Чтение онлайн

— Нет, я…

— Не волнуйтесь, — перебила ее Сьюзен и повернулась к Брэду. — Мы уже убегаем. Можете дальше наслаждаться обществом друг друга.

У Брэда сам собой раскрылся рот, что придало его приятному лицу рыбье выражение. Светская дама тщетно пыталась увести Коула за руку, который, игнорируя ее усилия, изучающим взглядом окинул Брэда, впервые всерьез уделив ему внимание. Элинор порадовалась, что дуэли давно ушли в прошлое. Вполне в духе Коула Уиттира вообразить, что Брэд вторгся в сферу его интересов. Он, очевидно, считает, что имеет право претендовать

на все. И не важно, если чье-то сердце будет разбито. К матери подошла Норелл.

— Папа ждет снаружи в машине… — Она запнулась. — Ах, Элинор, привет. Приятно тебя видеть. — Она мило улыбнулась.

— Здравствуй, — промямлила Элинор, чувствуя, что преимущество не на ее стороне.

— Тогда нам и правда лучше поторопиться, — хихикнула Сьюзен. — Майор всегда становится сущим медведем, если заставить его ждать.

Элинор хотелось задушить Сьюзен Стивенс длинным блестящим ремешком от своей вечерней сумочки. Не поднимая глаз, она ощущала, что Коул с неподвижным лицом и ледяным взглядом все еще стоит рядом с ней. Внезапно она почувствовала, что ее страдания окончательно трансформировались в злость. Девушка вскинула подбородок и ослепительно улыбнулась всем троим:

— Очень мило, что вы подошли ко мне. Желаю всем приятного вечера.

«Неужели я влюбилась в Коула Уиттира…» Элинор погасила свет на кухне и вышла в прихожую. Она ведь так всегда гордилась своим здравомыслием. Но сейчас ее сердце напоминало воздушный шарик, купленный неделю назад. Как же она позволила себе так быстро сдаться?

Ведь догадывалась же она о его сущности, о способности использовать людей. Коул улыбался, и все вокруг таяли, мужчины так же, как и женщины. Дружелюбный, интеллигентный, обходительный, он обладал безотказно действующим шармом. Он умел нравиться людям.

И вот он понравился ей. И она даже испытывала к нему влечение.

Элинор поднялась почти до конца лестницы, когда в дверь постучали.

Стук повторился уже более настойчиво. Она повернулась и медленно спустилась вниз. Сердце внезапно забилось сильно и часто. Быстро взглянув сквозь узкую стеклянную панель сбоку от входной двери, девушка увидела на темном крыльце Коула.

Она быстро повернула выключатель, и прихожую залил неяркий свет. Отодвинув засов, Элинор распахнула дверь и внезапно почувствовала, что с головы до ног дрожит. Наверное, от злости. Дело не только в том, что он едва не соблазнил ее. Но он, кажется, вздумал всерьез завладеть ее сердцем!

Коул замер на пороге с непроницаемым видом.

— Если вы думаете, что я пришел извиняться за то, что обедал со Стивенсами, то ошибаетесь, — заявил он с ходу.

— Мне не нужны ваши извинения ни по какому поводу, — выговорила она, с трудом сдерживаясь. — Я вообще не желаю с вами разговаривать.

— Плохо, — огорчился Коул, протягивая руку, чтобы помешать ей захлопнуть дверь, — потому что я как раз собирался с вами поговорить.

Он протиснулся мимо нее и через прихожую решительно прошел в темную гостиную.

— Что за

малый сопровождал вас сегодня в ресторане? Давний поклонник?

— Нет, не давний поклонник. Это Брэд. Впрочем, вас это нисколько не касается.

— Хотелось бы знать, что вас так расстроило. Вы встречаетесь с ним и не хотели, чтобы он узнал о нас?

— Нет никаких таких нас! — выпалила Элинор.

— Разве? — Он шагнул к ней. — Может быть, вчера ночью мне следовало остаться у вас? По крайней мере в наших отношениях появилась бы ясность.

— Мне и так уже все стало ясно! — воскликнула она. — И я страшно зла.

— Почему? — спросил Коул. — Потому что вы чуть не легли в постель с человеком, которому ваш дед не подал бы руки?

— Мой дед, так же как и Брэд, здесь ни при чем! — почти кричала Элинор. — Просто возмутительно, до какой отвратительной крайности вы способны дойти, чтобы добиться своего.

— О чем вы? — раздраженно спросил он.

— Ухлестывать за женщинами — ваш излюбленный способ улаживания дел? — презрительно процедила она. — Вы получаете извращенное удовольствие, убеждая нас, что мы для вас что-то значим?

— Одну минуту, — произнес он медленно. — Вы обвиняете меня в том, что я ухаживал за вами, чтобы вы проголосовали за строительство фабрики?

— И не только за мной, — едко проговорила Элинор.

— За Норелл? Так вы решили, что я ухаживаю за Норелл Стивенс? — спросил он недоверчиво. — Она интересует меня постольку, поскольку — родственница майора.

— Вот! И я об этом же говорю!

— Вы решили, я встречаюсь с Норелл, чтобы привлечь ее отца на свою сторону? — медленно и раздельно выговорил он, и его глаза потемнели.

— Вы только что сами сказали, что Норелл для вас ничего не значит, но вы приглашали ее танцевать, прижимали к себе, улыбались ей так, словно она единственная женщина в мире! — Элинор резко замолчала, боясь расплакаться.

— Элинор, — процедил он сквозь зубы. — Я, знаете ли, не жиголо и не аферист. Мне не надо «прижимать к себе» женщину, чтобы заключить сделку. У нас был обычный светский вечер.

— Откуда мне знать, что вы говорите правду? — гневно воскликнула Элинор, вспоминая свои прежние опасения. — Может, вы задумали крупную аферу, а простодушным жителям Бейвилла и невдомек. Маленькие городки постоянно становятся жертвами большого бизнеса. Вы местный, вам верят. Никто и не подумает всерьез наводить справки.

Коул с потемневшим от гнева лицом шагнул к ней.

— Я не прощелыга и не сплю с женщинами ради бизнеса. Мне не настолько нужна фабрика, чтобы я из-за нее продавал себя. Как вы сами неоднократно мне напоминали, я богат до неприличия.

— Деньги еще не гарантия порядочности! И деньги порождают потребность добывать все большие деньги. Я видела, как «крутые» бизнесмены топчут чужие жизни.

— То, что я родился не в Оукли, еще не значит, что у меня мораль канализационной крысы, — прорычал Коул, сжимая пальцы в кулаки. — Этические нормы Прескоттов — еще не истина в последней инстанции.