Чтение онлайн

– Родители или опекуны могут продать несовершеннолетнего. Установлен строгий срок такого контракта – десять лет. И чётко оговорены условия.

– Рассказывай все. Нам с тобой спешить некуда.

– Если ребёнок не обладает магическими способностями, то его можно выкупить, заплатив двойную цену. Также его обязаны освободить, если он спасает жизнь хозяину или его кровному родственнику до пятого колена включительно. Ещё, если несовершеннолетний обладает какими-нибудь выдающимися способностями, то попечительский совет может сократить

период рабства вдвое, то есть до 5 лет. Ну, это для художников, музыкантов, поэтов.

– Не только. Математики, физики, лингвисты, силачи тоже проходят по этому пункту. А если это маг?- прищурился доктор. Но девочка осталась совершенно спокойной. Она жила с матерью и была уверена, что уж её-то никогда не продадут.

– Юноша-маг должен создать двадцать полных артефактов. То есть таких, которые может активировать даже обычный человек. И первые три года после начала собственной практики половину своих доходов он отдаёт бывшему хозяину.

– А девушка?

– Если продали до достижения детородного возраста, то условия те же, что и для мальчиков. А если после, то она должна родить хозяину трёх детей, обладающих магическим даром. Дети принадлежат хозяину до совершеннолетия, хотя он может отдать их на воспитание матери.

– А если её купила женщина?

Девочку такое предположение ошарашило:

– А зачем девушка-маг женщине?

– Причины могут быть разными. Например, нужен помощник, или хочет полученных детей продать и хорошо подзаработать на этом.

– Поняла. И если бесплодна сама.

Учитель поморщился.

– Где ты видела больного мага? Если у самого сил не хватает на излечение, то он или она обратится к другим. Своих они бесплатно лечат. А условие такое же. Трое одарённых детей, отца назначает хозяйка.

– А если девочка не хочет рожать и оставлять детей хозяину? Она может отказаться и просто отработать эти десять лет?

– Нет. Юных магичек собственно для этого и покупают. Потому они и стоят так дорого. Мало вас, а только чародейки приносят в мир деток, способных к колдовству.

– Но ведь моя мама не волшебница.

– Законы генетики ты с другим преподавателем обсудишь. Я в этом не силён. В том случае, если за десять лет фея не родит, хотя я о таком не слыхал, то она может развестись без всяких обязательств. Вопросы по теме есть?

– Да. А совсем маленькие детки? Я имею в виду, те, кто после окончания рабства ещё не взрослый.

– Их возвращают родителям или опекунам. Если родителей нет, то ближайшим родственникам. Нет родственников – в приют.

– А зачем, вообще, женятся на рабынях?

– О! Я рад, что ты заметила этот парадокс. Дело в том, что рабство частичное, а, значит, домогательства запрещены и наказуемы. Но свободные чародейки заводят детей неохотно, редко больше одного, а маги государству нужны. Было найдено элегантное в своей простоте решение: брак. Принуждать к замужеству не запрещено, а муж имеет право делить постель с женой.

–

А не всё ли равно как называться рабыней или женой, если суть от этого не меняется? Какая разница?

– Для самих женщин разницы, конечно, никакой. Но с точки зрения закона всё совершенно меняется. Подрастёшь – поймёшь.

Он глянул на солнечный летний денёк за окном, вспомнил себя в детстве и сжалился.

– На завтра прочитаешь главу о правах и обязанностях рабов и хозяев и главу о допустимых наказаниях раба. Всё, беги.

Девочка усвистала в тот же миг, опасаясь, что доктор передумает. А он прошёл в гостиную, где сидела с шитьём её мать.

– Сета Мареи, на сегодня я урок окончил. Если мой экипаж ещё не починили, то завтра я приду в это же время.

– Благодарю вас. Как у неё успехи?

– Ваша дочь, безусловно, способна и старательна, но вряд ли когда-нибудь захочет стать юристом.

Женщина вопросительно подняла брови.

– Понимаете, кроме памяти и терпения, которых Шео не занимать, законнику необходима некоторая педантичность,- он усмехнулся,- я бы сказал занудность. Этой черты у неё нет и, по-моему, не появится. А так никаких нареканий у меня нет.

Они вежливо побеседовали минут пятнадцать и распрощались. Он шёл на постоялый двор немного расстроенный и раздражённый. Касиа Мареи была женщиной очень красивой и интересной, и, несмотря на внебрачную дочь, неприступной. Он жалел, что находится в этом приграничном городке лишь проездом и не может поухаживать за ней.

К двум часам карету починили и он уехал.

Я стояла на крыльце и стучала в дверь дома Нойеров. Наконец, мне открыла девушка чуть старше меня. Она приветливо улыбнулась:

– Ты – Шео? Здравствуй,- посторонилась, пропуская меня в дом.- я – Мира, дочь сета Нойера. Идём, родители в гостиной.

Домик был небольшой, но очень уютный. Тёмный паркет на полу, светлые деревянные панели на стенах. Мебель старая, но красивая, резная. Мы прошли по коридору и очутились в гостиной. Здесь на полу лежал чёрно-зелёный ковёр, стены были оклеены оливковыми обоями и такого же цвета были диван и кресла. В углу находился камин, но летним вечером его, конечно, никто разжигать не стал. Мне так понравилась неброская обстановка, что я не сразу заметила хозяев.

– Здравствуй, Шео.

– Ой, здравствуйте. Извините, я засмотрелась.- Я смутилась.

– Присаживайся. Позволь представить: это – моя жена Иррин,- невысокая темноволосая женщина закрыла и положила на столик пухлый том.- наша старшая дочь - Мира, и младшая – Сана,- хрупкая девочка лет пятнадцати застенчиво мне кивнула.

Женщины были очень похожи между собой, и не только внешне. Хотя в лицах дочерей было что-то и от сета Нойера, но мимика, жесты, интонации у них явно от мамы. Думаю в сумерках их легко спутать.