отведи меня туда, где были…

И мы пошли. По пути я отпустил Антона. Братья залетели в освободившееся помещение махом. Видать соскучились по работе. Заметил на груди любимой большой оранжевый факел. Меня свечение, наверное, заливает с ног до головы. Вышли за город. Присели на травку. Конь пасся рядом.

Разговоры у нас как-то не задались. Взялись опять целоваться и не заметили, как прилегли. А потом все и случилось. Сколько это длилось, пять минут или два часа, сказать не могу. Потом лежали: я на спине, Забава у меня на плече, а время безостановочно летело и летело… Солнце было еще в зените и меня мучил нестерпимый голод. Поведал об этом красоте ненаглядной. Другая стала бы гнусить: у тебя ничего святого, обгадил такой момент! Я бы вяло отбрехивался. Забава деловито спросила:

— Куда пойдем, к тебе или к нам с матушкой?

— У меня пока голые стены, ни ложки, ни плошки.

Любоваться на будущую тещу желания не было. Я встал и подвел черту:

— Знаю отличное место!

И повел в харчевню к Олегу. Тот принял нас радушно. Народу в корчме было немного, обеденное время

уже прошло. Заказали винца, водочки, взвару, маринованных грибочков, рябчиков, лосятины и еще так, по мелочи. Не экономили — продажа шарабана подправила мои финансовые дела. Насытившись, стали беседовать.

Живут они небогато. Заработок братьев не блистал. Долги смогли отдать только с доходов от производства карет. Я ответил, что коляски и для меня дело новое, и как пойдет — неизвестно, но есть пение для купцов, лечение бояр, изготовление досок на двух лесопилках. Ее семья деньги в долг больше брать не будет. Забава спросила:

— А мы как дальше будем жить, вместе или просто будем встречаться?

— Только вместе! Поженимся хоть сегодня!

Ее тоже зажгла эта идея.

— Давай сейчас!

— Легко!

Сгребли остатки еды и шнапса. Двинулись к церкви. По пути спросил мою радость: а как же свадьба, наряд невесты? Она отмахнулась: не в первый раз. Мне подумалось: аналогично, оба уже видали виды… Старенький попик быстренько нас обвенчал. Забава задумчиво сказала:

— Вот я и опять замужем. Может теперь посчастливится?

Да, тут не угадаешь. Затем новобрачная спросила:

— А где жить-то будем?

Рассказал о новом доме. Она загорелась:

— Пойдем глядеть?

— Не сегодня. Общаться с жуликоватыми плотниками сил нету. Сейчас живу у ведуна. Они с женой хорошие и добрые люди. Бесплатно учили, кормили, хотели даже одеть после лета. Но тут я сам в силу вошел, зарабатывать начал. Познакомишься?

Молодая жена кивнула. Заодно и коня оставим. Зашли, посидели, выпили. Хозяева уговаривали пожить у них, пока не обустроимся — у вас там печки еще нет, готовить даже не на чем. А посуда, кровати, обстановка — все надо купить. Уговорили. Пошли в свою комнату отдохнуть. Там внезапно продолжили медовый месяц. Что-то я последние лет десять на такие подвиги был уже не горазд. Хотя омоложение чувствуется и в других сферах жизнедеятельности. А со сменой эпохи пришла и молодость.

Заехал бубнивший у ворот в прошлый раз боярский заказчик кареты, которого я одарил рисунками. Не особо поверивший в его ум и память хозяин переслал мне аналогичный подарок. Пока конюший что-то не очень внятно толковал о карете, рассмотрел созданное высокородной рукой. Кривобоко, но понятно. Четырехместный фаэтон. Предусмотрено место для кучера. Окошки невелики. Но вот одна позиция осталась непонятной. Прервал бормотанье челядинца:

— Рессоры то делаем или нет?

Умник даже и не понял, о чем речь. С трудом, но растолковал. Когда осознал, чело его озарилось:

— Боярин велел делать!

Цены на все варианты я написал еще в прошлый раз, но решил уточнить.

— Сколько хозяин заплатить хочет?

— Он сказал, ты знаешь. Велел делать побыстрее.

— Приходи послезавтра, раньше не получится.

Вернулся к своей любви. Изложил ей всю историю заказа кареты, которую на Руси звали бричкой или ландо. Внимательно выслушав, она предложила новую для меня идею.

— А, может, как братья делать — брать аванс?