Не лги себе

Что мы хотим от жизни? Единого правильного ответа не существует. У каждого будет своя правда. Для некоторых предел мечтаний – это туго набитый кошелек и все сопутствующие ему блага. Кто-то бредит славой, самореализацией в разных областях. Есть люди, чьи запросы намного адекватнее: семья, любовь, друзья, здоровье. А что от жизни хочу я? Пожалуй, именно сейчас я хочу спать.

Да, вот такие философские думы кружили в моем опечаленном мозгу. Я сижу на кухне в два часа ночи и грустно сортирую денежные купюры по маленьким стопкам. Выходило не густо. Вообще не люблю этот процесс разделения бюджета на разные нужды. Сейчас передо мной лежат тощие горстки

«коммуналка», «еда», «учеба», «ремонт машины», «бензин для этой самой машины» и «сапоги на осень». После сортировки на все необходимое, в моей руке сиротливо остались пятьсот рублей. И ни в чем себе не отказывай называется.

Все чаще замечаю, что получка зарплаты начинает напоминать анекдот или цирковое представление. Для меня это день, когда на работе, в нашем кафе «Веселые сардельки», чье название порой стыдно произносить в приличном и не очень обществе, управляющий с постным лицом раздает конверты с зарплатой. Мы с ребятами собираемся толпой под дверью его кабинета и взволновано перешептываемся. Основная тема наших переживаний все ли получат зарплату, а если все, то в чьем конверте на этот раз будет не хватать «ярославлей»1, а то и «хабаровчан»2. Больше всего вызывает нервный смех, когда ты берешь конверт, а управляющий Василий его не отпускает. Неужели думает, что откажусь? И вот вы стоите, оба делая вид, что все нормально.

В этом прекрасном заведении я работаю официанткой и за счет чаевых от клиентов могу хоть как-то оставаться на плаву. Работаю всего полгода, но уже успела так устать от такой деятельности, что складывается впечатление, будто тружусь там полжизни, как наша повариха Наталия Кузьминична, что еще начинала здесь во времена СССР младшим помощником овощечиста. Тогда ныне модное кафе называлось просто столовой. Везет же тем людям, хоть не приходилось краснеть при вопросе «а где ты работаешь?».

На плите вскипел чайник, а за окном громко залаяли собаки, тем самым, выводя меня из грустных раздумий. Достаю любимую чашку, что отец привозил из Крыма. На ней мы изображены всей семьей: мама, папа и я. Оценивающе смотрю на ранее заваренный чайный пакетик с мыслью шикануть и открыть новый или попробовать выжать максимум из этого. Неспешно завариваю новый пакетик, честно обещая себе, что сэкономлю в другой раз на чем-нибудь другом. Продолжая плыть по волнам своих тоскливых мыслей, перемещаюсь в комнату за своей коробкой-шкатулкой, где храню свои отсортированные сбережения, разные памятные мелочи и немного фотографий родителей.

Так что я хочу на данном этапе жизни? Честно? Вернуть своих погибших в аварии родителей и забыть как страшный сон тот период, когда я узнала, что их не стало. Мои душевные раны по этому поводу еще даже не затянулись, ни на миллиметр. Мне все также больно при мысли, что их нет, что на этом свете я совсем одна. Мне не к кому подойти и пожаловаться на несправедливость этого мира, никто как раньше не обнимет и не скажет, что я сильная, что я все смогу преодолеть. Но…я сильная, мама, я все смогу, просто немножко позже. У меня есть друзья, есть веселые знакомые, благодаря им я не опустилась совсем в пучину своих страданий. Когда мне остро нужна была физическая и моральная помощь, все мои друзья оказались рядом и остаются со мной до сих пор, хотя признаюсь откровенно, для них я пока не самый лучший друг и компаньон в их гуляниях.

Складываю в шкатулку свой скромный бюджет, допиваю чай и ставлю будильники в телефоне на 7 утра. Не стоит опаздывать на учебу, тем более преподаватели последнее время мной итак не очень довольны.

С трагического в моей семье происшествия, прошел уже год. Я продолжаю учиться на втором курсе университета, факультет «Живопись

и художественная культура». Да, я люблю писать картины. Особенно мне удаются лица. Сама не понимаю как я так «считываю» то, что вижу и переношу это на холст. Но поверьте мне, глаза каждого говорят всегда немного больше, чем сам человек хотел бы озвучить. Вот вижу это и все.

Уже засыпая, бормочу вслух:

– Верунчик, мы все преодолеем! Я прикладываю сейчас много усилий, чтобы вытянуть нас из безденежья и этой смертельной апатии. Я знаю, год был сложный, но пора что-то в своей жизни менять. А начать можно и с работы, – ехидно улыбаюсь.

И да, пора хоть немного возвращаться к жизни, потому что чем дальше, тем сложнее. Я верю, что все, что я делаю сейчас, медленно, но верно приведет меня и к успеху, и к нормальному эмоциональному состоянию, когда есть хоть какой-то интерес к жизни. Не зря же меня так обнадеживающе зовут – Вера.

1 – купюра номиналом в одну тысячу рублей

2 – купюра номиналом в пять тысяч рублей

Ласковое летнее солнышко щекочет своими лучами лицо, от чего я нехотя выныриваю из объятий сна и мягкого одеяла. Суббота радует солнечной и теплой погодой, чем не повод для хорошего настроения и прекрасного дня? Встаю с кровати, потягиваюсь и бреду в ванну.

В зеркале на меня смотрит миловидная девушка с растрепанными белокурыми волосами. Отдых в моем саду на веранде добавил шевелюре эффекта выгоревших волос. То тут, то там пряди отливали золотыми и льняными оттенками. Вот природа и сделала мне мелирование, которого мне так хотелось, чтобы разнообразить скучный, на мой взгляд, однотонный цвет.

Серые глаза смотрели с любопытством. Конечно не топ-модель по-американски, но шансы потягаться за звание «русская краса» есть. Высокая девушка со стройной фигурой, нордическая красота в действии.

Не зря клиенты в кафе порой пытаются оказать знаки внимания и познакомиться. Только контингент таких желающих сплошь и рядом составляют женатые, заядлые выпивохи и просто смущающиеся дядечки пенсионного возраста. И вопрос к последним – «зачем вам это?». В моем институте также имеются кавалеры, застрявшие по моему пожеланию во френдзоне, но что поделать, если весь этот год я старалась прятаться глубже в себя и изолироваться от общества.

Считаю, что с этим ограждением от всего и всех я справилась на сто процентов. Теперь пора обратно оживать и активно включаться в жизнь. Тем более я так хочу многое поменять в своей жизни к лучшему.

На сегодня у меня были наполеоновские планы:

Институт. Пять пар у преподавателя по рисунку.

Интересно кто сегодня будет позировать для нас? Я очень люблю, когда для наших уроков приглашают «живых» моделей. Всегда погружаюсь в процесс живописи с головой и мне всегда мало того времени и количества занятий, что выделяется для студентов на заочном обучении. Да, пришлось с очной формы перевестись на заочную, т.к. денег катастрофически не хватало. Небольшие сбережения родителей ушли на их похороны, а оставшуюся сумму я с трудом растянула на пять месяцев.

Вторым в списке моих дел на сегодня было посещение автомастерской.

От родителей мне осталась их вторая машина – старенькая Audi 1998 года выпуска. Этому уставшему ведерку уже 22 года, она старше меня, но продолжает оставаться на ходу, благодаря сначала папиным, затем моим усилиям. Можно было бы ее продать, но она дорога мне как память. Да и мне самой доставляет удовольствие водить машину, учитывая, что живу я в родительском доме загородом. Удобно добираться до работы и института, не завися от расписания общественного транспорта.