Чтение онлайн

— И этот метод использован в данном тексте? — удивилась Анджела.

— Не совсем так. Арабы уже давно обнаружили, что если вычислить частоту использованных букв в письменном языке, то можно расшифровать закодированный текст. Мария, шотландская королева, заплатила за это головой, когда хитроумные дешифровщики английской королевы Елизаветы перехватили ее сообщение во время заговора Бабингтона. Что же до Джефферсона, то он усовершенствовал один из вариантов шифровальной системы, известной как метод Виженера.

—

Что является лишь вариантом замещающего метода Цезаря.

— Совершенно верно. Для этого нужно просто-напросто создать собственный алфавит, заменяя буквы определенным образом, понятным получателю информации. Ты создаешь некий порядок букв, а потом просто сообщаешь получателю ключ к разгадке, помещая его поверх этого квадрата. Буквы в ключевом слове помогают тебе отыскать закодированные буквы сообщения, что очень напоминает современный кроссворд.

— Из этого следует, что некоторые буквы в твоем тексте могут быть представлены совсем другими знаками.

— Да, и в этом изящество данной системы.

Харрис повернулся к компьютеру и в течение нескольких минут энергично щелкал по клавишам, выстраивая колонки букв в форме большого прямоугольника.

— Да, это стандартный «квадрат Виженера». Есть только одна проблема. Мы не знаем ключевое слово.

— А если попробовать «артишок»?

Харрис засмеялся.

— Вспомнила «Похищенное письмо» Эдгара По? «Артишок» — ключевое слово, которое Джефферсон и Меривезер Льюис использовали для расшифровки кода и обмена информацией во время экспедиции на территорию Луизианы.

Он несколько раз набирал слово «артишок» в квадрате решетки и тщетно пытался расшифровать содержащееся там тайное послание, используя это слово даже во множественном числе, но все напрасно. Харрис сокрушенно покачал головой.

— Может быть, это слово является слишком очевидным, — заключила Анджела.

Они попробовали использовать другие слова — «Адамс», «Вашингтон», «Франклин» и даже «независимость», — но получили все тот же разочаровывающий результат.

— Мы можем потратить весь день на это бесполезное занятие, — заметила Анджела.

— Точнее сказать, десятилетия. На самом деле ключевое слово может оказаться совершенно бессмысленным.

— Значит, нет никакого надежного способа взломать шифр Виженера?

— Нет, взломать можно практически любой шифр, но нам потребуется уйма времени. Этот шифр был придуман гениальным человеком по имени Баббедж, которого не без оснований считают отцом современного компьютера. Его система дешифровки строится на определении последовательности букв. Как только эта последовательность обнаружена, мы получаем ключ к разгадке. К сожалению, такая система находится за пределами моего мастерства, однако мы находимся в двух шагах от величайших в мире взломщиков самых разнообразных кодов.

— Ты знаком с кем-нибудь из АНБ?

—

Я звякну моему профессору.

Харрис позвонил профессору, но поскольку тот находился на занятиях, оставил ему сообщение. После этого с разрешения Анджелы он начал копировать материал. Гровер был так поглощен рукописным текстом, что не обратил никакого внимания на сопутствующий ему рисунок.

Анджела сидела и молча наблюдала за тем, как он рассматривает извилистые линии и пересечения в форме крестиков.

— Вот другая часть нашей загадки. Сначала я подумала, что эти линии обозначают расположение грядок на огороде. — Она быстро рассказала ему о том, что обнаружила на сайте древних языков.

— Это очень интересно, но сейчас давай сосредоточимся на основном тексте послания.

Харрис закончил обрабатываться документы и вернул их Анджеле, которая спрятала бумаги в дипломат. Он проводил ее до двери и сказал, что непременно сообщит о результатах исследования. Через два часа позвонил профессор и терпеливо выслушал сбивчивый рассказ Харриса о зашифрованном послании. Как только Гровер упомянул фамилию Джефферсона, профессор сразу же прервал его и попросил немедленно приехать к нему.

Профессор Питер Деврис стоял по другую сторону пропускного барьера, где находился дежурный службы безопасности. Он с таким нетерпением ждал возможности взглянуть на документ, что буквально втащил молодого человека в свой кабинет.

Профессор издавна пользовался репутацией талантливого, но совершенно рассеянного математика, который даже в самую невыносимую жару ходил в твидовом костюме и имел странную привычку в минуты глубокого погружения в свои мысли дергать себя за белоснежную бороду. А в таком состоянии он находился почти постоянно.

Внимательно изучив текст про артишоки, он посмотрел на ученика.

— Вы говорите, что этот документ привезла вам сотрудница библиотеки философского общества?

— Совершенно верно. Она работает ассистентом библиотекаря в научном отделе.

— Если бы не шифровальная решетка, я бы не удостоил этот документ вторым взглядом, — откровенно признался профессор, снова уставившись на перфокарту с чувством досады и разочарования. — Я крайне удивлен, что Джефферсон использовал столь грубую шифровальную технику, — заключил он, положив ее на стол.

— А я вообще сомневаюсь в том, что этот текст содержит в себе хоть какое-то послание, — добавил Харрис.

— Есть только один способ проверить это предположение, — задумчиво произнес профессор.

Он отсканировал ровные столбцы букв, ввел в компьютер и в течение нескольких минут щелкал по клавишам тонкими пальцами. Буквы плясали на экране монитора в самых разнообразных комбинациях и сочетаниях, пока наконец не выдали ему одно-единственное слово:

Орел.