Не умея прощать

Вода, вода, вода…. Очень много воды. Ты устал, но все ещё плывешь, борешься с чуждой тебе и даже враждебной стихией. Но как-то вдруг понимаешь, что это совсем бессмысленно, потому что берега не просто не видно, а, как будто, и вовсе нет. И никого нет. И спасти никто не может. И уцепиться не за что. А суша или хотя бы какая-то твердая поверхность вокруг тебя насколько хватает глаз отсутствует. Ты перестаешь бороться и, повинуясь закону земного тяготения, погружаешься вглубь. Вглубь. И ещё глубже. А когда заканчивается в лёгких воздух, ты делаешь глубокий вдох

прямо в воде, зная, что через мгновение всё закончится. Вода проникнет в твои лёгкие, разорвет альвеолы и… И все, отмучился. Но, к твоему собственному удивлению, вода не только не разрывает лёгкие, а даже не проникает внутрь, задерживается где-то в районе носа, но совсем не мешает тебе дышать. Сделав пару вдохов вот так под водой, ты начинаешь двигаться в ней уже осмысленно – огляделся, сделал пару гребковых движений и вот ты уже резвишься в этой стихии. Почему же раньше у тебя так не получалось? Ведь совсем недавно был на море. Нет, плавал, конечно, но чтобы вот так – под водой, почти без усилий, да ещё и дышать прямо в воде – такого точно раньше случалось. А здорово то как! Можно плыть не только вперёд и назад, но и вверх, и вниз! И вокруг – жизнь. Рыбки, водоросли. Непонятно только, откуда они взялись. Ведь купался то ты в бассейне. Ну да, точно. Утром пришел в бассейн, как всегда, в 7.30. В это время здесь никого нет, и даже инструктор чаще всего запаздывает и выходит из своей раздевалки – инструкторской только минут через 15. Сколько раз хотел уволить его за опоздания. Даже как-то раз потребовал от администратора написать на него докладную, объяснительную от самого инструктора бассейна и пару объяснительных от охраны, технического персонала. Написали. Вызвал его к себе в кабинет, пригрозил за повторное нарушение уволить. А он глазами хлопает, вину, мол, признаю, но поделать ничего с собой не могу, сова, говорит, я. Тьфу. Вот так и лежат теперь эти бумажки в столе. На всякий случай, если достанет совсем. А парень то этот, кроме как опозданиями, больше и нареканий никаких не вызывает. Работает хорошо. Клиенты его любят, запись к нему на неделю вперед, а то и больше. Работает с каждым индивидуально, программы тренировок сам составляет, да ещё и рекомендации по питанию даёт. Дамочки пищат просто. Те, которые его рекомендациям следуют, конечно. Килограмм в неделю сбрасывают при минимальных усилиях с их стороны. Ну как такого уволишь? И работу свою заметно любит. Всегда на позитиве, улыбчивый, с ямочками на щеках. Был бы бабой, сам бы запал. Но вот опоздания…. Вот случись что в бассейне утром с кем-то из клиентов, греха не оберешься. Так, подожди. Давай сначала. Я пришел в бассейн. Как всегда, в 7.30. Разделся, принял душ, вошел в пустой зал бассейна, прыгнул в воду, сделал 2 бассейна…. А теперь я дышу под водой и вокруг меня рыбки…. Чёрт. Так что – того что ли? Умер? Так, а рыбки то тут при чем? Должен же быть этот, коридор какой-то и свет в конце. А у меня – рыбки. И ведь на радостях, что дышать могу под водой, так накувыркался, что не знаю теперь, где верх, где низ. То есть, где дно, а где поверхность. Куда всплывать – не понятно. Вроде, когда тонул – шёл ко дну. А теперь в любую сторону плыть одинаково легко. Как будто вообще нет никакого притяжения, как в невесомости. Чёрт. Точно умер. А всё потому, что этот балбес опять опоздал на работу, а у меня, видимо, сердце прихватило. Как тогда, на пикнике. Но тогда рядом была Нина. И, хоть мы и отъехали далеко от города, скорая, которую она вызвала, примчалась очень быстро. По крайней мере, Нина мне так сказала, когда я очнулся в машине реанимации. Тогда успели. А теперь вот и вызвать то было некому. Видимо судьба. В тот раз я судьбу как будто обманул, вернее Нина обманула. А теперь она меня подкараулила, когда рядом нет никого. Вот оказывается, как оно бывает. Живёт весь такой успешный барин, и все то у него в шоколаде – и дом полная чаша, и жена красавица, и дети как куколки, и любовница молоденькая, и бизнес успешный, и друзья влиятельные, и увлечения модные, а потом бац – опоздал инструктор плаванья на работу и нет барина. Некому барину было помочь. Не было никого, чтоб из воды его достать, когда у него сердце остановилось. И скорую вызвать тоже было некому. Вот тебе и жизнь – полная чаша. А умер в бассейне. Утонул. Как обычный человек, не барин…

– Взвейтесь кострами сииииние ноочи, мы пионеееры дети рабоочих…

Ни фига себе! Это и на том свете исполняют? Да уж, коммунизм шагает… А где он теперь шагает то?

– Близится эра свеееэтлых годоов, клич пионеров «Всегда будь готов»!

Где-то внизу, но совсем рядом показался свет. Гребок, ещё гребок, ещё. Вынырнул! Солнце. Яркое, даже глаза слепит. И не качает больше, и не мокро.

– Паша, да выключи ты, наконец, будильник свой. И мелодия ещё идиотская такая.

Павел резко сел на кровати. Машинально нажал кнопку на будильнике. Вот это да! Такого адреналина и в жизни то редко где получишь, но чтобы во сне… Обычно в снах он видел сцены прошедшего дня – переговоры, спортзал, кабак, новая машина. Снов же, подобных сегодняшнему, он никогда за свои тридцать семь лет не видел. А тут сразу раз – и умер. Ладно хоть во сне. Он ухмыльнулся. Посмотрел на полупроснувшуюся от звука будильника Нину. Сонная она выглядит как ребёнок, несмотря на имеющихся у них с Павлом двоих детей.

– Прости. Прости дурака. Забыл звук вчера отключить.

Он погладил Нину по волосам, по спине, по бедру, с которого сползла простынь. Укрыл её и продолжал гладить, пока она снова не уснула. Потом встал, посмотрел на стену, проекция электронных часов показывает 6.45, среда, 20 декабря 2011 года. По средам у него бассейн, в 7.30. И Павел стал собираться, выполняя обычные ежеутренние процедуры.

****

– Нет, ну ты представляешь себе – я умер! Главное дышу под водой, вода такая прозрачная вся, и вокруг рыбки – красивые, как в Красном море. Вот это, думаю, номер. Утонул в бассейне собственного фитнес клуба. А все почему – потому что этот олень опять опоздал на работу! Я все-таки его уволю.

Конец ознакомительного фрагмента.