Не будем торопить ночь

Elizabeth Bevarly

A Beauty for the Billionaire

Хоган Демпси ничто так сильно не любил, как металлический запах и звон инструментов в гараже своего отца. О'кей, ладно, теперь гараж принадлежал ему, поскольку отец его умер три года назад, но в памяти это место всегда будет ассоциироваться с его стариком, даже если Хоган вдруг решит передать компанию по наследству. Не то чтобы в ближайшее время он планировал уйти на покой, ведь ему было всего тридцать три года, да и бизнес отца передавать было некому. Детей и жены у него не было, и о семье он никогда не задумывался. «Автосервис у Демпси» всегда славился на весь Квинс отличным сервисом, а вероятнее всего, даже на весь Нью-Йорк. Люди привозили свои автомобили издалека, даже пригоняли машины из Буффало.

Вот как раз в настоящий момент он и работал над одной из таких машин из Буффало. Изящный черный «понтиак-фаерберд» 1976 года выпуска – произведение искусства американского автопрома, лучшее, что когда-либо было изобретено человечеством. Если Хоган проведет всю оставшуюся жизнь под днищем или же перебирая двигатель таких шикарных авто, он умрет счастливым человеком.

– Мистер Демпси? – услышал он оклик.

Это был мужской голос, который показался ему незнакомым. Находясь под автомобилем, Хоган посмотрел направо и увидел пару ног в дорогущих ботинках, стоимость которых была сродни месячному доходу Хогана.

– Да, это я, – произнес он, продолжая работать.

– Мое имя – Гас Фивер, – представился новый знакомый. – Я адвокат из компании «Таррант, Фивер и Твиг». Мы могли бы с вами обсудить важные дела с глазу на глаз?

«Адвокат? – задумался Хоган. – Что ему нужно от меня? Весь бизнес и бумаги отца были в порядке. Мой отец был честным человеком, а не каким-то мошенником!».

– Мы можем поговорить тут, – ответил он. – Забирайтесь ко мне.

К его удивлению, Гас поступил именно так, как ему и сказали: он резво лег на телегу и занял местечко возле Хогана. Присмотревшись получше, Хоган изменил свое мнение об этом человеке, который вовсе не был напыщенным и неприятным типом. С таким парнем можно было с легкостью встретиться в баре после работы и выпить по паре кружек пива. Гас Фивер был мужчиной приятной наружности, и по внешнему виду можно было сказать, что он так называемый «белый воротничок».

Хоган и сам в юношеские годы подрабатывал в офисе, но от судьбы не уйдешь, а его призванием была именно работа в автосервисе.

– Неплохой автомобиль, – заметил Фивер. – 455-й двигатель V-8 объемом 7,5 литра. Эта модель одна из лучших, когда-либо созданная Понтиаком.

– Не соглашусь! Лучшая все же «Понтиак GTO» 1964 года выпуска, – произнес Хоган.

– Хорошо, вы правы. Сдаюсь!

На мгновение воцарилась тишина, но затем Гас промолвил:

– Мистер

Хоган не сводил глаз с автомобиля.

– Называйте меня просто Хоганом. Нет, я с ним не знаком. А должен?

– Так звали вашего дедушку, – вскользь ответил адвокат.

Очевидно, Гас обознался и приехал не к тому Хогану Демпси. Он толком не помнил имен своих родственников, поскольку рак забрал жизни его бабушек и дедушек, а Филипп Амхерст и вовсе был ему неизвестен.

Он был совсем малышом, когда его усыновили, поэтому своих биологических родителей не знал. Хотя, как и любой усыновленный ребенок, он задумывался о том, чтобы разыскать их.

Хоган на минуту задумался о Бобби и Кэрол Демпси, которые были для него самыми лучшими родителями на свете. Они дали ему все, что было ему необходимо для счастливого детства, и он бы не стал ничего менять.

Хоган молча смотрел на адвоката. Филипп Амхерст, должно быть, был его родным дедушкой. И скорее всего, сейчас Гас Фивер разыскивал Хогана по просьбе Филиппа. Хоган не знал, что и чувствовать. Ему нужно было время, чтобы все осмыслить…

– Должен вам сообщить, что недавно он скончался, – продолжил Фивер. – Его жены Ирен и его дочери Сьюзен, которая была его единственным ребенком, а ко всему прочему и вашей биологической матерью, также не стало. Сьюзен никогда не была замужем, и детей у нее больше не было, так что из прямых наследников остались только вы. После смерти дочери в прошлом году Филипп переписал свое завещание в вашу пользу.

Теперь Хогану требовалось гораздо больше времени, чтобы осмыслить все услышанное. Какие еще шокирующие вести ему следует сегодня узнать от этого адвоката?

Не давая Хогану осознать все, Гас добавил:

– Особняк мистера Амхерста довольно велик. Обычно в такие моменты я прошу наследников присесть и выслушать меня, но в свете текущих обстоятельств вы, возможно, захотите привстать.

Просить дважды мужчине не пришлось. Хоган ощущал, как кровь кипит в его венах. Он выбрался из-под автомобиля и быстрым рывком вскочил на ноги.

«Достаточно велик? Это понятие растяжимое. Особняк мог стоить несколько тысяч долларов или же несколько миллионов. О боже! Миллионы долларов!» – Хоган не мог успокоиться.

Фивер последовал его примеру и встал рядом. Он открыл свой портфель и вытащил документы.

– Ваш дедушка был банкиром и финансистом, который очень мудро вкладывал свои деньги. У него не было долгов, а были лишь активы. Его главная резиденция находится здесь, в Нью-Йорке, в Верхнем Ист-Сайде, но также у него есть недвижимость в Санта-Фе, Палм-Бич и Париже.

Хоган едва стоял на ногах. Слова адвоката с трудом укладывались в его голове.

– Париж? Это который в Техасе? – решил уточнить Хоган.

Фивер ухмыльнулся:

– Нет, Париж, который во Франции. Если быть точным, в Трокадеро, в самом его центре.

– Я не понимаю, что все это значит.

Хоган вконец запутался.

– Это значит, что ваш дедушка очень богатый человек, мистер Демпси. Как и вы теперь.

Хоган пребывал в шоке и не мог понять, что вообще происходит. Ни у кого не может быть столько денег. А такие люди, как Хоган Демпси, за всю свою жизнь не видели никакой роскоши, не говоря уже о том, чтобы стать хозяином многочисленной недвижимости во Франции и не только. Теперь же все изменилось, и Гас Фивер в течение тридцати минут пытался убедить в этом Хогана.