(не) Вдова и три ее мужа

Я вынырнула из ванной.

«Господи, что ж так худо?» Сильно… нет, не так… очень-очень сильно кружилась голова. Стоило открыть глаза пошире, как начиналась натуральная карусель, поэтому глаза я прикрыла. Что со мной?

Возле ванны стояла и верещала какая-то девица. Мне стало еще хуже, но я нашла в себе силы цыкнуть на нее, чтобы не орала — и так плохо. А потом была оглушена воплем какой-то тетки, и слезящимися глазами наблюдала, как она, едва войдя в ванную комнату, рухнула в обморок.

«Что же они все так орут?» — простонала мысленно,

перевалилась через бортик здоровенной латунной ванны и огляделась в поисках унитаза, чтобы отдать просящееся наружу содержимое желудка. Унитаза не нашла. И вдруг сама чуть не заорала: я вспомнила, что, вообще-то, тонула не в ванной, а в Индийском океане у берегов Мадагаскара, но сил не было. Так что от изумления не справилась с желудком и все лишнее выдала на плитки пола и, теряя сознание, постаралась не упасть в это лицом.

Пришла в себя вроде бы на кровати. С доктором (?) спорить не стала. Во-первых, мне было очень, ну очень плохо. Во-вторых, я ничего конструктивного предложить не могла. Так что мужик, которого почтительно называли целителем обмахал меня руками, как шарлатан-экстрасенс, а потом тривиально зарядил промывание. Как же мне было хреново. Однако, в конце концов, я совсем обессилела и уснула в качающейся и крутящейся, как лодка в водовороте, кровати.

Проснулась я ближе к полудню, и то потому только, что тело испытывало естественные утренние потребности. В комнате я была одна. Шаркающей походкой паралитика, на трясущихся ногах, цепляясь за все, что попалось на пути, рискуя грохнуться, когда цепляться было не за что, я добралась до санузла. И то не сразу: в комнате, кроме входной двери, было еще две. С первой я ошиблась — это был вход в гардеробную.

Наконец, до меня дошло, что у меня банальное похмелье. Сильнейшая алкогольная интоксикация. Оказывается, похмелье — это больно: я раньше никогда до такого состояния не напивалась. Я вообще не напивалась. Тем более чем-то вроде абсента. До сих пор во рту стоял мерзкий привкус аниса, полыни и фенхеля. Я их по отдельности ненавижу, а уж вместе… Меня бы вывернуло от одного глотка, а тут, похоже, была выпита целая бутылка. У меня было ощущение, что я пропиталась этим мерзким запахом… и вкусом.

Познакомилась с отхожим местом, что являло собой кресло с коробом в нижней части, в который вставлялся горшок. Глядя на это сооружение, поняла, почему врачи интересуются: «Какой у вас стул?» Вот такой стул — деревянный, вместо фаянса. Такой себе унитаз. Видимо, одна из забот служанки.

Ага. Девица, которая орала как резаная, когда я вынырнула из ванны, оказалась служанкой. «У меня служанка? Интересно!» Бедняга вчера умоталась с кувшинами с водой, что целитель в меня вливал литрами, а потом с тазами того, что из меня выливалось. Бр-рр. Ужас! Как вспомню, так вздрогну.

В зеркале обнаружила саму себя. Ту же красотку Сашу. Сдернула с себя сорочку. Все мое: предмет моей гордости — натуральная грудь четвертого размера, стройная фигура с длинными ногами, не песочные часы, но ваза с тонкой талией точно. Только нет моих шрамов на животе, и волосы не мои. Я в афиге! Вместо короткого каре и натурального блонда конская грива ниже попы. Каштановая с солнечными золотистыми прядями. И да, замусоленная и в колтунах после вчерашнего. Это как?

Окончательно сформировалась

мысль, что я таки попала. Идея, что меня из Индийского океана выловили трезвую, накачали в хлам абсентом до глюков и притопили в ванной, была куда более фантастичной, чем попадалово.

Кроме того, еще вчера, когда какой-то мужик, как гребаный экстрасенс водил надо мной руками, мелькнула мыслишка забавная и подленькая, что я попала. Мужика этого называли не врачом, и не доктором, и даже не лекарем, а целителем. Так что мысль спьяну о попаданстве казалась все более верной. И отторжения не вызвала.

Я еще раз сказала себе, что попала. Попала в чужое тело, очень похожее на мое, но чужое. И до меня дошло, что, очевидно, это тело моложе моего лет на пять-шесть, как минимум. Уж очень юная и наивная мордаха.

При моей любви к приключениям и экстриму я не стала нервничать из-за того, что трезвая утопла у берегов Мадагаскара, а вынырнула из ванной в состоянии тяжелого алкогольного отравления фиг знает где. Меня больше волновало само похмелье и то, что я ничего не знаю (не помню?) о месте попадания.

Еще некоторое время помедитировав на свое отражение, подумала, что неплохо было бы ополоснуться и вымыть голову, но после вчерашнего обилия воды вокруг меня и во мне, идея показалась непривлекательной. Да и сил не было. Потому просто умылась, напилась воды из-под крана и почистила зубы пальцем с зубным порошком.

Зубная щетка была, и я понимала, что вчера это тело пихало ее в этот же рот, но я почему-то считала, что вчера этой щеткой пользовалась не я, а совсем другой человек. Вот так-то. Такие выверты сознания.

Чувствовала я себя уже лучше, только все равно очень устала, пока тусила в ванной. Надела сорочку и вернулась в спальню более или менее ровно, уже ни за что не цепляясь, но в кровать упала с облегчением. Собралась еще подремать. Не тут-то было.

В комнату без стука ворвалась вчерашняя обморочная тетка и с порога начала частить:

— Сашка, золотце, птаха глупая, как ты посмела такое учудить…

Дальше я ее не слушала, накрыла голову подушкой и размышляла о том, что я здесь вместо Саши — моей тезки, потому что я тоже Саша. Александра Андреевна Зимина.

Тетка увеличила громкость, и ее слова прорывались сквозь подушку. Она регулировала громкость, ничуть не сомневаясь, что и под подушкой я ее слышу. Ну, да, ее пассажи периодически прерывали мои думы. Из-за этого мои размышления меняли направление. Так я задумалась над тем, как теперь выгляжу, потому что тетка — реально родственница этого тела — пеняла, что я совсем не забочусь о своей внешности.

— До свадьбы осталось три недели!

«Что? Стоять! До чего осталось три недели?» Я заинтересовано выглянула одним глазом из-под подушки. «Как интересно! Вот прямо замуж? Может, лучше не утопиться, а сразу повеситься?»

Я отняла подушку от лица и посмотрела на женщину. Она сразу убавила громкость. Кайф. Она или обучаемая, или адекватная. Тетка вещала, не останавливаясь ни на секунду:

— И оставь свою завиральную идею стать главой Рода. Во-первых, ты не пройдешь испытание Духом Рода: у тебя магии — кот наплакал. Во-вторых, тебя все равно не утвердят ни губернский Совет, ни тем более имперский. Женщина не может быть главой Рода.