Недостающий элемент
Шрифт:
Колодец наполнился густой и едкой пылью. Она мгновенно забила лёгкие, и Сароген вынужденно закашлялся, с трудом удерживаясь на тонких и хлипких поручнях. Те шевелились под его руками, грозя выпасть из стенок колодца и обрушиться вместе с Сарогеном в его бездонную глубину…
…Неожиданно всё стихло.
Сароген висел над ямой колодца и мучительно кашлял от пыли, ожидая следующих ударных волн.
Они пришли скоро — одна за другой, но были слабее — защитили деревья лесополосы и высокая насыпь шоссе.
Когда всё
Там что-то непонятно гудело и трещало, но звуки после всего, что творилось совсем недавно, были уже не сильными.
Сароген не рискнул сразу высовываться наружу, а спустился на дно колодца, надеясь пробраться в подземку. Добравшись до него, Сароген оказался на большой металлической плите, в которой пальцами нащупал явно закрытый изнутри люк. Сароген в отчаянии поколотил по нему кулаками и каблуками с подковками, оглохнув от лязга металла, но ничего этим не добился. Подземка, скорее всего, не работала, а надеяться на то, что где-то поблизости могут оказаться люди, ему не приходилось.
Сароген посидел на дне колодца, глуша в себе стойкое отчаяние, затем повесил антирадиационный комплект на плечо и полез наверх.
Он осторожно приоткрыл люк и выглянул наружу…
…Сквозь узкую щель Сароген увидел изувеченные, почерневшие стволы деревьев, над которыми висела густая, горячая пыль. В воздухе летали какие-то разноцветные обрывки, а за жалкими остатками лесополосы полыхали поля, поднимая к самому небу оранжевые языки пламени…
Совершенно оглушённый увиденным, Сароген открыл крышку люка и сел на краю колодца, бессмысленно глядя на царящий вокруг Хаос… В голове была какая-то пустота.
Что-то совсем рядом непрерывно и нудно пищало, но Сароген не обращал на эти звуки внимания. Он взобрался по насыпи на дорогу, волоча за собой за ремень съехавшую с плеча сумку, и встал на краю шоссе, подавленный зрелищем произошедшей катастрофы.
Впереди, — там, где был его долгожданный дом, клубились чудовищно огромные облака чёрного дыма. Казалось невероятным, что что-то может так жутко гореть. Дым поднимался почти до самого зенита, ошеломляя и завораживая…
И сзади, откуда он ехал, Сароген тоже увидел невиданную им прежде картину уничтожающего всё пожара. Дым и огонь были везде. Полыхали поля, пылали деревья, горел город, из которого Сароген выехал, и пылал его родной город, до которого он так и не добрался…
И только сейчас до Сарогена дошло, что в том адском дыму и пламени, который он сейчас видит, остались его жена и его дети… И его дом…
Сароген упал на горячее полотно шоссе на колени, и завыл от горя и бессилия.
— Конец!!! Конец!!. Конец!.. Конец. Конец… — кричал и стонал он, захлёбываясь рыданиями и колотясь головой о твёрдое дорожное покрытие. С ободранного лба и разбитых губ капала кровь, но Сароген этого будто не замечал.
…Истерика кончилась так же внезапно, как и началась. Сароген лёг на спину и посмотрел вверх.
Высоко
— «Вот и всё… — подумал Сароген тоскливо. — Развязка наступила гораздо быстрее, чем мы могли предположить…»
Он хорошо представлял себе, как всё произошло.
Какая-нибудь невинная, а потому глупая случайность… Ошибка компьютера в Министерстве Обороны, которую не смогли вовремя и правильно распознать, и у кого-то из властителей мира сего не выдержали нервы… Слишком уж сильно они были натянуты в последнее время… Ракеты с ядерными зарядами ушли к своим целям, а в ответ прилетели чужие… И тоже нашли свои цели…
Сароген смотрел в небо и будто видел точно такие же тёмные спирали над всеми крупными городами планеты. Он знал, что, раз началась война, значит, поражены все более или менее важные стратегические объекты обеих могущественных стран, разделивших планету напополам, и что весь мир сейчас лежит в развалинах…
Сароген сел и тупо уставился на лужу собственной крови.
Вокруг ровно гудело пламя, пожирая поля; иногда раздавался треск горящих деревьев.
…В шум пожара вклинился посторонний и уже знакомый писк. Он становился всё громче, всё настойчивее, всё требовательнее…
Сароген бездумно повертел головой в поисках помехи и увидел свою сумку с защитным полевым комплектом.
Он подтянул её за ремень поближе к себе.
Писк стал заметно громче.
Сароген открыл ячейку и вынул из неё дозиметр. Тот непрерывно пищал, мигая красным глазком — фон излучения был опасным для жизни.
Повинуясь только всесильному инстинкту самосохранения, Сароген быстро облачился в защитный костюм и встал посреди дороги, тяжело дыша и дико озираясь…
Давно не чищеные стёкла противогаза были грязными, и Сароген с трудом видел происходящее вокруг.
Дорогу заволокло дымом. Сароген поискал свою машину, но шоссе было чистым, и наискосок через него шли неровные тёмные полосы. Очевидно, машину сбросило с дороги первой же ударной волной, и она теперь лежала где-то под насыпью, изувеченная и обгоревшая. О том, чтобы найти её и ехать на ней дальше, не могло быть и речи — Сароген видел высоту дорожного полотна, и представлял себе силу ударной волны. Он с сожалением вспомнил о подарках в багажнике — Сароген по инерции думал о жене и детях, как о потенциально живых, а не реально мёртвых…
Им вдруг овладело депрессивное безразличие ко всему.
— «Снять этот проклятый костюм и поскорее сдохнуть! Всё равно жить осталось недолго! Ни еды, ни питья! Всё отравлено!»
Он сорвал со своей головы противогаз и с размаху швырнул его о дорогу. Во все стороны полетели осколки стёкол.
Оставив костюм на дороге, Сароген пошёл по ней туда, куда недавно ехал на автомобиле. Он знал, что там его ждёт быстрая и мучительная смерть, и хотел лишь одного — умереть рядом с останками своих близких…