Чтение онлайн

– Ники… – Бени начал понемногу успокаиваться. – он чуть не убил брата.

– Чего?

– Он почти перерезал ему горло, отцовским ножом. А потом… потом Рики прибежал ко мне со стёклами в ногах. Стеклами из-под алкоголя. Который и мы пьём. И мы станем такими же, понимаешь? Может не стоило их останавливать…

– Постой, где они? Что с ними?

– Эта, сука, Вейн сбежала к бутылке, прямо как отец. Ее дети чуть друг-друга не переубивали, а она только о себе и думает… А хотя, знаешь я тоже приложусь к бутылке сегодня. – Казалось что Бени не услышал Рима. – Понимаешь, без Ли, я ну… понимаешь, да?

Рим отпустил Бени и увидел как на его лице проступают слезы. Он не вставал

с земли и не отряхнулся, не приводил себя в норму как обычно бы сделал ИХ Бени. Он валялся свернувшись калачиком и рыдал.

– Где она? Где она, Рим? Я устал.

Рим сел рядом. Эта информация была в крайней степени ужасна, и прямо говорила что не “всё нормально” в Роджере. А он бы хотел чтобы было “всё нормально”, но не заметил знаков… А они ведь были. Он просто не хотел их замечать. Но если их не замечали другие может ли он быть виноват? Эти вопросы теперь спелся с его основными, и время которое он тратит перед сном значительно вырастет. Похоже теперь ему придется ворочаться по часу пока его не отрубит.

Рим поднял камешек и вяло бросил через дорогу. Он попал в скошенный столбик и отлетел. Земля на которой они расположились хоть и успела высохнуть, но не до конца и Бени после его истерики придется либо отстирывать свою одежду с обилием сил, либо выбросить восвояси. Риму тоже не поздоровиться за грязные штаны от Баа, но сил стоять сейчас нет. Он тоже устал.

А ведь надо пойти поговорить с братьями, уложить спать Бени и может быть поискать Лидию.

– Рим, зачем мы здесь? – Бени приподнялся и сел в такую же V-образную позу как и Рим. Сложил руки между коленями он уставился смотреть в землю будто пытаясь отыскать там ответы на свои вопросы. – Я про вообще жизнь в Роджере. Мы тут сгнием, понимаешь? Ли пытается вырваться, но у неё не получиться. А когда моя бабушка умрет то… мне будет далеко за двадцать и я сам захочу тут жить и сам не захочу уезжать. Понимаешь?

– Бени…

– А Ники с Рики? – Продолжал он. – Я бы хотел чтобы они сбежали, чтобы они ушли, правда, хотел бы. Веришь? Им тут не место. Они умные и сильные, они смогут выжить в городе. А тут… Тут мы сгнием. Ты вот хочешь этого?

В этот раз вопрос Бени был не риторическим и спустя пару секунд данные на ответ, а ответа не получивший Бени усмехнулся.

– Ники уже влюбился. И его это задержит здесь, – Бени вновь упал на спину от истерического смеха, – Он нам даже не говорил про Мэй. Понимаешь? Мы его лучшие друзья, а он и брату то не сказал! Они тоже тут застрянут и все пойдет по накатанной. Так как нам выбрали родители. – Бени начал язвительно передразнивать Баа и других из совета. – Наша деревня будет закрытой! Мы не будем её расширять и впускать всякий сброд!

Теперь Бени распластался на грязи в полный рост и начал выводить “ангела” руками по земле.

– А раз мы никого впускать не будем то что? Пара поколений и все тут перетрахаемся! И переименуем в “Уроджер”, отличное, блядь, название. И я КОНЕЧНО же я, кто же другой? Сделаю новую табличку на которой выжгу маленький смайлик снизу. С тремя глазами и членом набок.

Сейчас безумец молвит умные слова. Ведь именно так и произойдёт в конечном итоге. В конечном итоге они лишь кучка выживших А’Элина, они должны были умереть тогда. А что сейчас? Сейчас они барахтаются в собственной куче дерьма. Близнецы обещались помочь с “восстановлением репутации”, но это уже было так давно и уже забыто. А забыто оно потому-что их никто не будет слушать, а их действия пропустят мимо взора. Они выжили. Они знают как жить получше этих мелких засранцев и нечего их не переубедит.

– Я…Я не хочу верить в то что

она пропала. Может быть я даже по своему влюбился в вас всех. Может быть очень быстро. Но, я верю тебе. – Сказал Рим.

Бени усмехнулся.

– Мне надо поспать, верно?

– Да, тебе надо поспать, ты совсем спятил. Вставай. Сначала к тебе, потом… – Рим вздохнул. – А потом я побегу искать её.

– А если не найдёшь?

– Найду.

– А если с ней всё нормально, а я просто сумасшедший?

– Тогда я тоже сойду с ума. Вдвоём веселей, так ведь? – Рим поднялся и подтянул Бени за мышку.

Было странно наблюдать на то как в доме Бени в разгар дня спали три парня и одна бабушка.

Бени откинулся на своей кровати, а близнецов Рим отнес на длинный диван на кухне. Что он там делал этот диван на кухне? Неважно. Важно то что у них будет болеть шея. Рим прошёлся по дому и нашел две маленькие вязанные подушечки и подложив им под головы он подумал – “Назову это домом снов. Ребятам понравится”.

Выйдя во двор он обвел дом взглядом и в его груди что-то защемило. Грусть напала с такой силой что затмила собой его первый день в этой деревне. Потому-что это был его последний день здесь. И сердце это знало. Сегодня он покинет Роджер потому-что это именно он виноват во всём происходящем. Он был эпицентром этого савана усталости и безмерного отчаяния.

Рим откинул прочь все свои страхи о репутации и недоверии сельчан к нему и начал расспрашивать о том где они последний раз видели Лидию. Практически все молча отмахивались, некоторые ссылались на ее дурной нрав, но ни у кого не было сведений где она была в последний раз. Но на этом нельзя бы останавливаться. Сколь много глаз, свидетели хоть чего-то должны были быть. Он начал с того самого знака с деревянной табличкой с названием и смайликом под ним что ознаменовала центр деревни и уже к тому времени как солнце переходило через свой зенит он обошел весь “первый” круг. Это означало что он хорошо справляется со своей целью. Но всегда есть но. Время шло, а новой информации не было.

Два последующих круга были ещё больше. Он выполнял свой долг быстро и чётко, но этого не хватало, и всё говорило о том что Лидия пропала без следа. Это уже не бред Бени, не предчувствие, а самая что нинаесть правда. Ту кто больше всех горланила, бегала и сувала нос не в свои дела, никто не видел. Рима и самого начала одолевать отчаяние, а этого допустить нельзя.

– Надо попросить помощи у Баа, – сказал Рим в пустоту делая передышку на очередном крутом повороте. – Выхода нет.

Он бежал и высматривал любого. Всех тех кого он опросил, он запомнил, но их было мало. Сейчас надо подключить Баа и добиться через её авторитет чтобы к поискам подключились старшие. Он им говорил что она может быть пропала. Но кто будет верить паршивой овце?

Первое время Баа смотрела на него с опаской и недоверием. “Тут не кто не пропадает и пропасть не может” – был её девизом внутри старой души. Рим пытался нажать как только мог, но она ему не верила и отнекивалась. Ведь она была сердцем и воплощением Роджера. Та кто приняла в свои ряды обгорелого от хер-пойми-чего на пепелище еще и в солдатской одежде разного пошива, сейчас не могла даже подумать о том что хоть-кто то может исчезнуть. Тут никто не исчезал, и никто не умирал. У них даже не было кладбища. Они просто не хотели верить что выжившие могут умереть. Была Яма, но не кладбище. И там умирали животные, но не люди.