Чтение онлайн

А вот если заказчик был со стороны, тогда другое дело. Здесь Зуй ничем никому не обязан и может выставлять условия.

Кстати, вот еще одна интересная деталь. Даже если этот заказчик был со стороны, все-таки думаю, он не был совсем уж посторонним. Во втором преступлении явно прослеживается желание сохранить аналогию с первым. Наверняка это сделано неспроста. Скорее всего, таинственный заказчик был весьма хорошо осведомлен обо всех внутренних взаимоотношениях в этом полулегальном сообществе и хотел представить дело так, чтобы у всех возникла

мысль о связи убийства бомжа с убийством Бурового. Дескать, кто заказал одного, тот заказал и другого. А бомжа заказал Ахмеров.

Совсем неожиданно для меня самой стройная логическая цепочка, которую я так успешно развивала, вывела меня на то, что Ахмеров не имеет отношения к убийству Бурового. Действительно, ведь не дурак же он в самом деле, чтобы давать такую очевидную наводку. Два убийства, совершенные одним и тем же, причем весьма оригинальным и характерным, способом, – совпадение слишком очевидное. Нет, не мог Ахмеров так себя подставить. Особенно если за присвоение бриллиантов ему действительно грозила расправа со стороны своих.

Тогда что же у меня остается? Загадочный неизвестный? Человек, который хотел убрать Бурового и свалить все на Ахмерова? Кто же он такой? И чем насолил ему Буровой?

Между тем точка на экране снова начала двигаться. По-видимому, Рабинович подкрепил свои силы и теперь-то наконец отправится на свидание. Да и пора бы уже, часы показывали половину десятого.

Точка все двигалась по карте города, и я видела, что джип отъезжает все дальше от центральных районов. Наконец точка снова остановилась. Это был не совсем спальный район, но и отнюдь не такое место, которое рыночные торговцы назвали бы «проходным». Из всего этого я сделала вывод, что Рабинович приехал в бордель.

Я поняла, что время наблюдений закончилось. Настало время действовать.

Оставив аппаратуру включенной, я быстро собралась, уложив в сумку все то, что брала недавно в ресторан. Еще раз взглянув на монитор и убедившись, что точка так и стоит на месте, я решила, что успею. Если это место и есть конечный пункт сегодняшних путешествий Рабиновича, то наверняка он останется там надолго. А значит, у меня будет время доехать туда и попытаться проследить, что там происходит.

Я не знала, удастся ли мне проникнуть внутрь или придется подглядывать в какую-нибудь щелочку, но настолько была полна решимости раскрыть наконец тайну исчезновений загадочного финансового директора с распространенной российской фамилией, что почти не сомневалась в успехе.

«Ничего, Таня, – говорила я себе, отжимая до упора педаль газа. – Что, в первый раз, что ли, приходится действовать без домашних заготовок? Ничего! Сориентируемся на месте».

Но несмотря на такую психологическую подготовку, высокий уровень риска затеянного предприятия был для меня очевиден. Я очень хорошо понимала, что если Рабинович обнаружит мое присутствие в таком месте, куда он не допускал даже людей из своего ближнего круга, если он узнает о «жучках», – мне конец. Живой он меня не отпустит.

Движение

на ночных улицах вовсе не отличалось интенсивностью, поэтому до нужного мне района я добралась относительно быстро. Но непосредственно к нужному мне адресу из осторожности решила подойти пешком и, по возможности, незаметно для окружающих.

Оставив машину в одном из дворов приблизительно за квартал до интересующего меня дома, я начала свой путь.

И на этот раз я так же внимательно изучала все повороты и переулки, которые попадались мне на пути, как и тогда, когда подходила к ресторану «Космос». Этот район был мало знаком мне, и я старалась запомнить местность как можно лучше, чтобы быстро сориентироваться, если возникнут какие-нибудь экстренные обстоятельства.

Чемоданчик с монитором, который принимал сигнал от «жучка», установленного на автомобиле Рабиновича, я оставила в багажнике машины.

Вскоре выяснилось, что в этом отнюдь не оживленном и безлюдном районе был только один дом, вокруг которого наблюдалось скопление дорогих автомобилей.

«Похоже, бордель пользуется популярностью среди местного населения», – думала я, осторожно приближаясь к зданию и внимательно осматриваясь вокруг. Впрочем, не было видно ни души. Часы показывали уже одиннадцать.

Я не стала подходить слишком близко, а решила для начала обойти здание кругом, чтобы немного его изучить. И каково же было мое удивление, когда, обогнув торец дома и взглянув на парадную часть, я увидела витрину ювелирного магазина.

«Это что же, теперь и бордели стали маскировать в ювелирных лавках?» – с удивлением подумала я, но в голове уже зрела догадка, что это тайное заведение – вовсе не бордель.

Остановившись в тени деревьев, которые росли вокруг дома и могли в этот поздний час служить надежным укрытием, я пыталась собраться с мыслями.

Если таинственные исчезновения Рабиновича – это вовсе не походы по девочкам, если на самом деле одна, но пламенная страсть, владеющая им, – это страсть к игре, тогда... тогда все дело принимает совсем другой оборот. Стоя под деревьями, я заново прокручивала в голове всю информацию, которую мне удалось получить.

Итак, если предположить, что деньги, которые Рабинович брал себе, он вовсе не тратил на девочек, а проигрывал в казино, то... то что? Не тратил на девочек, а тратил на игру, только и всего. В чем тут криминал? И какой тут может быть мотив?

Действительно, чего это я ни с того ни с сего приняла стойку? Ну, подумаешь, не гуляет, а играет, велика разница.

Но еще немного подумав, я поняла, что мотив для убийства может иметь место. Не будем забывать: прежде чем убили Бурового, кто-то заложил Ахмерова. Ахмерова, который был знаком с Рабиновичем и держал подпольное казино. А что, если Рабинович раньше играл в казино Ахмерова? Что, если он проигрался и понял, что не сможет отдать такие деньги? И чтобы не отдавать, взял да и позвонил милиционерам? Может такое быть? Вполне.