Натиск
Шрифт:
– Сэр, крейсер йуужань-вонгов отступает. "Прыгуны" уходят в атмосферу планеты.
Новость была встречена радостными криками, но Кре'фей взмахом руки остановил ликование.
– Свяжите меня с "Непроницаемым".
– На связи, адмирал.
– Это адмирал Кре'фей. Сенатор, вы все еще командуете моим челноком?
– Так точно, адмирал. Вы хотите получить его обратно?
– Да, хочу. Пожалуйста, посадите его ко мне на борт, и истребители пусть садятся через створ нижней летной палубы. Грузовые корабли могут занять строй за нами, -и мы будем готовы
– Если, конечно, вы собрали все необходимые вам факты.
– На данном этапе сбор данных закончен, адмирал, - каамаси вздохнул.
– И сенату совсем не понравится мой отчет.
– Я почему-то совершенно не удивлен, сенатор, - фиолетовые глаза ботанского адмирала сузились.
– И это еще один повод как можно быстрее возвращаться на Корускант.
34
Тело Гэвина Дарклайтера мучительно ныло, но он не сдавался. Обычно плохое самочувствие он списывал на накопившуюся усталость, но за время путешествия от Дантуина до Агамара, а затем и до Корусканта он успел прекрасно отдохнуть. Он не чувствовал себя таким отдохнувшим за все время, проведенное в эскадрилье, и при этом он четко осознавал, что им предстоит самое трудное сражение из всех, в которых ему довелось участвовать.
И все, что он узнал за время пути на Корускант, окончательно убедило Дарклайтера, что эту битву Разбойный эскадрон и Новая Республика проиграть не имеют права.
Гэвин, Лейя Органа Соло, адмирал Траэст Кре'фей и сенатор А'Кла были вызваны на встречу с консультативным советом главы государства Борском Фей'лиа, где им предстояло доложить обо всем, с чем они столкнулись. Судя по самодовольным выражениям лиц Фей'лиа и его соратников, Гэвину казалось очевидным, что либо они не имеют ни малейшего представления о событиях во Внешних территориях - что представлялось маловероятным, - либо решили следовать своим курсом, не обращая внимания вообще ни на что.
Он боялся, что последний вариант окажется правдой, потому что в таком случае гибель Новой Республики была практически неизбежна.
Зал окружала сплошная стена из транспаристила, что давало возможность наслаждаться завораживающим видом ночного Корусканта. Огни зажигались и гасли, сквозь ночь стремительно проносились флаеры, различные здания излучали всевозможные световые узоры. Казалось, все это создано для того, чтобы отвлечь участников совета от серьезных дискуссий, и в особенности тех, кто восседал в креслах для гостей. Гэвин обнаружил, что сам увлеченно глазеет по сторонам, но заставил себя все-таки сосредоточить внимание на лидерах Новой Республики.
Сенатор каамаси стоял в центре круга, по которому располагались столы и кресла участников совета.
– Вы уже слышали наиболее существенную часть моего доклада сенату, - он широко развел руки.
– Не остается ни малейших сомнений, что эти йуужань-вонги проникли в нашу Галактику с целью завоевания. Нападения на Дубриллион и Дантуин были не только неослабевающими, но и несомненно служили разведывательным целям.
Ньюк Ньюв, сенатор с Суллуста, щелкнул языком.
– Если это
Элегос медленно кивнул.
– Совершенно верно. Но мне кажется, что вы тем не менее игнорируете подтверждение об их присутствии на Белкадане, где они организовали военное производство. Вы игнорируете их операцию на Биммиеле, о которой мы узнали лишь потому, что студенты, изучавшие эту планету, эвакуировались на Агамар тогда же, когда там оказались мы.
Куаррен Пвоу свернул и развернул ротовые щупальца.
– Три системы, четыре, если считать Сернпидаль, или пять, если включить Хелску IV, место, где первое вторжение было уничтожено, а два последующих были для них бесполезны.
– И бесполезны для нас, - каамаси медленно опустил руки.
– Вы забываете об огромных потерях, которые мы понесли, спасая беженцев. Разбойный эскадрон потерял две трети своих пилотов за два месяца. Погибли более пятидесяти других пилотов и десантников. Йуужань-вонги уничтожили бесчисленное количество людей на Дубриллионе, а из беженцев с Дантуина уцелела лишь половина.
Борск Фей'лиа наклонил голову и пригладил кремовый мех у себя на затылке.
– Мы ни о чем не забываем. Мы признаем жертву, принесенную отрядом полковника Дарклайтера. Мы составили список воинов, представленных к награде за боевые действия на Дантуине и Дубриллионе.
Гэвин посмотрел на адмирала Кре'фея и уловил почти неразличимый кивок, служивший сигналом. Медленно подняв голову, бессознательно вертя кольцо, Гэвин посмотрел прямо в глаза Фей'лиа.
Почти двадцать лет назад ты помешал нам с моей возлюбленной Асир Сей'лар, и это стоило ей жизни. Старый долг, но теперь ты заплатишь по нему сполна.
– Если вы так высоко цените наши усилия, глава государства Фей'лиа, в таком случае я не понимаю, для чего вы так старательно пытаетесь обмануть меня и обмануть всех остальных военных Новой Республики?
Фей'лиа заморгал, а мех у него на затылке встал дыбом.
– Вы будете прощены за эту самовольную выходку, полковник. Вы явно слишком переутомлены.
Гэвин поднялся на ноги. Он не торопился, выпрямляясь во весь рост. Руки сами сжались в кулаки, мощные мышцы натянули рукава куртки так, что затрещали швы. Он хотел, чтобы все увидели его физическую силу, поняли, что он не просто так сидит в кресле пилота и щелкает тумблерами.
Я хочу, чтобы они знали: я тот, кем им никогда не стать.
Он заговорил ровным голосом, хотя его переполняли гнев и отвращение.
– Глава государства Фей'лиа, все мы здесь знаем правду. Единственная причина, по которой "Пламя Корусканта" оказался на Агамаре, это то, что капитан Римсен оттуда родом и поэтому решил изменить маршрут патрулирования. Приказ воздержаться от посещения Белкадана и Дубриллиона вызвал у него подозрение. Поговорив со своей семьей на Агамаре, он узнал, что там побывала Лейя. Он вернулся домой, чтобы оценить ситуацию, и смог по просьбе адмирала Кре'фея прийти к нам на помощь. Если бы его там не оказалось, никого бы из нас здесь не было.