Нелюдь
Шрифт:
— Каким?
— Предложил лично вздернуть пяток разбойников, отловленных в окрестностях Эркуна…
— Ясно…
— Но и это еще не все… — криво усмехнулся Ансельм. — Тайная служба короля, все еще ищущая сообщников графа Иора, нашла неопровержимые доказательства того, что ему содействовали некоторые братья!!!
Иерарх поперхнулся и вытаращил глаза:
— Что?!
— То, что слышал! Все восемь человек признались в своей вине и были повешены при очень большом стечении народа. Что самое интересное, города,
— Расчет…
— Да… А еще среди них не было ни одного действительно знающего…
— То есть это — не противодействие, а обычная попытка изменить отношение народа к Ордену как таковому?
— Именно… — кивнул брат Ансельм. — Только называть ее «обычной» я бы не стал…
— Ну да, я неудачно выразился. Способ — лучше не придумаешь… — кивнул брат Рон. — Мда… С таким подходом к решению этого вопроса они своего добьются…
— Именно. Кстати, не удивлюсь, если в ближайшее время окажется, что кто-то из Перстов Вседержителя ссильничает новорожденных, а какой-нибудь Глас лично якшается с Двуликим…
— Надо устранять Грасса, д'Ожа и Латирдана! И чем быстрее — тем лучше!!!
— Надо. Вот только большая часть наших людей, помогавшая сторонникам Иора Варлана захватывать замки, рассеяна по их окрестностям. А иверцы, которым я приказал перебраться в Харрарский лес, вот-вот отправятся в Небытие…
— Н-не понял?
— Фарид умудрился подставить их под хейсаров…
— И?
— Половины отряда уже нет… А остальные… — Ансельм подхватил со стола свиток и бросил его иерарху: — На, читай!
Брат Рон проглядел коротенькое письмецо и… улыбнулся:
— Хм… В Алат? А Надзирающие в отряде есть?
Глава 26. Кром Меченый
Второй день третьей десятины третьего лиственя.
…Здесь, в предгорьях Шаргайльского хребта, Серебрянка оставалась холодной, как лед, даже летом. А сейчас, в середине третьего лиственя, она просто дышала морозом.
Потрогав воду пальчиком, леди Мэйнария зябко поежилась и затравленно посмотрела на меня:
— Она же ледяная!!!
Я кивнул и бросил на землю собранный по дороге сушняк:
— Да. Но больше помыться негде…
Баронесса брезгливо потрогала свои волосы, сморщила носик и неуверенно потянулась к шнуровке колета.
Мысленно усмехнувшись, я снял с плеча котомку, присел на корточки и вытащил из нее сверток с мыльным корнем, пучком мочала и чистой нижней рубашкой:
— Вот. Пригодится…
— Спасибо… — обрадованно воскликнула леди Мэйнария, выхватила его у меня из рук и, непонятно почему покраснев, унеслась к здоровенной иве, растущей у самой воды в паре десятков шагов вверх по течению.
Проводив ее
… Мылась баронесса недолго — от силы минут десять. Но за это время успела замерзнуть до такого состояния, что, выбравшись из воды, не смогла ни толком одеться, ни просушить волосы.
— Х-х-холод-д-дно… — стуча зубами, подбегая к костру, пролепетала она, присела на корточки и протянула руки к огню. — У-у-у, как хорошо!!!
У меня перехватило дух и остановилось сердце: я тут же уставился на нее и… увидел Ларку: рыжие волосы, разбросанные по плечам, синие трясущиеся губы и покрасневшие, негнущиеся пальцы.
— З-з-заканчиваю… — не переставая полоскать в проруби какую-то тряпку, непослушными губами пробормотала сестричка. — Осталось д-две прост-т-тыни…
— Вечер… Никто не видит… Дай, помогу! — с ненавистью покосившись на окна верхнего этажа донжона замка Тьюварр, предложил я.
— Нос в к-к-карауле… — вздохнула Ларка. — Если з-з-заметит — обязательно д-д-доложит Гус-с-сыне. И т-т-тогда я опять получу плет-т-тей…
— Червяк! Слизень!! Мокрица!!! — сжав кулаки, зашипел я. — Вырасту — переломаю ему все кости!!!
— Нос уже с-с-сломали. Не помогло… — фыркнула Ларка. — К-к-каким был, т-т-таким и остался…
— Тогда… Тогда…
— Иди к-к-ко мне, защитник! — улыбнулась она, бросила простынь в корзину, обняла меня и запустила руки за пазуху: — У-у-у, как хорошо!
— Что-то не так? — увидев, как изменился мой взгляд, испуганно спросила баронесса. Потом оглядела свою рубашку, заметила, как топорщится мокрая ткань на сжавшихся от холода сосках, зарделась и, прикрыв рукой грудь, вскочила на ноги: — Ты… Ты…
Пожав плечами, я уткнулся взглядом в огонь, а через пару мгновений снова уставился на баронессу. На этот раз — с удивлением: вместо того, чтобы продолжить возмущенную тираду и обозвать меня похотливым животным или еще чем-нибудь в этом роде, леди Мэйнария вдруг вздохнула и примирительно пробормотала:
— Прости… Мне показалось, что… Ну… Просто у тебя был такой взгляд, как будто…
Я не поверил своим ушам: передо мной извинялась целая баронесса! Причем извинялась не просто так, а искренне!
В общем, промолчать у меня не получилось:
— Ничего…
… Всю дорогу до охотничьего домика леди Мэйнария молчала. И во время ужина — тоже. А после него, забравшись на свое ложе и дождавшись, пока я потушу лучину, неожиданно заговорила:
— Кром?
— Да, ваша милость?
— Тогда, в Атерне… Я слышала звуки боя… Это были люди графа Варлана?
Я перевернулся на бок, вгляделся в темноту и зачем-то кивнул:
— Угу…
— Значит, замок они захватили?
— Угу…