Не молчи...
Шрифт:
— Прощу прощения за это. Я приехал немного раньше и осмелился сделать заказ. Надеюсь, ты до сих пор любишь эти блюда.
Руди ставит передо мной тарелку с тако, рисом и бобами. У меня урчит в животе.
— Спасибо. Мне следует извиниться. Я не подумала, назначив встречу здесь. Забыла, насколько латиноамериканцы обожают футбол.
Он смеется.
— Нет проблем. Я привык к этому. Здесь не так уж плохо. Ты бы видела, что творится в Испании.
Я киваю. Я все еще немного переживаю из-за того, что он хочет мне сказать, поэтому молча ковыряюсь
— Знаю, ты в недоумении, почему я позвонил. Просто я никогда не переставал думать о тебе.
Я удивленно смотрю на него.
Когда у Руди появилась возможность пробиться в «Атлетико Мадрид», я поняла, что между нами все кончено. Он играл в футбол с трех лет. Не было ни малейших сомнений, что его не возьмут. Руди должен был выбрать Испанию, и я не собиралась стоять на его пути к мечте. Он только про это и говорил. И я порвала с ним. Мне сложно было отпустить его, но я не любила Руди настолько, чтобы умолять остаться со мной. Вот в чем проблема. Я не могла потребовать от него отказаться от мечты ради меня. Я была слишком молода и слишком растеряна, чтобы просить его об этом. Впрочем, как и сейчас.
— Руди, я не уверена, что понимаю, к чему ты клонишь.
— Я любил тебя, Ари. Ты знала об этом? Или тебе было все равно?
Я ошеломлена его словами. Он грустил, согласна, но никогда бы не подумала, что я разбила ему сердце, расставшись с ним.
— Ты тоже была моей первой.
У меня голова идет кругом.
— А как же все те девчонки, с которыми ты встречался в школе?
— Сплетни. Я думал о тебе каждый день в течение нескольких месяцев.
— Но ты не звонил. Я решила, что у тебя все в порядке.
— Я не звонил, потому что в этом не было никакого смысла. Ты ясно дала понять, что я тебе не нужен. Да и как бы мы встречались, ведь жили по разные стороны океана?
— Так почему сейчас?
— Тогда мы были детьми. Я надеялся начать все сначала теперь, когда мы уже выросли.
Я качаю головой. Не могу связно мыслить.
— Слишком поздно, — выдавливаю я. Несколько секунд я смотрю в тарелку — так немного легче, если не смотреть ему в глаза. — Я кое с кем встречаюсь, — шепчу я.
— С кем?
Я поднимаю взгляд и вижу, что Руди выглядит огорченным.
— Это друг Вонн.
— И давно вы вместе?
— Недавно. Всего месяц, но я счастлива.
Он печально улыбается.
— Я всегда хотел сделать тебя счастливой. Хотел быть единственным для тебя.
Я смотрю на время — мой перерыв подходит к концу — и начинаю собираться.
— Мне нужно возвращаться на работу.
Кивнув, Руди начинает собирать наши тарелки. Я стою у стола, пока он выбрасывает остатки обеда в урну.
— Можно я провожу тебя до машины?
Я киваю. Мы идем к машине молча.
— Если все получится с отбором в команду, я перееду обратно в конце июля.
Глядя на него, я закатываю глаза.
— Все будет хорошо. У тебя должно получиться.
Он смеется.
— Ты всегда в меня верила. — Он берет меня за руку, останавливая,
Руди закрывает глаза и тяжело вздыхает, затем наклоняется и целует меня в щеку. Его губы остаются на моей щеке немного дольше, чем мне бы хотелось.
— Надеюсь, он ценит то, что имеет.
Я отстраняюсь и улыбаюсь ему.
— Думаю, ценит. — Я высвобождаю свои руки из его хватки. — Спасибо за обед. Удачи тебе, Руди.
— Спасибо, и тебе.
Я быстро обнимаю его и подхожу к машине. Смотрю поверх нее и вижу, что Руди продолжает стоять и смотреть мне в след. Я машу на прощание и сажусь в автомобиль.
Какого хрена только что произошло?
Я сижу на паре профессора Лессинга и слушаю его лекцию об интеллектуальной собственности. Эту тему мы изучаем последние несколько недель. Он проверил мои знания полчаса назад, так что надеюсь, сегодня больше не спросит. Кажется, я его любимый ученик для проведения опросов.
Рисую каракули на полях конспекта, когда чувствую вибрацию. Смотрю на время: до конца занятия еще двадцать минут. Лезу в карман и ставлю мобильник на беззвучный режим. Аудитория не очень большая, и преподаватель заметит, если я достану телефон. Решаю игнорировать сообщения. Через несколько минут опять чувствую вибрацию. Снова смотрю на часы, мечтая, чтобы стрелки двигались быстрее. Через пару минут получаю третье сообщение.
Лессинг отворачивается к доске, и я быстро достаю телефон из кармана, чтобы посмотреть, что там. Это неизвестный номер, и к смс прикреплено несколько фотографий. Я вздыхаю. Наверное, это опять Мария шлет мне свои фотки. Собираюсь удалить сообщения, не открывая, но профессор оборачивается к классу. Я незаметно кладу телефон обратно в карман, прежде чем он успевает меня застукать.
До конца лекции я больше не получаю сообщений. Собрав книги и направляясь к выходу, я достаю телефон, чтобы позвонить Ари, и в это время приходит новое сообщение. Нажимаю «открыть», и фотка буквально сбивает меня с ног. Я резко останавливаюсь и стою, пока кто-то не врезается в меня.
— Бен? Какого черта, что ты встал столбом?
Я поворачиваюсь, а Вонн смотрит на меня, нахмурив брови. Весь воздух выходит из моих легких. Я протягиваю ей телефон, она смотрит на экран, и ее глаза округляются. Вонн водит пальцем по экрану, открывая и закрывая рот, пытаясь придумать, что сказать.
— Этому должно быть объяснение. Она бы никогда. Она...
— Она что, Вонн?
Я просматриваю остальные фотографии. Мое сердце болезненно сжимается, и я стискиваю телефон в руке, сдерживая желание разбить его о стену. Я поворачиваюсь и иду к выходу, но слышу, как за мной шагает Вонн, цокая каблуками.