Чтение онлайн

— Жестко.

— Не мы это придумали, — Мазай развел руками. — Мы только попытались свести к минимуму потери. А навигаторы попытались нам помешать. И пытаются до сих пор. Да еще прорыв затеяли. А это, между прочим, опасное нарушение баланса между мирами!

— Они тоже считают, что действуют во благо.

— Вот именно. Но мы-то знаем, что это не так. Считать можно что угодно. Считать и заблуждаться. И это хуже всего, когда люди заблуждаются, но думают, что правы. Согласен?

— А если заблуждаемся мы?

— Нет, Алексей Борисович. Я точно знаю, мы правы. Спастись человечество сможет только здесь. Но спасется оно в виде копии. Оригиналы, все, кроме контрнавигаторов, должны остаться по

ту сторону невидимого барьера. Да, они погибнут. Там вообще все живое умрет. Но выбора нет.

— Так сказали хозяева Нового мира? — снова не удержался Гуськов от озвучивания одного из своих подспудных опасений.

— Какие еще хозяева? — Мазай поморщился. — Не забивай голову лишними фантазиями. Никаких хозяев не существует. Этот мир нам просто удачно подвернулся в нужный момент. Повезло, как когда-то повезло первой бактерии, которая случайно возникла и не только выжила, но еще и умудрилась размножиться. Один шанс на триллион триллионов, но он выпал, и дальше все пошло как по маслу, на Земле возникла жизнь. Сейчас мы вытянули новый счастливый билет. Вот и все.

— А если в деле все-таки имеется умысел?

— Вот ведь въелась в тебя контрразведка, — Мазай усмехнулся. — Как стронций в кость. Давай сначала зафиксируемся в Новом мире, Алексей Борисович, а там разберемся. Разве не логично?

— Ну-у… так… пятьдесят на пятьдесят.

— Вот ты упрямый, Гуськов!

— Я осторожный, товарищ генерал. И опытный, уж простите за нескромность. Сколько живу, еще ни разу мне так крупно не везло, и забесплатно никто меня не спасал, кроме боевых товарищей. Поэтому и сомневаюсь, что нам просто повезло. А если это не везение, если это какая-то «спонсорская помощь» неведомо от кого, то какой у наших спонсоров интерес?

— Рассуждаешь, честно говоря, как навигатор, — Мазай нахмурился, уставился в чашку с остывшим кофе и неожиданно добавил негромко: — Нехорошо, Алексей Борисович, опасно. Я тебе доверяю, но формально ты все равно на карандаше, так что… сделай выводы.

— Спасибо, товарищ генерал, — так же тихо сказал Гуськов. — Учту.

— Учти, — Мазай снова придал лицу благостное выражение, расслабленно откинулся на спинку кресла и поднял руку, подзывая официанта. — Принеси, дружок, нам еще по чашечке! И коньячку пару капель. Все-таки профессиональный праздник сегодня.

— Момент, — заверил официант.

— Как видишь, я с тобой откровенен, Алексей Борисович. А все потому, что ты самый опытный и думающий из моей команды. Так что если у тебя остались вопросы, задавай, не стесняйся. Не хочу, чтобы в твоем видении ситуации остались какие-то слепые пятна.

— Да все, в принципе, понятно, — Гуськов пожал плечами. — А как в мире в целом… эта ситуация выглядит?

— Масштабно мыслишь, одобряю, — генерал кивнул. — В мире все примерно так же, как здесь, у нас. Силу пришлось применить не только нам. Попытки прорыва навигаторов из Старого мира зафиксированы и в других регионах. Наши недавние противники, а теперь коллеги, тоже были вынуждены дать им отпор. Особенно серьезно пришлось потрудиться в регионах, где концентрация навигаторов была слишком высока. Военные акции провели американцы в Средиземном море и Персидском заливе, китайцы на юге страны и в Тайваньском проливе, аргентинцы… ну, и по мелочи. В целом наберется десятка два операций, похожих на нашу. По сути, навигаторское движение задушено в зародыше. И что особенно радует — задушено это движение до того, как навигаторы осознали, что могут стать единой силой.

— Задушено — не уничтожено. Провокации все равно возможны.

— Правильно. Вот почему рано успокаиваться. Остатки навигаторов будут тайно преследоваться и здесь, и в Старом мире.

— Тайно преследоваться? — переспросил Гуськов. — Почему тайно?

— Чтобы

не привлекать внимание общественности, — Мазай отхлебнул кофе. — Почему ж еще.

— Общественности там, по-моему, не до того.

— Ты не понял, мы избегаем внимания особой части «общественности», компетентной. Проще говоря, нас волнует особый интерес спецслужб к нашим персонам.

— Ничего не понимаю, — Гуськов поморщился. — Три часа назад они нам помогали, а теперь что? Мешают?

— Вроде того. После нейтрализации прорыва в нашем мире мы провели зачистку на той стороне. И это, видимо, очень не понравилось коллегам из Старого мира.

— Я слышал, сначала «вручную» попытались зачистить, а потом минометы перекинули в Старый мир, — Гуськов покачал головой. — Кому понравится, когда народу на головы мины сыплются?

— Не народу, Гуськов, навигаторам. Потери среди гражданских — неизбежное зло. К сожалению, у нас не оставалось выбора. Использовать точное оружие в тех условиях мы не можем, специальные группы посылать… ты сам знаешь, чем это обернулось. Троих потеряли. Пришлось применить минометы. И это еще по-божески. Американцы так вообще тактическим ядерным зарядом жахнули по своему же авианосцу «старого образца». Его капитан навигатором оказался. А китайцы применили в Старом мире боевые отравляющие вещества. Да, жестко. Но безопасность Нового мира превыше всего. Устранить главную угрозу этой безопасности — навигаторов — требовалось любой ценой.

Гуськову вдруг вспомнились слова Мазая, сказанные им во время преследования навигатора Барулина, после того как генералу доложили, что на территории пункта утилизации находится до десяти гражданских лиц.

«Приказываю считать их заложниками террориста, — без малейшего сомнения в голосе сказал тогда Мазай. — Они заранее считаются жертвами. Если беглец прикроется штатскими, разрешаю уничтожить всех».

Что ж, генерал не отступал от своей линии. И его коллеги действовали предельно жестко. Видимо, рассчитывали, что когда закроются все лазейки из Старого мира в Новый, то есть когда будут уничтожены все навигаторы, им все спишется.

— Наших навигаторов надо было сразу пристрелить, а не запирать в подвале, — сказал Гуськов, глядя в чашку. — Тогда не пришлось бы народ гробить.

— Надо было, — Мазай вздохнул. — Но вряд ли это решило бы проблему в целом. Корни проблемы лежат глубже. Лично я давно предполагал, что ситуация будет развиваться именно таким образом. Видишь ли, майор, пока не засияло небо, «посвященные» в Старом мире относились к нашим разработкам весьма прохладно. Когда же вспыхнуло аномальное сияние, все поняли, что мы были правы, и переполошились. Но надо отдать им должное, поначалу они сохранили лицо, повели себя мужественно. А вот когда все стало рушиться, нервишки у них все-таки сдали. Они начали давить, требовать билетики на ковчег.

— Для избранных, — Гуськов кивнул. — Пару лет назад фильм смотрел, там на здоровенных кораблях спасались. Тоже только избранные.

— Идея очевидная, — Мазай кивнул. — А фильм, кстати, туфта. Я, естественно, предусматривал такой вариант и предупреждал о нем, но раньше власти не верили, а теперь… поезд ушел и рельсы остыли. Власти Нового мира не хотят видеть в нем своих «старых дублей».

— Видимо, знают себя слишком хорошо, чтобы самим себе доверять.

— Правильно, — Мазай вновь кивнул. — Так что теперь «старые» власти будут поддерживать движение навигаторов. Ты ведь и сам в курсе, что через некоторых низших чинов навигаторы уже связались со «старыми» силовиками. И результат не замедлил проявиться. Сначала была перестрелка на стадионе, потом они атаковали минометные расчеты. Отныне на стороне навигаторов все, кто пока еще уцелел в Старом мире. В случае с копией нашей службы, думаю, вплоть до дубля директора ФСБ.