Натурщик
Шрифт:
– Сейчас нам девочки нужны…
– Ариэль!
– долетело издалека.
– Ариэль!
– Я здесь!
– Они не могут прислать уборщиков! Только вечером!
– Вот подлая контора, - тихо сказал Ариэль.
– Да мы тут до вечера помрем от этой вони. Извини - натурщик не нужен, нужен человек с лопатой. А лучше двое.
– Ты погоди, погоди!
– поняв, что собеседник сейчас спрыгнет с забора и уйдет, воскликнул Юрка.
– Ты художнику про меня скажи, я дорого не возьму… не беру!..
При мысли, что придется возвращаться в город, Юрка чуть не заревел. Сорок пять километров, есть хочется так,
Три года без игры. Это кончится безумием, ни один психиатр не поможет.
– Говорят же тебе, мы через агентство заказываем. Выбираем по каталогу. Вот, скажем, после девочки нам мужчина нужен, атлет, с мускулами, желательно бывший спортсмен. В твоем возрасте таких мускулов не бывает. Ты, если обязательно хочешь позировать, сходи в агентство, запишись, будешь в картотеке…
– Ариэль!
– Иду! Так что не трать время зря, возвращайся домой…
– Да погоди ты! Ты ему про меня скажи! Может, он передумает! Это же дешевле, чем через агентство!
– Вот уж деньги для нас вообще никакой роли не играют, - отрубил Ариэль и соскочил с забора, но не вниз, а словно по дуге пролетел и исчез.
Юрка заплакал.
Последний шанс рухнул, разлетелся вдребезги. Ни денег, ни еды, ни ночлега - ничего!
И он безумно боялся деда. После побега дед зол как черт. Бабка - и та побоится вступиться. Родня и видеть его не захочет - сколько позора из-за него приняли, хотя он ни в чем не виноват, и если у тетки с дядькой что-то пропадало из дому - пусть своих близнецов спрашивают, они и не знают, что близнецов подсадили на «колеса»… Дед с дружками уж точно придумает какую-то одиночную камеру без окон, он такой…
Юрка слез наконец с дерева и побрел обратно. Он оказался у ворот, постоял немного и кинулся барабанить. Если его не пустят сюда - он повесится! Другого выхода нет! Над воротами появилось лицо Ариэля.
– Да ты что, спятил?
– спросил он.
– Впустите меня! Впустите меня!
– только и мог повторять Юрка. С ним случилось самое страшное - он впал в истерику. Истерик он не закатывал уже давно, после того как дед образумил его, двенадцатилетнего, звонкими пощечинами.
Ариэль исчез, минуту спустя створки ворот разъехались.
– Входи живо, - приказал Ариэль.
Юрка ворвался во двор и встал как вкопанный. Нужно было как-то объяснять свое поведение, но он не мог успокоиться и с опозданием разревелся.
– Прекрати это. Иначе выкину, - пригрозил Ариэль.
– Ну, живо замолчал! Вытер сопли! Смотри мне в глаза!
Дивным образом истерика угасла.
– Мне вообще больше некуда пойти, - честно сказал Юрка.
– Я из дома ушел. Я туда не вернусь, лучше умру. Я сюда из города пешком шел…
– Вот дуралей, автобусом за двадцать рублей бы доехал.
– У меня нет двадцати рублей. У меня вообще ни копейки нет.
– Так… Лопату держать умеешь?
– Да.
Юрка соврал, и Ариэль это понял, но спорить не стал.
Он повел Юрку к глухой стенке из бетонных блоков, завел в темный
– Видишь рыбу? Я покажу тебе, где тачка садовника, и дам лопату. За огородом выкопаешь яму и зароешь там эту мерзость. Сейчас поешь - и за работу.
Просперо с балкона смотрел, как незнакомый мальчишка гонит к забору тачку с гнилой рыбой.
– Впервые в жизни он что-то делает руками, - заметил Ариэль.
– Я покормлю его ужином и заплачу тысячу. Хотя деревенские алкаши и за пятьсот прекрасно бы справились.
– Нельзя прикармливать деревенских алкашей, - не отводя взгляда от Юрки, возразил Просперо.
– И тысячу парню давать тоже нельзя. Откуда ты знаешь, что он натворил, если удрал из дому без копейки в кармане.
– А что тут знать? Игрок. И деньги нужны ему, чтобы проиграть.
– Да… Тут ты прав… Но он, проиграв, опять придет сюда, и у нас не будет для него второй такой кучи дерьма.
– Будет, - уверенно ответил Ариэль.
– Вот увидите, учитель, наш восьминогий друг будет снабжать нас этой дрянью по меньшей мере раз в месяц.
– Ты отмыл сундучок?
– Да, учитель, от него уже почти не пахнет. И пришло письмо от капитана Трелони. Он извиняется, что задерживает десятину - у них почти не было добычи. Испанский серебряный караван застрял в Лиме, Трелони уже третью неделю сидит в засаде.
– А Ночная Гроза?
– Впал в спячку, учитель. У них там начался сезон бурь, так что он забрался в пещеру и спит. Надо бы ему отправить парочку новых клешней с титановым напылением.
– А мальчик с характером…
– Ему не терпится получить хоть какие-то деньги и побежать с ними в игровой зал.
– Отнеси-ка ему лейкопластырь.
Просперо не ошибся - Юрка действительно натер ладони деревянными щелястыми ручками садовой тачки. Но ему пообещали тысячу рублей. Двадцать - на дорогу, а на остальные взять бутылку колы, чипсы и жетоны. Только в каком-нибудь незнакомом зале, на окраине, а то еще деду позвонят.
Он гнал вихлявую тачку по дорожке и думал о системе. Есть люди, умеющие выстроить систему, по которой они выигрывают у автомата. Но для этого нужно часами сидеть и наблюдать, делать записи. Необходимо запоминать выскакивающие комбинации - Юрка уже знал, что генератор случайных чисел в хитрой машине отсутствует, но есть алгоритм и есть процент выигрыша, который соблюдается более или менее точно. Игрок, которому теоретически обещают пятьдесят процентов, то есть игру с техникой на равных, фактически имеет в лучшем случае пятнадцать. И вот пойди определи, когда бездушная железяка уже отработала с выгодой для себя восемьдесят пять и готова наконец расщедриться!
Нет, эту тысячу нельзя тратить бездарно, как те доллары, будь они неладны. Сперва нужно посидеть, посмотреть, прикинуть, выбрать автомат. Потом немного поиграть, так, на пробу, и не обольщаться мелким выигрышем - это он заманивает. Мелкий выигрыш забрать и уступить автомат другому игроку, потом вернуться…
Его догнал Ариэль.
– Покажи руки.
– Отстань.
Тачка была тяжелая, сейчас ее удалось разогнать, и она шла, можно сказать, сама, а если остановиться - беда.
Юрка позволил протереть себе ладони ваткой и заклеить пластырем, только когда вывалил рыбу в длинную яму.