Шрифт:
Глава 1 И жили они долго и счастливо
Солнечный лучик прорвался в комнату сквозь не полностью опущенные жалюзи и коснулся лица красивой молодой женщины. Она улыбнулась во сне, но глаз не открыла. Тогда лучик скользнул по умиротворенному лицу мужчины, пытаясь рассказать, что настал новый прекрасный день и глупо проводить его в постели.
Ольгу разбудили едва заметные, невероятно ласковые прикосновения. Девушка, находившаяся в сладких объятиях Морфея, все равно не желала открывать глаза.
Осторожный
Каждое ее утро начиналось банально: прекрасное настроение, родная светлая улыбка, подаренная самым любимым и близким человеком, который не предаст и не причинит боль. Банально для нее, то столь ценимо для любой девушки, мечтающей о простом женском счастье. И Ольга ценила и никогда не забывала, что значит просыпаться одной по утрам в страхе за свою жизнь.
Маленький ураган с криком ворвался в комнату, нарушая уединение влюбленных:
– Мама! Мама!
– Данила со всего размаху запрыгнул на кровать, прерывая ласки супругов.
Раздались притворные стоны и бурчание мужа с соседней подушки:
– Доброе утро, сын! А бабушка где?
– Доброе утро, малыш!
– Ольга притянула к себе ребенка, обняла и поцеловала в щеку. Мальчишка скривил мордашку и попытался выбраться из цепких материнских объятий. У него было важное дело, а мама не понимала этого! Она все еще считала его малышом! А он уже большой! Ему 3,5 года. Вот!
– Дань, вот ты где, негодник!
– немного недовольным тоном выговаривала свекровь, вламываясь за мальчонком в их спальню. Опять без стука! Взрослая ведь женщина! Но ни уговоры, ни увещевания не помогали вразумить Нину Владимировну. Она будто бы отказывалась принимать тот факт, что молодой семье нужно уединение.
– И тебе доброе утро, мама!
– протянул супруг, потягиваясь и нехотя поднимаясь с постели.
Наигранная сварливость в голосе и осуждающе сердитый взгляд Кирилла вызвали только улыбку. Ольга прекрасно знала, что для семьи у мужчины неизменно хорошее настроение, все остальное - лишь напускное. Это знала свекровь, поэтому предпочла не услышать промелькнувшего в приветствии ворчания. Это понимал сын, который беззастенчиво знанием пользовался.
– Оленька, Кирюша, мы ведь вас не побеспокоили? Там завтрак стынет.
– Доброе утро, Нина Владимировна! Сейчас спустимся.
– Мама!
– тут же поправила женщина.
– Мама!
– послушно повторила девушка. Ну, не могла она называть эту женщину так, хотя та и была ей ближе родной матери. Правда, последнее было совсем не сложно. Ведь родная мать девушки, хоть и жила с ней под одной крышей, но предпочитала алкоголь воспитанию дочери. У Ольги рано погиб отец. Ей тогда едва исполнилось пять лет. Погиб глупо на охоте. Вернее, он-то ходил за грибами, а какой-то охотник принял его за дикого зверя и подстрелил. Злополучного охотника не успели наказать по всей строгости закона, с ним разобрался ее дед. Но отца, мужа и сына семье это не вернуло. А самого дедушку осудили за преднамеренное убийство и дали 15 лет строгого режима. Мужчина не пробыл в тюрьме и года. Бабушка тогда сказала, что он не перенес неволи. Почему-то именно эти слова навсегда запали ей в душу. С тех пор девушка ненавидела принуждение в любом его виде.
Супруг попытался стащить сына с кровати, чтобы освободить жену от маленького, но такого приставучего счастья. Ребенок лишь
– Мама, я поймал жука!
Поерзав на женщине, удобно устраиваясь, сынишка протянул зажатый кулачок прямо к лицу и деловито сообщил:
– Вот!
А в раскрывшемся кулачке оказалось пусто, зато она отчетливо почувствовала какое-то шевеление в волосах.
– Ой, - Ольга резко села на кровати и начала трясти шикарной рыжеватой копной.
– Вытащи, вытащи его оттуда!
– ну, не любила она насекомых с детства.
Завалившийся на бок сын и смеющийся муж тотчас бросились на помощь и тут же столкнулись лбами, придавив любимую мать и жену.
– Вот ведь дети!
– прошептала свекровь и только всплеснула руками.
А божья коровка уже активно заработала крылышками, улепетывая в приоткрытое окно от ненормальной семейки.
Такое обычное, но такое счастливое утро - норма для их маленькой семьи. Ольга считала себя удивительно везучей женщиной. Ее первый мужчина, ее любимый, теперь уже муж, всегда внимателен, заботлив и добр. Он неизменно целовал перед сном, улыбался по утрам и готовил для нее зеленый чай, хотя сам предпочитал кофе, никогда не повышал голос и всегда был на ее стороне. Он - ее опора, поддержка и сила, а она для него - тихая гавань.
Они познакомились семь лет назад, когда она, неискушенная провинциалка, приехала в Питер и поступила в престижный ВУЗ на лингвистический. Он же в тот день заскочил проведать своего приятеля-аспиранта. Но до кафедры не дошел...
Симпатичная худющая девчонка облила его колой и затащила в женский туалет отмываться. А он был настолько очарован смазливой мордашкой, заворожен чарующим голоском, что шел за ней, как телок на привязи. Слушая сбивчивые извинения, улыбался, как сумасшедший. А когда ее ручки коснулись его пиджака и попытались прямо на нем замыть пятно от сладкой газировки, понял, что уже никуда не отпустит, что эта девушка станет супругой и матерью его детей.
Два долгих года Кириллу требовалось все его упорство и терпение, чтобы научить девушку верить мужчинам, убедить, что ему нужна только она.
Ольга, хоть и была родом из небольшого городка, больше похожего на обычный поселок, затерянного где-то в Новгородской области, не была наивной. С детства мать - алкоголичка, бесконечная череда отчимов, которые исчезали быстрее, чем она запоминала их имена и лица, бабушка, практически живущая на могиле единственного сына, быстро приучили к самостоятельности и лишили иллюзий. Научили не верить словам, а к поступкам относиться скептически. Научили, что в этой жизни никому нельзя доверять, даже родным, ни на кого нельзя положиться, что рассчитывать можно только на себя.
Ольга была безоговорочно предана семье. Любила, доверяла мужу. Но все равно в глубине сознания иногда возникала мысль, что это не навсегда. В моменты сомнений девушка спешила себя чем-нибудь занять, отвлечь, чтобы ненужные мысли не задерживались в голове и не разрушали ее благополучия, не подтачивали фундамент, на котором строилось ее счастье.
Ольге рано пришлось повзрослеть. Если еда, хоть и не слишком разнообразная, в доме была всегда. То не о каких дополнительных занятиях или проверке домашней работы речи не шло. Бабушка иногда покупала ей новую одежду и обувь, но чаще помощь поношенными вещами оказывали соседи, которые искренне жалели симпатичную и умненькую девочку.