Не может быть
Шрифт:
— Дела-а, — пробормотал Ветров, тоже глянув на свои наручные. — Ну что, строитель Смирнова, придется мне и сегодня побыть твоим шофером.
Шеф уверенно управлял машиной, а Оля сидела рядом на переднем пассажирском сиденье. На её коленях красовалась чудесная конструкция с крыльями, а на лице сияла улыбка. Яркая, легкая и честная.
— Спасибо, — еще раз поблагодарила она, когда автомобиль остановился у ее дома.
— Не за что. Мне понравилось, — Ветров смотрел на нее мягко, изучающе, и от этого становилось до невозможного хорошо. Щеки пекло
— Я пойду… — не то спросила, не то сообщила Оля.
— Иди, — кивнул мужчина и, протянув руку, заправил ей за ухо выбившуюся прядь.
— Спокойной ночи, Кирилл Андреевич, — Оля поджала губы, а потом приоткрыла рот и прерывисто вдохнула, чувствуя, как его пальцы скользнули по ее шее.
— До завтра, Оля, — он мазнул кончиком языка по кромке верхних зубов, слегка прищурившись и наблюдая за растерянностью девушки.
Смирновой показалось, что он ждал от нее какой-то реакции, может, приглашения, но как бы ей ни было замечательно рядом с ним, — а сегодня особенно, — большего она позволить не могла. И вообще, знай Ветров о ее интересном положении, наверняка бы уже гнал отсюда на полной скорости. Когда Оля просила Державина-старшего сохранить в секрете ее беременность, не думала, что он оставит в неведении даже Кирилла Андреевича. Но президент компании оказался человеком слова. Побольше бы таких.
Не давая себе шанса передумать, Оля открыла двери и выскользнула из салона. Пока она шла ощущала на себе взгляд Кирилла Андреевича, да и звука уезжающего автомобиля не слышала. Волнение накатывало волнами пока Смирнова дошла до подъезда и скрылась за дверью, пытаясь успокоить усиленно тарахтевшее сердце.
Глава 18
Уснула она практически сразу, едва голова коснулась подушки. Всю ночь снился Он и темная комната. Мягкий шепот, бережные касания рук и невозможные требовательные губы.
Однако утро принесло новую порцию неприятностей, и это когда отношения с Ветром более-менее устаканились.
— Оля, зайди к Андрею Сергеевичу. Сейчас, — раздался в трубке голос помощницы Державина-старшего.
Президент компании встретил ее не в лучшем расположении духа. Разговаривая по телефону, указал на стул за конференц-столом. Не зная, чего ожидать от вызова с утра пораньше, Смирнова сидела с идеально прямой спиной, комкая край юбки на коленях.
— Ну, как тебе у нас работается? — сел во главе стола Андрей Сергеевич, сложив руки в замок.
— Хорошо. Спасибо, — она прокашлялась. Интуитивно чувствовала что-то плохое.
— Оля, мне совсем неудобно говорить с тобой на подобные темы, но приходится. Давай изначально договоримся, это первый и последний раз. Нашей корпоративной этикой сплетни запрещены. Мы увольняем за меньшее. Понимаешь меня? — мужчина внимательно смотрел на нее.
Смирнова кивнула, все еще не понимая, о чем речь.
— Ты секретарь. Посвящена во многие аспекты жизни своего руководителя и обсуждать это с
— Я… не понимаю, — растерянно улыбнулась Оля, вопрошающе глядя на президента компании.
— Ксения Перова написала жалобу в эйчар, где указала, что по компании поползли слухи об их отношениях с твоим начальником. Это подтвердили ряд сотрудников. Со слов Ксении, кроме тебя их никто не видел.
— Андрей Сергеевич, но я ни с кем не обсуждала Кирилла Андреевича и Ксению, — возмутилась Смирнова. — Да и с кем бы я обсуждала это? У меня нет коллег, с которыми я дружу. Только Лена и Наташа, но и с ними я на эту тему не говорила.
— Оль, мне копаться в этом не по статусу. Просто прими к сведению и не допускай больше. Договорились?
Сжав губы, она кивнула, сжимая кулаки до боли.
“Стерва! Умышленно подставляет меня”, — злилась Смирнова.
— Все. Иди работай.
Державин принял очередной звонок, а она тихо выскользнула за дверь и направилась к Ветрову. Надо было решать эту проблему. Выслушивать подобное не просто унизительно, это гадко. Особенно от человека, кто дал ей шанс на лучшую жизнь.
— Кирилл Андреевич! — влетела Оля в кабинет шефа без церемоний и застыла.
Он сидел на диване с Ксенией. Та утирала слезы, а Ветров бережно гладил ее плечи. Оба подняли глаза на бесцеремонную секретаршу. Смирнова задохнулась, увидев во взгляде начальника осуждение и… презрение. Глаза красотки же, напротив, светились превосходством и победным ликованием.
В это момент Оля поняла, что терять ей больше нечего. Кто-кто, а ее босс не из тех, кто будет разбираться. Вышвырнет как помойную кошку и захлопнет дверь.
Желание объясниться и получить поддержку в лице Кирилла Андреевича осыпалось пеплом к ногам, а на смену пришло безразличие. Тотальное.
Ну уж нет!
Унижаться она не намерена. Самое страшное в ее жизни уже случилось, так что эти любовники не сломят ее. Не теперь.
— Хорошо, что вы здесь, — усмехнулась Смирнова, окатив их брезгливостью. — Совет вам: трахайтесь дома. Здесь люди работают.
— Язык прикуси, — предупредительно рыкнул Ветров, складывая руки на груди.
— А то что, Кирилл Андреевич? — она смотрела на него не отводя взгляда. — Уволите? Да пожалуйста! Я сама уйду. Танцуйте дальше под дудку своей… бабы…
— Ты совсем страх потеряла?! — подскочила Перова и двинулась к ней.
— Зато я не потеряла самоуважение и порядочность. А ты продолжай дальше строить из себя невинность, — Смирнова взглядом остановила красотку, дав понять, что если не проломит той череп, то космы повыдирает однозначно. — Сука.
Уже в дверях она услышала злое пыхтение Ксении и странный, неуместный смешок босса. Видимо, потешался над нелепой воинственностью секретарши.
“Как же больно… Почему он не спросил меня? Почему сразу сделал выводы?! Это не я! Не я! Я бы никогда не… предала”, — барахталась в своих мыслях Смирнова.