Нефрит
Шрифт:
Очень отдаленно, но все-таки…
— Так что ты делаешь в лесу одна?
Хороший черт побери вопрос!
И как бы так на него ответить, чтобы меня посчитали еще бОльшим маньяком и убежали с визгом, оставляя разговаривать с орешками и давиться спиртом дальше!
— Я ищу одного человека…
— В лесу? — коварно изогнулась светлая бровь белобрысого маньяка, когда он принялся с явным и весьма навязчивым интересом рассматривать меня, почему-то начиная с ноги выше, делая это так, что меня снова бросило в холодный пот.
— Ну.
Белобрысый маньяк звучно хмыкнул, а я поняла, что очень хочу потерять сознание и очнуться у себя в номере местной гостиницы, когда на поляну к нам вышел второй такой же.
Вернее уже третий!
Но такой же белобрысый и такой же обнаженный!
Тут уже рождаются моржами или только к девушкам в лесу выходят в таком виде, чтобы сразить наповал сразу и уволочь в бессознательном состоянии в местную ближайшую пещерку?!
К счастью, он стремительно шел к нам, начиная хмуриться…по крайней мере, пока что.
— Что она здесь делает? — спросил второй белобрысый, смерив меня быстрым, недовольным взглядом и окинув своего друга, нахмурившись в тот момент еще сильнее.
— Говорит, пришла сюда с каким-то мужчиной, — усмехнулся первый, явно не веря мне и снова окидывая излишне тяжелым и горячим взглядом, мило поинтересовался, — И где же этот страшный тип, который даже больше нас?
— Да если бы я знала! — тяжело вздохнула я, покосившись по темным зарослям вековых хвойных. надеясь увидеть в них хоть что-нибудь, чтобы радостно завизжать и замахать руками, даже если это был бы просто пробегающий мимо арктический заяц! Главное спугнуть этого озабоченного придурка, когда даже второй был не такой страшный! — Может в туалет отошел? Неприлично же делать свои дела рядом с девушкой…
Вообще-то это был толстый намек тому, чья дубина уже выпирала из бедер, весьма показательно намекая на то, что я ему как бы…понравилась!
Комплимент тот еще!
Спасибо конечно, но лучше не надо!
— В лесу никого нет, — еще более тяжело и хищно улыбнулся маньяк, который с дубиной, вдруг подавшись вперед, чтобы вдохнуть воздух вокруг меня, проурчав, — Мне нравится, как она пахнет.
И это при том, что я сидела рядом, просто выпадая в осадок от его нескромной вероломности, которая увеличивалась просто прямо пропорционально размерам его дубины!
— Не глупи! Нам нельзя трогать местных! — шикнул на него второй блондин.
— Вот именно! — горячо закивала я, стараясь отползти подальше от этого озабоченного во все две головы придурка. панически вздрогнув,
— Она не местная, — принялся рассматривать он меня пристальнее, словно я была поджаристой курочкой-гриль и он никак не мог решить с какого бока будет укусить вкуснее, — Все местные знают с пеленок, что нельзя заходить за хребет.
— Считайте, что я уже в их числе! — горячо закивала я, снова предпринимая попытку уползти от маньяка подальше, — Буду ночевать под дверью вашего местного паспортного стола и утром же получу ПМЖ! Вот прям сейчас и пойду получать!..
Попытка номер два не удалась тоже, когда я понимала, что спирт мне не помогает, и я начинаю откровенно паниковать, оттого, что один не скрывал своих дальнейших побуждений, а второй хмурился и явно не поддерживал своего голого друга, но и не пытался ему каким-то образом препятствовать.
Помня слова первого маньяка, который был худо-бедно, но все-таки одет, о том, что нужно искренне бояться и громко кричать, я снова окинула дрожащим взглядом все близлежащие деревья, надеясь, что вот сейчас он появится.
Но снова напрасно.
— МУЩщЩЩЩИНна! Я уже боюсь! — хрипнула я, надеясь показаться больной во всю голову, когда мне грозило изнасилование в глухом лесу на самом холодном краю земли, — Я честно уже ОЧЕНЬ боюсь!!! Может на этом остановимся?!
Но в ответ мне была безграничная тишина заснеженного леса, и смех контуженного и озабоченного придурка, который потянулся ко мне снова, в этот раз касаясь пальцами замка на куртке.
— Все еще ждешь помощь?
— Говорю же вам, он где-то здесь ходит!!!
Так, спокойно говорить уже не получалось, когда я принялась убирать от себя настойчивые руки, заранее понимая, что против его габаритов и желания, я не смогу сделать ровным счетом ничего.
— Ты с ума сошел?! Если отец узнает, пришибет нас обоих! — зарычал второй на своего друга, который лишь пожал своим большим плечом, явно не собираясь останавливаться.
— ВОТ ИМЕННО! — пискнула я, поддакивая сама не понимая чему и падая в истерику все сильнее и сильнее, видя, что никто не боится никаких отцов, хотя надо было бы!
— Отец не узнает.
— Я ВСЕ РАССКАЖУ!
Белобрысый тип лишь рассмеялся, расстегнув на мне куртку и убирая мои руки, колотившие его совершенно безрезультатно, когда его друг снова попытался воззвать к логике и сознанию:
— Черт, да она просто окоченеет на таком морозе!
— Не успеет.
— ЕЩЁ КАК ОКОЧЕНЕЮ!!
Только едва ли мои вопли и попытки убрать от себя загребущие руки кого-то впечатляли, когда я поняла одно — орать надо громче, выпуская весь свой накопившийся испуг, о чем, собственно, и говорил сексуальный маньяк номер один, который скрылся в неизвестном направлении, чтоб ему спотыкалось всю дорогу!