Чтение онлайн

– Он появляется ночью, в виде крыса. Большой мерзкий Крыс. И говорит мне, что я должна делать. Он обещал, что если я расскажу тебе, он перережет горло моим братьям...

– Мы с тобой вместе поедем к Костяному броду. И если Крыс появится снова - так и передай ему. Я приду на встречу с Игмагеном, все будет так, как он хочет. Пусть оставит мальчиков в покое.

– Он схватит тебя в плен, Галь, и не отпустит.

– Зачем? Какой смысл? Карта ему нужна, скорее всего, для того, чтобы выгодно продать. Что он в ней смыслит? Я понятия не имею, что может быть написано в ней. Это могут быть старые рецепты мудрых, могут

быть расположения подземных городов Зуммы, могут быть истории родов. Да что угодно. Какой ему толк с нее? Карта представляет интерес только как история древней цивилизации, а не как драгоценность, с которой можно что-то получить - никакого с нее толку. Нам, суэмцам, она нужна, это часть нашего прошлого. А наше прошлое мы стараемся понять и избежать тех ошибок, которые совершали наши предки. Но Нижнего Королевства эта история никак не касается. Я уверен, что Игмаген согласится и продаст карту. Все будет хорошо, вот увидишь, Лиса.

Хотелось Галиену верить. Очень хотелось. Чтобы вот так легко все и закончилось, кануло в прошлое, исчезло навсегда. И чтобы сияющий Такнаас вновь распахнул перед Лисой свои ворота, и дрова в печи домика Галя вновь затрещали весело и уютно. И чтобы братья были рядом, в безопасности.

Но Лиса слишком хорошо знала эти земли и людей, населяющих их. Слишком много тут зла, слишком много отчаянья. До сих пор было неясно, что с Неином и остальными воинами - погибли они или лежат где-то под деревьями раненые и обессиленные. А где-то дальше умирают от лихорадки люди, умирают семьями, и не остается для них никакой надежды. И даже суэмцы со своими лекарствами ничем не могут помочь.

– Послушай, Галиен, - заговорила Лиса, чувствуя, как собственный голос дрожит от напряжения, - почему вы не уничтожите все эти Королевства? И таких, как Игмаген и его клятый Орден? Почему не обрушите сюда свою конницу, свои повозки, свою силу и мощь? Вы же победили даже баймов и дракона, у вас есть особое оружие, особые технологии. Вы могли бы уничтожить здесь все зло и присоединить эти земли к Суэме.

– Ты думаешь, что убийство - это выход? Самый настоящий и правильный?

Галь произнес всего две фразы. Поднял слегка брови, осторожно дотронулся до Лисиной руки, словно хотел укрепить свои слова прикосновением.

– А где тогда выход? Что с нами не так? Почему мы не можем жить как суэмцы? Почему мы уничтожаем, убиваем, грабим друг друга? Разве нельзя прожить жизнь в мире и спокойствии? Я уверена, что еды бы хватило на всех. И еды, и домов, и солнца, и земли. Что нам мешает? Духи Днагао?

– Так вы сами и призываете их в свою жизнь. Духи Днагао приходят на ваш зов.

– Тогда что с нами не так?

– Может, дело в том, что вы потеряли связь с Создателем. С Вечным Источником Энергии. Вот как баймы. И вы разучились творить, создать, любить. Вы потеряли даже само значение этих слов. Баймы вот не умеют создавать ничего, они только разрушают.

– Ну, Игмаген, между прочим, строит свою Белую башню. И на этом строительстве погибают люди.

– Строить за чужой счет, за счет чьих-то жизней - это не значит создавать. Такое строительство не принесет мира и радости. И сделанное зло однажды обязательно вернется тому, кто его сделал. И на те земли, где оно было сделано. Пролитая кровь всегда вопиет о возмездии.

– Месть - святое дело. Так говорят Верхние маги.

– Месть - это не выход. На

сделанное зло человек отвечает новым злом. Удваивает это зло, увеличивает его.

– Тогда я вообще не знаю, что надо делать. Вот что надо делать с Игмагеном и его рыцарем Стубором? Это Стубор отобрал поле моего отца и обрек меня и братьев на голод. Это Стубор велел сечь меня на конюшне за воровство, и сказал, что я грешница, я прогневала Создателя своими грехами. А я всего лишь воровала для того, чтобы мои братья не умерли с голоду. Кто из нас грешник, а Галь? Кто из нас больший грешник?

Галь снова прижал к себе Лису и пообещал:

– Я сделаю все, чтобы тебе не пришлось больше воровать. Сворованный кусок хлеба - это не страшно. Если ты только не украла его у тех, у кого больше ничего нет.

– А если бы даже и так? Если бы я тащила даже у таких же нищих, как я? Что тогда? Мне просто надо было выжить. Мне надо было выбирать - я или они. И я всегда выбирала себя. Это ведь правильно? Или нет?

– Я не знаю, - честно ответил Галь, - я не могу порицать тебя, я не был в таких условиях. Мне не приходилось выбирать между злом большим и меньшим. Я просто не знаю, Лиса.

– Вот потому я и говорю тебе, что на самом деле лучше вообще уничтожить таких, как мы. Даже бедные в нашем королевстве способны делать зло. Даже я, Галь. Я тоже могу убивать, воровать, лгать ради того, чтобы выжить. Я плохой человек, Галиен, я не заслуживаю Суэмы. И тебя тоже не заслуживаю.

Голос стал совсем хриплым и тихим, и казалось, что собственное сердце пляшет в неровном ритме. Скачет без толку, без остановки.

– А знаешь что?
– Галь вдруг улыбнулся совсем некстати.
– Джейк перед отъездом сказал мне кое-что. Он сказал, что ты - моя судьба, Лиса.

– Что?
– растерянно переспросила Лиса.

– Джейк сказал, что ты - моя судьба. А Джейк никогда не ошибается. Так что, какой бы ты не была грешной, Лисаэн, ты все равно будешь моей. Ты мне веришь?

– Что это значит?

– Это значит, что я влюблен в тебя, Лиса. И мне очень хочется надеяться, что и я тоже хоть чуть-чуть тебе нравлюсь.

Глава 26

Темнота озарилась быстрыми искрами от костра, и мир вспыхнул жарким разноцветьем. Галь сидел рядом, и тепло его плеча, его рук, его слов поднимало волну огня в груди Лисы. Он в нее влюблен? За что? За что можно любить ее?

Ведь не за что же совсем. Ни красоты, ни доброты. Она - как дикая собака, готовая укусить каждого, кто угрожает или кажется подозрительным. С ней опасно, с ней нелегко. У нее за плечами - темная жизнь в темном королевстве.

– Ты... ты говоришь правду?
– глупо спросила Лиса и всмотрелась в темные глаза Галиена.

Он говорит правду. Он суэмец, он никогда не лжет. Ему всегда можно верить. За что ей такое счастье? За что такая боль?

– Ну, конечно, - легкая улыбка, ласковые нотки в голосе.

– Я... Я, наверное, тоже, - Лиса закивала, не отводя глаз от Галиена, - я тоже тебя люблю... или влюблена... не знаю, как правильно будет. И что нам теперь делать?

– Ничего. Сейчас ничего. Я просто поцелую тебя и мы еще посидим у огня. Приготовим ужин, что ли... Я же говорил, что увезу тебя в Суэму? Говорил. Значит, и увезу.