Не боги
Шрифт:
– "Нет, нет... Все в порядке!" - запротестовал Виктор, почувствовав себя намного лучше.
– "Некрасивая у тебя гематома на лбу. Смотри Вить, дурачком станешь..."
"Неплохо бы... Слушай Орлов, а что случилось то? Когда была первая тряска, я решил, что это очередные шутки аномалии, пусть и такие неудачные. А потом отрубилась связь, погас свет и заглох двигатель. Последнее что помню -темноту и отсутствие гравитации. Связь молчала, и я уж грешным делом решил, что последний кто жив." Добавил Виктор Ким уже уверенным голосом.
Старлей
– "Ким,- не дождешься! Ну да техника дала сбой... Как засбоила, так и перестала, технари запустили резервные мощности и сейчас мы на полном ходу идем вглубь системы..."
– "Наверно после запуска гравитации и резкого разворота меня и швырнуло об стену," - предположил Виктор.
Орлов молчал, внимательно осматривая осколки от бутылки. Поняв интерес друга, Виктор виновато признался:
– "Берег к особенному дню!"
– "Такой виски... и без меня! Как вам не стыдно Виктор Ким?"
– "Эй, Орлов, - возмутился Виктор, - тебе кого больше жалко, виски или товарища по оружию?" "Вас обоих, ты давай уже в порядок себя приводи. Через час совет на корабле. Шеф собирает, в том числе и биологов, будете рассказывать, как ваши питомцы себя чувствуют." - с белозубой улыбкой отозвался старлей.
– "Как питомцы... сам видишь, нет у меня их больше..."
"Я вижу, а шеф нет, вставай", - Орлов протянул руку и помог подняться на ноги Виктору.
Чувствуя слабость и легкое головокружение, Виктор неспешно направился к иллюминатору. Красного газового гиганта уже не было видно. По ту сторону мерцали холодные, бездушные звезды.
"Вань, уже известна причина таких разрушений на корабле?" спросил Виктор.
Орлов молчал. Он часто так делал, когда не знал ответа или не был уверен в нем. Виктор хорошо изучил нового друга, пока они коротали вместе долгие вечера во время полета в аномалии. И знал, что девиз старлея был - "молчание золото". И это - при выдающейся болтливости.
– "Ну же Орлов, говори, как есть!" - настаивал на своем Виктор.
После театральной паузы старлей ответил:
– "Официально повреждения корабля связаны с ранним и слишком быстрым уходом из аномалии. Научники уверяют, что множественные повреждения корпуса связаны с иной физикой аномалии. Обшивка корабля не выдержала резкой разницы в законах материи и пространства."
– "А не официально?"
Орлов помедлив с ответом, неуверенно словно предполагая, произнес:
– "Доблестный навигатор Атымбаев уверяет, что видел во фронтирный иллюминатор, как нас перед выпадением из аномалии, атаковал космический корабль..."
– "Бре-е-ед" - протянул недоверчиво Виктор.
– "Как он мог видеть такое?"
– "Бред, но Атымбаев мамой клянется..."
– "Не смешно, товарищ старлей, в аномалии кроме белой пены вообще ничего нельзя увидеть! Ты сам знаешь, что любой предмет в аномалии будет пеной. Под чем господин Атымбаев в пене мог что-то разглядеть?"
– "Да чистый он, его проверили уже," - отмахнулся Орлов.
"Как проверили, вернее зачем?" - удивился Виктор.
– "А у него, как у тебя на пол
Оба замолчали, обдумывая сказанное, затем Орлов добавил:
"Шутки - шутками, Витя, а наш корабль раньше срока вынырнул из аномалии."
"И как я понимаю, мы не активировали прокол в обычный космос" отозвался Виктор.
– "Нас словно кто-то вышвырнул прочь, может не так уж и сильно стукнулся головой навигатор Атымбаев?" - подтвердил старлей,
– "Все может быть", - задумчиво поглаживая набухающую шишку, согласился Виктор, - "А ты скажи мне, где мы оказались?"
– "В космосе старший лаборант Уткин, в космосе, а вот где конкретно, хрен его знает... Ты, Витя, давай себя в порядок приводи, через сорок минут тебя ждут на капитанском мостике. Как меня понял?"
– "Отчетливо!" - отшутился в ответ Виктор.
Иван Орлов ушел, оставив Виктора одного в полуразрушенной лаборатории.
"Орлов...Зубоскал пилот, случайный приятель в столовой, а потом хороший друг. Интересно, а тебя то как занесло на Дежнев? Только ли случайной волей начальства? Уж больно элегантно ты обходишь любые возможности этого вопроса.... И что же всё-таки теперь делать с этим... хозяйством..."
Невесомость в помещении навела еще больший беспорядок и теперь, все валялось вперемешку, да так, что и хороший детектив не разберет что - чем было. В смятении осматривая свой хаос, который к его сожалению придется еще и убирать, он увидел метнувшуюся точку под одним из стеклянных обломков.
"Да ты моя радость," - не на шутку обрадовался Виктор, - "вот ты где прятался."
Под куском стекла тихо притаившись, сидел его таракан.
***
Корабль Дежнев (Неизвестный космос)
Юрий, схватившись за голову, тихонько причитал:
– "Все пропало, все пропало, да как же так..."
Он выразительно хмурился, качал головой и расстроено всхлипывал. Его смуглое, чуть угловатое лицо, с тонкими губами и небольшим острым носом было плохо приспособлено для жанра драмы...А черные глаза прирожденного цыганоеврея, с непередаваемой искрой жизненного цинизма, намекали любому внимательному человеку на житейскую позицию их владельца. Даром, что Юрий был самый что ни есть русский из казаков.
Но- темперамент в исполнении лихо замещал нехватку убедительной мимики.
– "Юрий Андреевич, но не все же так плохо, - попытался успокоить начальника хозяйственной службы только что вошедший второй капитан Васильев. Техслужбы справятся, все починят, исправят, могло быть хуже, сами понимаете...
– "Нет, Семен Борисович, - мотая головой, отозвался Юрий, - нет, не понимаете Вы всей глубины и сложности случившегося, не понимаете... Вы только вдумайтесь, моя табачная культура, что я растил с маленьких саженцев, целых два года, погибла. Весь табак безвозвратно утерян. Только вдумайтесь, Семен Борисович и проникнитесь моим горем!"