Неожиданность
Шрифт:
Срок годности изделий мастера золотые руки меня впечатлил. Хотя, еще тогда, когда взял в руки изготовленное им клеймо, подумал: крепко сделано, качественно. Имеет шанс и до 21 века дотянуть.
— Мне магнит нужен, в любом виде куплю. У тебя есть?
— Может и есть, да не про твою честь, — ответила горькая обида голосом несостоявшегося часовщика. — А тебе зачем? Девочек на посиделках веселить или так, побахвалиться перед знакомыми боярами?
— Мне нужно в походе к Смоленску стороны света узнавать, чтобы не сбиться с пути.
— А железка тебе чем может
— Магнит всегда на север показывает.
— У меня уже год лежит — ничего не показывает. Хочешь поверну или переложу — ничего не изменится. Это тебя обманул кто-то.
— Давай поспорим? — предложил я.
Онцифер загорелся от близости такой манящей прибыли. В своей победе он был уверен. Как и я в своей.
— Давай! А на что? — решил уточнить кузнец.
А то сейчас ввяжешься за ломаный грош в глупую историю, а работа стоит.
— Ты сколько зарабатываешь в месяц? — теперь стал уточнять я, решив сделать молотобойцу предложение, от которого он просто не сможет отказаться. Гулять так гулять!
— Да это когда как…
— Самое большее за последние три месяца.
— Четырнадцать рублей — протянул коваль, — больше не было.
— Вот я со своей стороны столько и поставлю.
— У меня таких денег с собой нет!
— И не надо. Если ты вдруг ошибешься, отдашь кусок магнита. Можно меньшую его часть.
— Да я за весь магнитный железняк рубль отдал! Чего ж я тебя, дурить буду?
— Ты железом не торгуешь, я не покупаю. Мы спорим. Из двух спорящих, как в народе говорят, один дурак — не знает, а спорит, другой подлец — знает и спорит. Давай я сегодня в дураках останусь, а ты изрядно денег заработаешь — как за месяц огребешь!
— Да ты откажешься, когда проиграешь, скажешь, что пошутил.
— У тебя подмастерье человек верный?
— Давно вместе, не продаст. А что?
— Он сколько самое большее за месяц денег имеет?
— Рублей пять. Точно, Федосий?
— Пять с половиной, — уточнил подсобник.
— Будешь судьей в нашем споре? — спросил я. — Мы тебе заклады отдаем, и я, один я, плачу сразу шесть рублей. Тебя не будет волновать, кто выиграл, кто проиграл — твоя монета уже в твоем кошеле.
— А если вы заспорите, кто прав, а кто нет? — спросил Федосий.
— Чтобы лишних и ненужных споров не было, решим прямо сейчас, на что будем глядеть. Я толкую, что намагниченная легкая вещь, если она сможет легко вращаться, всегда будет указывать на север.
— Ты толковал про все стороны света! — возмутился Онцифер.
— Зная где север, остальные определить легко.
— Это, пожалуй, да, — согласился умелец. — Но ты, может, фокус какой-нибудь знаешь?
— А чтобы понимать было легче, я изготовлю все прямо при вас. Из рукавов вынимать ничего не буду, прятаться за занавесками не стану. Здесь жарко, разденусь до пояса, как и вы. Сделаю все сам, или объясню, а вы делайте. Можем сделать сразу два компаса — один я, другой вы. И испытывать их будем вместе. Онцифер их пусть и испытывает, я вообще отойду в сторону. Если обе стрелки покажут в одну сторону, я забираю назад свои деньги, свой
— Да. Да! — ответили оба.
— Если стрелки глядят в разные стороны, или не на север, я ничего не беру и ухожу.
Видя, что они колеблются, доверил окончательное решение хозяевам.
— Сейчас выйду, проветрюсь. Как решите, позовете — сказал я. — Если спорим — сразу отдаю Федосию двадцать рублей.
И вышел из кузницы.
Не продал бы уязвленный событиями прошлого Онцифер мне ничего. А в спорах рождается истина! Уж очень мне был нужен магнитный железняк! Намагниченная иголка размагнитится от тряски быстро — через день-другой. Никуда доехать не успею. Как раз в глухом лесу и подведет. Надо ее будет намагничивать. А чем? А именно железняком. Его кусок уступать целому по силе не будет. Хочешь жить — умей вертеться! Не получается купить — выиграй, отспорь.
Минуты через три меня пригласили назад, и пари стартовало. Решение авторитетного жюри было следующее:
— Ты делаешь свой компас и следишь, как Онцифер это повторяет. Я гляжу за тобой, как бы не словчил чего. Все могу взять в руки и пощупать, спросить все, что понадобится. По твоей команде Онцифер пытается найти север, ты держишься на сажень в стороне. Потом втроем глядим, вы каждый высказываете свое мнение. Можете поспорить, пообсуждать. Затем я оглашаю свое решение. И все! Дальше, чтобы никаких раздоров и дрязг не было. Выигравший получает все.
Я тут же отсыпал денег, Онцифер отколол от куска магнитного железняка, привезенного с Урала, половинку, размером с кулак взрослого человека, Федосий достал еще одну деревянную миску, и работа закипела.
Разделся до пояса. Иголки прижали на минутку к магниту. Я их изначально взял две. Железная намагнитится легко, а разные виды стали похуже и подольше. А на рынке их было не отличить. Поэтому взял у двух разных купцов — с какой-нибудь, да угадаю. После намагничивания проверил, обе к немагнитной железке липли отлично.
Занялись плотиками для иголок. Нужно было добиться легкого вращения допотопных стрелок в сторону севера, а для этого опустить иголку в воду. Для того, чтобы они легко вращались в воздухе, требовались насадки на ось, для которых шли более сложные технические решения.
Чтобы игла не тонула, ее нужно было положить на что-то плавучее — в школе 20 века брали для этой цели кусочек пенопласта. Выстругали две тонкие и легкие осиновые подложки, привязали к ним иголки. Налили в миски воду, опустили в нее изделия. Старт! Начались испытания.
Я отошел. Больше всего боялся — не осилят иголочки крутить деревяшки, слабоваты окажутся. Но когда увидел, как Онцифер на пару с Федосием пытаются сбить работу двух первых русских компасов — крутят тарелки, переносят их с места на место, понял — получилось! Подошел. Концы иголок упрямо и одинаково показывали север.
На прощание Онцифер поинтересовался, все ли компасы такие, или есть варианты половчей? Рассказал о привычном изделии.
— Я сделаю! — стал горячиться умелец, — махом сделаю, знаю как!