Не оставляй меня одну
Шрифт:
Я искренне попыталась вспомнить, и даже пальцы сбились, оборвав мелодию, как вдруг поняла, что не одна здесь. Позади стоял Михаил, и когда я обернулась, он с трудом поднял руки и неуклюже хлопнул в ладони, вызвав у меня улыбку:
— Рада, что тебе нравится. Знаешь, я уж думала, что забыла все мелодии, которые помнила раньше. Думала, что забыла все, что раньше помнила…
Я грустно вздохнула, ведь это можно было сказать не только о мелодиях, но быстро отбросила эти мысли, нельзя зацикливаться на прошлом, просто нельзя. В поисках того, на что можно было бы отвлечься, мой мозг обратил внимание на призрака, напомнив про вопрос Кайраджа.
— Иди ко
Он открыл рот, хотел что-то сказать, но не смог, остался молча смотреть на меня, не шевелясь. Да я и не ждала ответа, он попросту не мог его мне дать. Задачка Кайраджа оказалась весьма интересной.
— Тебя не убила черная кровь. Тебя не убили вампиры. Как ты это делаешь?
Мелькнула мысль, что есть какая-то связь со мной. Я была рядом с ним, когда черная кровь окончательно усвоилась в его организме и когда он умирал. Имеет ли это какое-то отношение к тому, почему он остался? Я ощутила боль в висках, потерла их. Глупость какая-то, оно никак не связано с его смертью во второй раз, а я слишком много об этом думаю, лучше пойду спать. Я встала и закрыла крышку пианино:
— Спокойной ночи, Михаил. Здесь хорошая звукоизоляция у комнат, так что, боюсь, мне сегодня еще общаться с братом, — разумеется под общением я подразумевала постель, Влад не упустит такой возможности. — И ты не хуже меня знаешь, чем это закончится, так что будь добр, не суйся к нам.
Я направилась к лестнице на второй этаж, где находились комнаты, а мой призрак приподнялся над полом, пролетел мимо меня и остановился на лестнице впереди, словно пытаясь закрыть проход. Глупое действие, ведь лестница широкая и обойти не сложно. Я остановилась и вздохнула:
— Не беспокойся за меня, он сегодня не выглядит злым, так что вряд ли сделает мне слишком больно. В одном я с ним согласна. То, что нас не убивает… Как бы то ни было, я устала бегать от своих страхов. Я — Сцилла! И я не стану бегать даже от Харибды.
Я сделала шаг по ступенькам, но Михаил снова взлетел повыше и встал там, удивляя меня странностью поведения. Любому другому я бы просто приказала уйти прочь, но вести себя так с тем, кого люблю, я не могла, поэтому просто улыбнулась:
— Не переживай, Михаил, все хорошо.
С этим словами я поднялась на его ступеньку, успокаивающе провела ему по волосам, а затем прошла наверх. Больше он не помешал, но проводил молчаливым пристальным взглядом. Поднявшись на второй этаж, я поняла причины такого поведения призрака. Звукоизоляция у комнат и правда была хороша, но эмпата не обманешь, вокруг витали вполне однозначные эмоции: Анна и мой брат в данный момент были вместе. Не веря своим ощущениям, я подкралась к комнате, и одного взгляда через замочную скважину хватило, чтобы по воздуху вокруг меня пробежали разряды статического электричества, как бывало всякий раз в моменты эмоциональных всплесков, будто вздыбленная холка у злой собаки.
Они целовались!
Обнаженная, Анна распласталась под Владом, который нависал над ней так же без одежды, а ведь он этого не любит, в его понимании раздета должна быть только женщина. Впрочем, если смотреть на обнаженного Влада со стороны, можно слюной захлебнуться, и как один из способов залезть под юбку этот я вполне могла бы спокойно воспринять. Да если бы он хотел ее просто поиметь, я бы и внимания не обратила, но эмоции, разлетающиеся вокруг неконтролируемыми брызгами, выдавали
Что ж, братец, око за око. План мести родился моментально, и я отступила от двери обратно во тьму коридора…
ТОГДА. Поцелуй
Это случилось через год после смерти Михаила. Брат завел себе новую развлекалочку по имени Наталья с черными, как у меня, волосами и весьма похожей внешностью, но более веселым характером. Я-то уже давно перестала так весело и искренне смеяться, а она все еще могла, потому что это я охраняла чужой покой и теряла близких и таких дорогих мне людей ради такой, как она, а не наоборот.
Было бы у Влада с ней все как обычно, я бы и внимания не обратила, ну поимеет он ее несколько раз, потом бросит, выкинет из головы и все равно вернется ко мне. Но в этот раз все было не так. После встреч с ней он возвращался домой с улыбкой, которой в силу ее редкости я так дорожила, и которая должна предназначаться только мне. При взгляде на нее, я готова была на все, лишь бы она была только моей и ничьей больше, а если копнуть глубже, я уже расплатилась за эту его улыбку в нашу первую с ним ночь, и теперь всего лишь требую то, что мое по праву. Искренняя и необузданная ревность не просто грызла, она сжирала меня, долго и болезненно отъедая по кусочку, словно орел, клюющий отрастающую каждую ночь печень Прометея. Каждый раз возвращаясь от Натальи, Влад замечал меня, пристально изучающую его взглядом, и отводил глаза. Я не говорила ему ни слова, не отказывала в постели, но я запомнила ему это и записала Наталью в свою личную книгу мести. Влад только мой и всегда так будет. Нас связывает то, о чем она не знает и что понять не способна, нечто большее, чем просто любовь: нас связывает прошлое.
Я долго выжидала подходящего случая, словно хищник добычу, и возможно, если бы он прекратил свои встречи, остановилась бы и я, но Влад этого не сделал, и однажды я наконец смогла проследить за ним. Брат не заметил, потому что мой способ слежки необычен: я хватаюсь за эмоциональный фон, а он у каждого уникален, хоть и хаотичен и легко изменяется, и могу идти за целью, находясь постоянно вне зоны видимости. К сожалению, здесь были и свои недостатки, например, стоило цели слежки сесть в экипаж, я теряла ее на большом отдалении, потому что не имела транспорта. В случае Влада приходилось быть крайне осторожной, поскольку второго шанса совершить задуманное он бы мне не дал, именно поэтому я выслеживала их так долго. И вот сегодня вечером мне улыбнулась удача, брат решил прогуляться пешком до ресторана, в котором назначил с ней встречу.
Я спряталась за углом ресторанчика, в котором они расположились за уличными столиками, и стала наблюдать за смесью эмоций, не высовываясь в открытую. Он: удовлетворение, счастье, спокойствие, мечта о мирной жизни, о детях. Нет, братик, ты чернокровный агент, все это тебе недоступно. Она: восхищение, счастье, эмоциональный подъем, гордость, что поймала в свои сети такого самца, предвкушение предстоящей ночи. Ты его плохо знаешь, тупая корова, ты никогда не сможешь насытить его тьму своим светом. Их эмоции сплелись: удовольствие, расслабленность, пробуждение страсти, и я осторожно выглянула из-за угла. Они целовались.