Недопёсок
Шрифт:
Но тут к Наполеону подскакала Полтабуретка, отвратительно затявкала и схватила его зубами за шиворот. Огромное количество меху набилось ей в пасть. Она вырвала клок, стала отплевываться и тут же завопила во все горло, потому что песец вцепился острыми когтями ей в морду и потряс хорошенько.
— Наших бьют! — кричала Полтабуретка.
Со всей деревни к магазину стали сбегаться дворняжки, и скоро у крыльца закипела собачья свара. На шум из магазина выскочил какой-то человек
— Ку! — заорал он, расталкивая собак сапогами. — Провались! Провались!
Дворняжки разбежались. Только недопесок остался у крыльца на земле, а рядом с ним валялась на снегу изжеванная мотоциклетная перчатка. Человек поднял ее, примерил, и перчатка впору пришлась по левой руке.
— Какая дурацкая рукавица! Неуж из-за нее псы грызутся? — сказал человек и поглядел по сторонам: не видно ли где второй перчатки?
Этот человек был плотник Меринов.
Хороший плотник Меринов
Меринов считался в деревне хорошим плотником.
Он умел рубить избы, баньки, выстругивал ульи для пчел, делал березовые табуретки. Кроме того, он был ложечник, вырезал деревянные ложки, разукрашивал их цветами и птицами, а после возил на базар.
Разглядевши недопеска, Меринов понял, что перед ним щенок.
«Английский шпиц, — подумал он. — Наверно, его дачники бросили».
Плотник Меринов в собаках мало разбирался, но относился к ним добродушно. Во дворе у него жила собака Пальма, которую плотник любил почесать за ухом.
Потолкавши сапогом английского, как он думал, шпица, Меринов хотел идти домой, но шпиц застонал, уткнулся в плотницкий резиновый сапог.
— Что такое? — удивился плотник. — Чего скулишь? Ступай к своим дачникам!
Шпиц английский к дачникам, однако, не пошел, а все, как мертвый, лежал на земле. Потерял Наполеон былую свою красоту и был похож теперь на самого ободранного в мире щенка, в котором нет ни толку, ни породы. Грязными клочьями торчал драгоценный мех, свалялся колтунами. И, глядя на него, никто бы, конечно, не мог подумать, что такие неважные звери выращиваются на зверофермах.
— Потрепали тебя, бедняга, — говорил плотник. — А в другой раз будь умнее — не связывайся с дворняжками. Ну ладно, сейчас я тебя куда-нибудь пристрою.
Он взял шпица за шкирку, будто котенка, и понес его в магазин. В магазине было шумно, народ толпился у прилавка, а на ящике с макаронами в уголке сидел охотник Фрол Ноздрачев.
— Кому щенка? — закричал плотник. — Английский шпиц! Его дачники бросили! Дрессированная собачка! Кушает конфеты «Озеро Рица»!
В магазине засмеялись, зашумели. Продавщица Ася крикнула:
— Иди, Мерин,
Охотник Фрол Ноздрачев поглядел на недопеска туманными глазами и сказал:
— Это шпиц не чистокровный. У него хвост лисий. Брось его.
Плотник Меринов покричал еще, предлагая щенка, потом купил махорки-крупки и пошел из магазина.
— Ладно, — бормотал он, выходя на крыльцо, — не хотите — не надо. Отнесу его домой, Веруне в подарок. На, скажу, тебе, Веруня, подарок — английского шпица. Пускай на дворе живет. Да и Пальме будет веселее.
Плотник сунул недопеска за пазуху, а мотоциклетную перчатку в карман.
Сухо и тепло было за пазухой у плотника. Пахло махоркой и столярным клеем.
Пальма
Со звоном топая сапогами по мерзлой земле, плотник Меринов подошел к своему забору и остановился, докуривая цигарку. Хозяйка у него была строга, дома курить не велела. А плотник хозяйку свою уважал. Он постоял у забора, попыхтел дымом. Из цигарки сыпались на землю махорочные звезды.
Затоптав огонь, плотник распахнул калитку и вошел во двор.
— Ну вот, — сказал он, вытаскивая недопеска из-за пазухи. — Вот мы и дома. Видишь этот дом? Это наш. И сарай наш. И вишни наши, шубинки. А Пальму не бойсь, она не тронет… Пальма! Свои!..
Плотник опустил недопеска на землю, вынул из кармана мотоциклетную перчатку, кинул на крыльцо, а сам пошел в дом. В открытую дверь блеснуло электрическим светом, и донесся на редкость приятный, сытный и жирный запах — это хозяйка вынимала из печки вечерние щи.
Добротный двор был у плотника Меринова. Дом он срубил из толстых сосновых бревен, наличники на окнах разукрасил травяным узором. Под окнами росли коренастые вишни — шубинки. С их веток свешивались длинные серые сосульки. Сбоку от дома был сарай, в котором тепло шевелилась мериновская корова Варя.
У сарая стояли козлы и собачья конура, покрытая толем.
Из конуры вылезла толстая рябая псина. Она зевнула и, заприметив недопеска, лениво гавкнула.
Это и была Пальма Меринова.
Она походила на сосновый чурбак, укутанный войлоком, а на голове у нее росли развесистые уши, которые и придавали сходство с пальмой в кадушке.
Большим и мокрым, розовым даже в темноте носом обнюхала Пальма воздух и вобрала сразу все запахи, которые имелись в нем: вечерних щей, мотоциклетной перчатки, Наполеона Третьего и даже запах луны, выскочившей на минуту из холодного облака.
Запах недопеска Пальме не понравился, очень он был жесткий, жестяной. Но в то же время не вызвал особого раздражения.