Чтение онлайн

— Соня с Леной. Марк разбирается с полицией. Нам позвонили сразу. Тимур в операционной, а мы если ты не против, пока побудем с тобой. Ань, — мама стеснялась спросить, но решилась, — ты не против, если я с тобой побуду на УЗИ.

— Ну что вы, конечно нет.

Она была очень рада. И мне ее поддержка была необходима, раз уж Тим не может быть со мной.

Врач озвучил основные важные моменты и задумался. Я напряглась. Мне всегда не нравилось когда на диагностических процедурах у специалистов лицо менялось в процессе. Это могло значить только одно — что-то пошло не по плану.

— Что-то не так? — не выдержала

я.

— Да вроде нет. — еще одна пауза и я его пну ногой, — ели только вы не против близнецов.

ЧТО? Двойня?

Я перевела взгляд на Александру Матвеевну. Она тоже плата в ступор, но быстро пришла в себя и от радости расплакалась.

На ночь мне пришлось остаться в больнице. Врача не убедили ни хорошие анализы, ни результаты УЗИ, ни мои увещевания. Именно последнее и сыграло решающую роль. Моё состояние у них вызывало тревогу. А ведь я действительно не могла успокоится. Я так переживала именно от того, что мне никто ничего не говорил. К Тимуру не пускали. Я переругалась с кем только могла. Но все без толку. Родители его уехали домой, чтобы привезти необходимые вещи для сына и меня. Но я не собиралась оставаться тут надолго.

Утро не принесло облегчения. Я больше решила не ждать пока кто-нибудь что-нибудь мне наконец скажет. Собрала из палаты свои вещи и выписала сама себя. Раз уж Тимур в больнице то и я могу позволить себе находиться рядом. Переоделась в свой костюм и направилась к Семенычу. Пусть только попробует отказать мне работать тут.

Я вломилась в кабинет, совершенно не рассчитывая что там уже будет Александра Матвеевна и Александр Александрович.

— Аня, ты почему здесь? — Семеныч был слегка удивлён. — И почему ты в рабочей одежде. Кто тебя выписал?

— Я сама себя выписала. Я не собираюсь прохлажлаться на больничной койке, пока вы все устраиваете тайны Мадридского двора. — Вообще конечно ещё с утра я не собиралась ругаться. Но сейчас, когда я поняла, что снова что-то происходит без меня, я разозлилась. — Кто-нибудь вообще собирается мне объяснять что вообще происходит? Почему вы скрываете от меня состояние Тимура и почему меня не пускают к нему?

— Аня, — Семеныч говорил со мной как с душевно больной, — успокойся, тебе нельзя нервничать.

— Я беременная, а не больная. И по вашему сейчас я не нервничаю? — держать себя в руках было все сложнее. — Да я себе напридумывала уже кучу страшных вещей, пока вы все тут щадите моё состояние. Может хватит? Я не ребёнок!

— Тогда почему себя так ведёшь? — отец Тимура смотрел на меня исподлобья. И я немного сбавила обороты. Его я побаивалась. — Оставьте нас на пару минут.

Все молча вышли. Мы с Александром Александровичем остались один на один.

— ты что творишь? Почему ведёшь себя как подросток?

— Я не понимаю, что плохого в том что я хочу знать правду? Я ведь места себе не нахожу. Все произошло на моих глазах, — я начинала плакать. Не хотела, но слезы предательски наворачивались. — Я просто не переживу если с ним случится что-то плохое.

Я обессилено опустилась на стул, закрыла лицо руками и дала волю слезам. Отец сел рядом, тяжело вздохнул и продолжил:

— Сейчас основная задача для тебя — это твоё здоровье. Ты просто не имеешь права навредить себе и малышам. Тимуру конкретно ты сейчас не

можешь помочь, а вот сделать хуже — запросто. Он обязательно придёт в себя. И как думаешь он относится к тому, что ты могла угробить себя, и его детей? Правильно, он разозлится. Просто пойми- ты теперь не одна. Теперь у тебя есть мы-семья. И мы не оставим тебя одну. Просто тебе нужно научиться нам доверять. Сейчас ты будущая мать, и ты не имеешь никакого морального права подвергать опасности своих ещё нерожденных детей. Ты уже несёшь ответственность за них. Так что возьми себя в руки и перестань устраивать детский сад. В конце концов это по меньшей мере не в твоём стиле. Ты всегда была сильной, что произошло сейчас?

— эти проклятые машины отбирают у меня самых близких и любимых! — я продолжала плакать, а он обнял меня, пытаясь успокоить. — Я просто не смогу жить без него.

— Тебе и не придётся. С Тимуром всё будет хорошо. Но нс будущее ты должна чётко для себя уяснить- когда у женщины есть дети, она обязана быть сильной. По этому вытирай свои слезы и идём.

— Куда? — я растерялась даже от неожиданности.

— К Тимуру. Но прежде ты дашь мне слово, что больше мне не придётся объяснять тебе очевидные вещи. И ты будешь вести себя хорошо.

— Обещаю.

***

Несколько дней мы все ждали когда Тимур придёт в себя. Родители настояли, чтобы я переехала к ним. Они окружили меня заботой и вниманием. Поддерживали и утешали. У меня с ними сложились приятные отношения. Хотя отец со мной был строг- не позволял раскисать и держал меня в тонусе.

Вечером, когда мы уже собирались спать, позвонили с больницы и сообщили, что Тимур пришёл в себя. Нам даже разрешили приехать прямо сейчас. Моему счастью не было предела.

Я была у него каждый день, я бы оставалась с ним и на ночь, но с его отцом у нас была договорённость, что я буду беречь себя. Мне было нестерпимо больно смотреть на недвижимое тело своего сильного мужчины. Это было так неестественно. И я всегда уходила домой с тяжёлым сердцем. И вот теперь мой любимый смотрел на меня, и я была просто счастлива. Он был ещё очень слаб, но я не могла не обнять его. Нам никто не мешал. Все всё понимали.

— Мне сказали, что ты себя очень плохо вела. — я положила голову ему на плечо и просто наслаждалась тем что он со мной.

— они врут. Все. Я просто хотела чтобы с тобой все было хорошо. Я люблю тебя. — я подняла голову и посмотрела ему в глаза. — поклянись, что никогда меня не оставишь!

— И не надейся! — ему было тяжело говорить, а он ещё и шуть пытался. — ради тебя и нашего ребёнка я готов терпеть твои выходки вечно.

— Детей. Ради меня и детей. — я ждала его реакции.

— Да моя маленькая, мы не будем откладывать рождение второго. Как только наш малыш появится на свет мы сразу приступим к ещё одному.

— Ну допустим, не малыш, а малыши….

— в каком смысле? — видимо с этой новостью надо было подождать, он что-то туго соображает.

— в прямом, Тим. — я еле сдерживала смех. Меня распирало от радости сейчас. — у нас будет сразу два малыша.

Тимур смотрел на меня не моргая. Я даже сначала подумала, что ему снова плохо. Но когда на его лице начала появляться улыбка, я наклонилась и нежно его поцеловала.

— ты знаешь, что я люблю тебя?

— Да, ты мне уже говорил!