Неформал
Шрифт:
А Маришка и говорит.
– Я обет дала!
– Какой? – удивился священник.
– А такой! – тут Маришка голову подняла и нам обоим в глаза по очереди посмотрела. – Если Иван живой вернется, так сразу и крещусь!
Отец Константин даже головой покачал от ее решительности.
– Ну, мертвого его никто не видел, значит, надежда есть, что вернется. Ну что ж, жди тогда. Твой выбор, твое право.
А Маришка вроде бы не уверена была в выборе своем, ну и спрашивает:
– А это ничего? Ну ничего же страшного не произойдет?
А отец Константин плечами
– Видишь ли, Марина, Бог без тебя-то проживет. Вот сможешь ли ты без Него прожить, это вопрос. Но принуждать тебя не могу, дело добровольное.
А наутро меня разбудили рано, сначала мы службу отстояли, а потом мы с Алексеем Петровичем в Киржач вылазку сделали на внедорожнике и из магазина генератор притащили и бочку с горючим. И в доме свет по вечерам появился. Книги можно стало читать, у отца Константина отличная библиотека была. Я потом уже узнал, что и дом этот, и храм, и библиотека какой-то организации принадлежали, а отче сюда семью перевез, когда конец света наступил, но это неважно было. Раз они тут первые оказались, значит, они хозяева.
….А Иван появился только через месяц. Произошло это неожиданно. Мы с Алексеем Петровичем крыльцо ремонтировали, там нижняя ступенька расшаталась, и он мне показывал, как это исправить, и вдруг на меня сзади кто-то ка-ак прыгнет!
И с ног сбил.
А это Жулька, оказывается, вернулась! Живая! Вся в шрамах, словно ее тигры драли, а глаза счастливые, хвостом своим вертит, лицо мне вылизывает и от радости прямо визжит! И хохолок этот розовый задорно так надо лбом торчит. Алексей Петрович ее как увидел, так на землю и сел. От испуга. Решил, что мутант! А потом я голову поднял, смотрю, а по дорожке двое идут. А это Иван какую-то женщину с собой привел, она рядом с ним ну просто ребенком смотрелась: худенькая, в джинсах, коротко стриженная. А он запыленный, заросший, глаза белые от усталости, бешеные. И вроде бы даже похудел. А за плечами, как всегда, – старенькая «Сайга»… И тут мимо меня Маришка метнулась, по дорожке пробежала и прыгнула прямо на него, руками его обхватила и молчит. А он ее осторожно в щечку чмокнул, ссадил на землю и к дому пошел, а там уже отец Константин из гаража подошел, руки ветошью вытирает. Обменялись они рукопожатием да в дом пошли. Сразу все вокруг него собрались, но детей и нас в том числе, быстро из столовой выгнали, чтобы не мешали. Но мы все-таки услышали, что Иван завтра уже уходит. Он на нас особого внимания не обращал, ему отдохнуть надо было. Я-то думал, мы хотя бы вечером поговорим, но они с отцом Константином вечером в храм ушли и долго там о чем-то беседовали. О чем, я не знаю. Мало ли тем для разговоров у двух взрослых?
А утром Иван ушел. Закинул за спину рюкзак, повесил на плечо «Сайгу» и снова потопал кого-то спасать. У калитки он обернулся и нам рукой помахал. Жулька его проводила, а потом ко мне вернулась и у ног моих села, мол, Ивану, конечно, спасибо, но я, Шурыч, с тобой!
Через несколько дней Маришка крестилась. И после этого она изменилась. Я сразу это почувствовал. Улыбаться чаще стала и с женщинами разговаривать. А отче Константин
Так и сказал:
– Обвенчаю! А то у нас как-то странно все: как презервативы тинейджерам раздавать, так для этого они уже созрели, а как ответственность перед Богом за другого человека нести – так тут они еще маленькие! Взрослые вы уже почти. Чуть-чуть подождать осталось.
Про себя я понял одно: я не солдат, я обычный человек. Таким, как Иван, мне никогда не стать. Да и не мое это дело – война… Мне больше нравится книжки читать да со сломанной техникой возится.
Конечно, мы всегда помним, где мы и что с нами со всеми случилось. И что тьма кругом, и только здесь, в храме под Киржачем все еще островок жизни остался. И Калашников мой старый, и пистолет этот, «ГШ–18», всегда у изголовья висят. И всегда к бою готовы.
А еще я всегда помню, что в любой момент Бог может нас к себе призвать, и смерть все равно когда-нибудь настанет, но я почему-то совсем этого не боюсь. Да, конец света рано или поздно придет в любые глаза. Но страх перед смертью – он же от неверия происходит. От недоверия к Богу. А мы ведь каждый день молимся: «Да приидет Царствие Твое и да сбудется воля Твоя». Нельзя просить о таком и бояться. Ведь раз Бог есть, значит и смерти – нет……А Иван все реже и реже появляться стал. Он ведь приходил и каждый раз кого-нибудь из уцелевших людей с собой приводил. И каждый раз ему все дальше и дальше уходить надо было. Со времени его последнего ухода уже полгода прошло, а от него до сих пор: ни слуху, ни духу. Говорят, что на этот раз он ушел на Аляску через трансконтинентальный тоннель под Беринговым проливом. Жуткое, наверно, местечко… Значит, вернется не скоро. Но я-то знаю, рано или поздно он появится. Он такой. Он где угодно выживет.
Ангарск 2012 г.
Примечания
1
Лидер – духовный наставник.
2
Лаймер – персональное либо стационарное компьютерное устройство, соединяет в себе максимум функций: от просмотра телепередач и телефона, до навигатора и компьютера.
3
Каунтер – персональное электронное устройство устаревшего образца. Обладает минимумом функций. Удостоверяет личность, служит пропуском и осуществляет выплату денег.
4
Пентотал – «сыворотка» правды.
5
ОЗК – общевойсковой защитный костюм. Обычно это прорезиненные штаны с калошами и прорезиненная куртка с капюшоном. В мирное время используется в шахтах и на химических производствах для защиты людей при работе в агрессивной среде.
6
Паранг – большой малайский нож. Может использоваться для расчистки лесов и как боевое оружие.
7
Айкед – персональный компьютер, вживленный под кожу человека и соединенный с его нервной системой. С помощью айкеда можно управлять электронными устройствами и связываться по сети с другими людьми.
8
Клинкарт – аналог автобуса, ездит на экологически чистом топливе.