Неофит
Шрифт:
— Город же закрыт. Думаете мне там грозит опасность?
— В ближайшее время — вряд ли. — Соглашается Кошкин. — Все же на месяц-два Смоленск-2 станет самым законопослушным городом Империи, я уверен. Вы же наслышаны, я думаю, о событиях вокруг вашего вовращения?
— Наслышан, — соглашаюсь.
— Ну вот. Прямой агрессии в ваш адрес в эти пару месяцев я не жду, конечно же. Но нельзя недооценивать человеческую глупость, поэтому быть готовым к резким движениям в ваш адрес, все-таки, думаю, стоит.
— Не спорю. — В принципе,
Так что стоит воспользоваться этим планируемым Кошкиным месяцем и в этом смысле.
Мне до прорыва, в связи с последними постоянными перенапряжениями, остаются сущие дни. Уже не недели. И это радует намного больше реальных планов по сокращению школьной программы. Школьную программу сдам недели через две, если ничего не случится, и правильно оцениваю объем и свои возможности. Единственный вопрос с артефакторикой, там я не был ни на одном занятии — так получилось. И оценивать этот, вроде профильный предмет для меня, пока не могу. Но судя по тому, что Кошкин тоже не акцентирует на этом внимания, принципиальных сложностей там не предвидится. Вот и ладно.
— Раз вы не спорите, молодой человек, тогда я вас оставлю. Но с завтрашнего дня, будьте готовы к очень плотной работе, — откланивается довольный Кошкин.
Прощаюсь тоже. Остаюсь немного озадаченным последними ощущениями в эмофоне. Маг уходит с легким ощущением ожидания шутки. Которая мне не понравится, но тем не менее, будет осуществлена. Странно. Но пока разницы нет, пожимаю плечами. Не опасно.
Возвращаюсь в смотровую. Савва как раз заканчивает устанавливать печать Длинному Сергею. Все подростки тихо, что бы не мешать целителю, разбились на кучки и переговариваются. Пока меня не было, в смотровой опять поселяется тревожность. Оглядываюсь.
— Рогволд! — тихо зову Рыжего. Обвожу взглядом ребят. — Что случилось?
— Переживают, что нет амулетов, нечего надеть, есть только то, что на них, вещей никаких, опять же.
— Это мы сейчас решим. — Киваю. Да, я об этом не подумал. Хорошо вылезло сейчас. По идее, к ребятам должны прикрепить куратора, но видимо из-за необычного нашего здесь появления, пока не успели. Но ничего, побуду таковым, не вижу проблемы.
— Закончили? — уточняю у Саввы. Тот как раз со вздохом убирает жазл на место.
— Да, Рысев. Уходи, и не появляйся тут ради всех богов хотя бы неделю! — парень сильно устал. Под глазами появились черные круги, руки немного подрагивают. Он достает небольшой пузырек, капает несколько капель прямо себе на язык. Савву передергивает, но он становиттся чуть более живым на глазах. — И этих всех с собой забирай, особенно Рыжего! — кивает на Рогволда. — Его я тоже тут видеть не хочу, но с ним сложнее, у него мозгов нет. Так что говори, не говори — опять взорвется не вовремя,
— Я стал спокойнее, — с легкой тоской произносит Рогволд.
— Может быть, может быть, — соглашается Савва. — Все! Освобождайте смотровую.
— Внимание. Ребята, кто был не из этого лицея. Не беспокоимся. Идем все вместе общей группой. Сначала получим комплект лицеиста на складе. Активируете амулет. Как — если не знаете, спросите у соседа. Потом пойдем размещаться. Все понятно?
Подростки кивают.
— Вот и отлично. Двинули. Сергей, Рогволд, как обычно смотрите за отставшими. — подростки кивают.
Быстро выхожу из больнички и так же быстрым шагом, почти бегом, иду к складам. По пути несколько раз встречаем учеников разных курсов, которые после узнавания тут же убегали к учебным корпусам. Что же, слухи пойдут уже сейчас, а на ужине, ребятам очевидно обеспечено внимание.
— Володимир Моисеевич! — захожу на склад. Кладовщика опять нет, но теперь я довольно точно вижу его сигнатуру за стеной. Видимо там у него каморка, или что-то такое. И вижу, что кладовщик задвигался. Так что когда один из теперь уже лицеистов тянется к колокольчику — я его останавливаю. — Не надо. Нас слышали.
Кладовщик появляется через минуту, и на мгновение замирает.
— Рысев! А я рад, вот не поверишь, — и действительно Моисеич рад, фон не подделаешь.
— Да, Володимир Моисеевич, вот только я без вашего амулета, что первого, что того, что вы просили достать. — Хмыкаю.
— Да ладно, — машет рукой кладовщик. — Главное сам жив! А амулет полежит там еще, лежил полтора десятка лет, и еще полежит. Молодец, что вернулся, парень. Что у тебя за дело, что столько народу сюда притащил?
— Нужны комплекты лицеистов, с амулетами. Всем. Они теперь учиться будут здесь.
— Макс, распоряжения у меня нет, — пожимет плечими кладовщик. — Могу записать на личный счет каждого. А, нет. У вас и браслетов нет. Тогда ждем распоряжение ректора. Я ребят вас понимаю, но я ответственен за склад.
— Может я схожу? — предлагает Длинный.
— Может. Но давай завтра. Сегодня у меня сил уже не осталось. — оборачиваюсь к кладовщику. — Володимир Моисеевич, отпустите комплект за наличные. Точнее чек. У вас же остался мой незаполненный. Денег на счете точно хватит, а с лицеем я завтра рассчитаюсь.
— За твой счет, любой банкет, ты знаешь, — улыбается кладовщик. — три тысячи восемьсот баллов, по оптовой цене парень, цени.
— Вписывайте. Подтвержу оттиском магии, браслета нет тоже. — беру у кладовщика заполненный чек, оставленный еще в прошлый раз, и меняю там сумму.
— Да это пожалуйста. У меня и амулет есть, — Моисееич передает пластину. Чек с суммой светится снова, и я возвращаю пластину и заполненный чек кладовщику. — Держите комплекты. На всех готовых нет, но я сейчас соберу, — отдает пять комплектов, и бысторо уходит добирать необходимое по стеллажам.