Чтение онлайн

– Конечно, - в углу находилась кушетка, на которой девушке предстояло провести ночь. Да, не самое лучшее место для сна, но уж получше, чем в коридоре во множество раз, хотя горький запах больничных стен смог пробраться и в этот участок, заполняя собой все пространство и даруя Алене еще больше паники и предчувствия чего-то плохого. Но как ей говорила Елена, всегда нужно верить в лучшее, даже когда жизнь окрасилась только в черные тона. И она будет верить! Ведь иначе нельзя, - Спасибо вам большое.

– Поблагодаришь потом. Мне придётся тебя закрыть, чтобы скрыть от посторонних глаз.

–

Да, хорошо.

Послышался металлический звук ударов ключей о дверь, а после - тихий щелчок, который говорил о том, что теперь она точно проведёт свою ночь в этом кабинете, и не выйдет наружу, даже если ей захочется это сделать.

Дотронувшись до своей "кровати", девушка тут же одернула руку от холода, понимая, что эта ночка ей запомнится надолго. Но делать нечего, кое-как устроившись на твердой поверхности, она обхватила ноги руками и словно не замечая письменного стола и огромное количество кабинетов, которые были отделены между собой плотными стенами, будто бы наблюдала за Димой и его состоянием. Как же ей хотелось пробраться к нему в палату, но девушка все хорошо понимала, что таким путем быстрее ограничит свои посещения, нежели увеличит. Поэтому придется терпеть... Все равно ведь он скоро поправится и все будет хорошо. Они вновь вернутся домой, где Алена сможет с новыми силами заняться его разминкой, делая все, что в ее силах, чтобы парень снова почувствовал землю ногами. Уж это она обещает. И обязательно выполнит.

***

Инородный шорох заставил девушку открыть глаза и впопыхах подскочить с проклятого места.

– Проснулась?
– Сейчас Алена уверенно могла сказать, что эта добрая женщина является глав. врачом, а не той, кем казалась ранее.

– Кажется, - она снова присела на кушетку, избегая появления нежеланных фосфенов.

– Тебе нужно позавтракать.

– Я не хочу. Мне бы только попасть в палату к одному человеку.

– Мне и так хватает больных пациентов, поэтому быстро взяла еду и налила себе чай, - перед девушкой тут же поставили блюдце со свежими бутербродами и горячий термос, а в дополнение и кружку.

– Спасибо, - Но как бы она не пыталась запихнуть в себя хотя бы маленький кусочек съедобного, желудок наотрез отказывался выполнять свою функцию. Возможно все это из-за чересчур разбушевавшихся нервов. Но ясно было одно - она не сможет нормально пополнить свой внутренний баланс энергией, пока не узнает, как себя чувствует Дима.

– Ты ему женой приходишься?
– "Жена... Какое странное слово".

Но ей оно нравится. И возможно, кто-то даже позволил себе немного помечтать на эту тему. А что, ведь она имеет полное право.

– Нет, я его девушка.

– Повезло твоему парню с такой девушкой. Ты лучше скажи мне, долго еще сидеть здесь будешь?

– До тех пор, пока вы не впустите меня в палату, - пусть и улыбнулась, когда говорила данные слова, внутри у нее был настоящий хаос, который мог уничтожить все на своём пути.

– Это же ведь не только от меня зависит.

– Я понимаю, но никуда не уйду. Мне важно знать как он себя чувствует.

– Что же будешь с тобой делать, - врач поднялась и кивком головы показала на дверь, - Пойдём.

– Вы правда поможете

мне?
– от сплошных отказов в ее адрес, Алена не могла поверить, что нашёлся человек, которому не безразлично состоянии других.

– Пойдём, я говорю!
– в коридорах не нашлось ни души. Но вот хорошо это или плохо, Алена не знала. Но какой бы там итог не выходил, девушка была счастлива от предстоящего посещения и не могла удалить свои настоящие эмоции с лица, хотя и пыталась несколько раз, - Проходи.
– в палате было до жути неприятно из-за ощущения полного провала своих желаний. А это как раз то, от чего она так долго старалась избавить Диму.
– Даю тебе десять минут.

– Спасибо, - дверь захлопнулась, оставляя молодых людей наедине.

– Привет, - когда она оказалась рядом с ним, ее взору предстал совсем не ее Дима. Этот парень выглядел настолько измученным и бледным... Как-будто за время отсутствия девушки, молодого человека подвергли самым изощренным пыткам, какие только могут быть.

– Ты пришла...
– обычная свойственна ему хрипота вдруг переродилась в приобретенную классификацию недуга.

"Почему мне так больно видеть его в таком состоянии? Я ведь твердо уверена, что все закончится благополучно. Так почему так хочется плакать?"

– А я могла поступить по-другому?
– слегка пожимает плечами и все еще пытается смотреть прямо в глаза своему любимому, хотя это занятие сейчас просто уничтожало ее по маленьким этапам.

– Нет... Но я не в восторге от того, что тебе приходится наблюдать за мной в таком состоянии.

– Успокойся, - Алена села напротив него, выставляя напоказ только позитивные мысли и утверждения, высказанные ею себе же самой, - Скоро мы поедем домой.

– Да, хотелось бы...
– но Дима знал, что теперь слово "дом" ему придется забыть на несколько недель вперед. То, чего он опасался свершилось. В такой неподходящий момент его жизни.

– Как ты?

– Как на курорте, - парень пытался отшутиться, но девушка даже не улыбнулась. Да и как можно вообще думать о слове "радость", когда твой любимый человек сейчас страдает и пускает в ход глупые шутки, лишь бы убежать как можно дальше от жёсткой реальности.

– Прекрати. Дима, я сейчас как никогда серьёзна.

– Я тоже. Знаешь какие здесь мягкие подушки?

– Дим...
– "Пожалуйста, прекрати. Я сейчас совсем не готова к шуткам и веселью".

– Прости... Просто не хочется верить в то, что я проведу в этом ужасном месте еще минимум две недели.

– Кто тебе это сказал?

– Мне не нужно ничего говорить, я и так знаю. Уж в своей жизни я не один раз посещал такие места и уже от корки до корки изучил их распорядок.

– Может быть этот раз будет исключением.

" А что если я попрошу поскорее выпустить Диму? Я же знаю, что больница для него словно клетка для вольной птицы. Так почему бы не рискнуть выполнить хорошо обдуманное дело?"

– Алена, - он дотронулся до нежной руки своей девушки и очень странно ей улыбнулся. Словно пытался запомнить ее в своих мыслях, чтоб каждый раз закрывая глаза, перед ним всплывал ее образ и он мог спокойно отгонять свои гнилые размышления, - Спасибо тебе.