Не опоздай...
Шрифт:
– Иди ты к черту со своими извинениями! – Анна выбежала из смотровой, намереваясь как можно скорее добраться до своего номера.
– Amore!...
Он еще что-то кричал ей, пытаясь загладить свою вину, но она так ни разу и не обернулась. Комментарий к
XII
. Клетка с голубой дверью (часть вторая) Выкладываю почти в четыре утра... только что “из печки”, как говорится, с добрым утром! Жду Ваших отзывов, критики и предложений...
====== XIII. “Жиневра”. Первый шаг в ад... ======
Утром
– Мадемуазель Анна, ваш завтрак! – громко сказала Оксана. – Можно мне войти?
– Входите.
Анна лежала на полностью заправленной кровати, спиной к двери. Она слышала, как горничная тихо вошла в комнату, поставила поднос на столик и зачем-то встала рядом. Было очень тихо.
– Что? – хмуро спросила Анна, не поворачиваясь.
– Я принес Вам Ваш завтрак, – сказала Оксана голосом Иньяцио.
– Я ничего не заказывала, – в ее голосе почти не было никаких эмоций.
– Ваш любимый десерт.
– Ладно.
– Я его сам приготовил… специально для Вас, – опять услышала она его голос у себя за спиной.
Девушка тяжело вздохнула, но не двигалась.
– Хорошо, спасибо.
Он молча смотрел на нее и не уходил. Она почувствовала, как кровать сзади немного прогнулась под его весом. Иньяцио лег рядом и осторожно обнял ее рукой. Девушка молча смотрела на его белоснежный рукав.
– Анна…
Молчание.
– Ну прости меня, пожалуйста… – прошептал он, осторожно коснувшись губами ее виска. – Что мне сделать, чтобы ты меня простила?
– Уйди, пожалуйста, – услышал он неожиданный ответ.
Он вздохнул и убрал руку.
– Скажи мне, что не сердишься на меня. И я уйду.
– Сержусь? За что?
– Я вчера тебя сильно… обидел… прости меня! Я этого не хотел…
Анна наконец повернулась к нему.
– Вчера?.. Я и забыла…
– Неправда, – он взял ее руку в свою и поцеловал. – Я же вижу! Пожалуйста, не сердись больше. Скажи, что мне сделать для тебя?
– Просто уйди, Иньяцио… Отпусти мою руку и уходи отсюда.
Он не отпускал.
– Ты правда не хочешь меня видеть?
– Хочу.
– Bella mia… тогда не хмурься, посмотри на меня!
Анна осторожно коснулась его щеки со шрамом.
– Тебе очень больно?...
– Пустяки! Не думай об этом, уже все хорошо… если ты на меня не сердишься…
– Иньяцио! Сейчас сюда кто-нибудь зайдет, и тебе опять влетит! Как ты не понимаешь! У меня и так всю ночь из-за тебя сердце болело! – она выдернула свою ладонь из его пальцев и толкнула его в плечо.
– Ай! Amore, не делай так больше…
– Ой, прости, прости, тебе больно, да? – испугала девушка, пытаясь обнять его. – Я не хотела…
Молодой человек притянул ее к себе, и лицо его озарилось довольной улыбкой.
– Все хорошо, – заверил он ее. – У тебя
– Угу… но уже все прошло… если ты опять куда-нибудь не вляпаешься!
– Не вляпаюсь, не бойся!... – почти засмеялся он. – У меня еще полчаса свободного времени.
– Да? И ты решил меня навестить? Как ты спал сегодня? Анестезия подействовала?
– Угу.. Как я мог спать, когда я тебя обидел?!
– Что?... Иньяцио! Ты нормальный?!
– Угу, я нормальный, – кивнул он, не выпуская ее из объятий. –Анна… я тут подумал…
– Ну?
– А почему бы тебе не заказать меня снова? Например, сегодня…
– Хм! –она улыбнулась. – Знаешь, mio caro, ты ведь не дешевое удовольствие!.. К тому же сегодня я не могу, мне нужно съездить в город по одному делу, и заодно снять деньги со счета…
– Тогда поехали, я тебя отвезу! Но только после обеда, в десять я должен быть у Герардески…
– Ммм… через…пятнадцать минут.
– Угу.
– А… ты сможешь вести машину?.. Туда ехать, наверно, часа три…
– Три часа и двадцать минут. Конечно, я могу вести машину! Почему нет?
– Иньяцио, дорога длинная, ты… осилишь?... Тебе сейчас лучше не перегружать спину…
– Пустяки. Все будет в порядке!...
Спускаясь по лестнице в холл, молодой человек заметил, что Максимиллиан Герардески стоит возле своего кабинета и наблюдает за ним.
– Доброе утро, мсье!
– Доброе. Иньяцио…
– Да, мсье?
– Вчера я тебя вытащил из подвала, но я также могу тебя туда вернуть, Не забывай об этом!
– Простите мсье. Я всего лишь помог горничной разносить завтраки.
Герардески кивком головы пригласил его в свой кабинет.
– Заходи, у нас мало времени.
Оказавшись в «святая святых», молодой человек остановился было у двери, но Максимиллиан сделал знак, чтобы он сел в кресло в дальнем конце комнаты, перед его столом. Подобного обращения у Герардески удостаивались далеко не все служащие, как правило сидеть в присутствии хозяина, да и управляющих, не разрешалось никому. Юноша осмотрелся по сторонам. Все здесь оставалось в том же виде, как и тогда, семь месяцев назад, когда он очутился в этом кабинете впервые… …Задняя дверь машины открылась.
– Выходи! – Иньяцио спрыгнул на землю и пожал руку встречающему. Высокий, подтянутый, каштановые волосы аккуратно уложены, серый костюм Brioni… возраст трудно определим, возможно около сорока…
– Здравствуй! Ты – Иньяцио?
– Иньяцио. Да.
– Меня зовут Лоренцо. Я управляющий. Пойдем со мной!
Иньяцио окинул взглядом солидное двухэтажное здание со стеклянной дверью и вошел внутрь, вслед за Лоренцо. Холл показался ему очень красивым, он обратил внимание на стойку ресепшн.