Наташа и будущее
Шрифт:
Выглянув в окно Ташка увидела свой бывший класс собравшийся во плоти у стен института кибернетики.
— Спускайся— приказал виртуальный Егор — Чтобы никаких отговорок.
Настоящий Егор внизу помахал рукой и его двойник перед глазами Ташки повторил движение. Потом он снял очки-монитор и двойник тотчас исчез, а спутник сообщил Ташке, что звонок прерван.
— Профессор, можно мне сегодня уйти с работы? — спросила она.
Погладив подбородок Сергей Иванович уточнил: —Вы закончили ту работу, что я дал вам утром?
— Даже не начинала— призналась Ташка.
— В таком случае идите,
Не успела она выйти как здоровые одноклассники возвышающие над ней на две, а то и три головы, набросились обнимая, хлопая по спине и тормоша волосы.
— Ташка! — сказал Коля-астрофизик— Я уже и забыл как ты выглядишь, появляйся хотя бы иногда на собраниях классного совета.
— Он забыл какая ты крохотная— уточнила вездесущая староста Катя Соколова.
— И тебе привет, убийца терминаторов— весело откликнулась Ташка. Она была чертовски рада видеть ребят и заслуженные упрёки нисколько не смущали, ведь они были заслуженными.
Красный и сухой торт «Покмар» подавался вместе с щипучем напитком без которого его невозможно было есть. Автоповара выдали всем желающим по куску торта названного в честь покорителей красной планеты. Может быть кто-то из будущих покорителей марса сейчас ел сухой, обсыпанный перетёртыми сушёнными семенами козина торт, запивая шипящей и стреляющей жидкостью из высоких бокалов.
В хмуром осеннем небе расцвели разноцветные огни. До чего захватывающе и интересно было подбрасывать фейерверк отбегая в сторону, чтобы он не взорвался холодным огнём прямо у тебя над головой. Коля-астрофизик замешкался и его фигуру окутало оранжевое свечение сменившее цвет на синий, а потом на зелёный. Он вышел из факела холодного пламени мотая головой как будто вытряхивая воду из ушей после купания.
Дома у родителей, возмущающаяся по поводу разварившихся кривоватых вареников домашней лепки мать обняла Ташку и проводила в зал где со стены смотрел улыбающийся отец, а на заднем фоне застыл поломанный робот-монтажник с бессильно обвисшими манипуляторами и снятой передней панелью.
— Ну хулиганка — давай рассказывай— потребовал отец.
И Ташка начала говорить.
— Молодец— оценил он — Я так понял, что работа у тебя интересная?
Ташка показала большой палец: —Работа что надо.
— Я тебе подарок прислал— сказал отец — Серебряную модель Антарска, годится?
— Годиться— подтвердила Ташка — Она тяжёлая? Домой дотащить смогу?
Отец рассмеялся запрокидывая голову отчего в прицел камеры попал застёгнутый на верхнюю пуговицу воротник рубашки: —Модель миниатюрная. Весит меньше килограмма.
Отсмеявшись он сказал серьёзным голосом: —Кстати там ещё один подарок — статуэтка из нетающего льда. Выпилена вручную, без использования роботов или станков. От старого провокатора Хироко-сана. Если помнишь один из его сыновей учит русский язык и ему было бы полезно беседовать по видеосвязи с носителями языка. Можно дать ему твой номер? С управлением иностранных дел согласовано.
— Хорошо— согласилась Ташка и добавила — Ради дружбы народов.
— Не смейся— укорил отец — Если бы народы дружили между собой как отдельные люди мир был бы гораздо лучше и безопаснее.
— В отличии от государств и стран людям нечего делить— заметила Ташка.
— Меньше
Сидя на скамейке возле дома в очках мониторах Ташка удалённо отчиталась перед новосибирским советом программистов и системных архитекторов. Просмотрела советы и пожелания старших коллег и сняв очки вышла из сети. Был слышен движущийся по улице за домом поток машин. Слышен шелест ветвей на ветру. Основная масса листьев опала и была всосана автоуборщиками, но время от времени слетал задержавшийся послёдыш. Такой лист упал на противоположенный конец скамейки. Ветер сдул лист на землю и потащил вдоль поребрика до того как Ташкины пальцы сомкнулись на высохшем листке. Она потянулась выгибая спину. День рождения самый хлопотный день на свете. И ещё самый ответственный — день подведения итогов. Довольна ли сама Ташка прожитым годом? Есть ли в чём ей упрекнуть себя?
Мысленно пробежавшись по событиям девушка решила, что год выдался замечательным. Подобные мысли приятны и она улыбалась пока возвращалась домой.
В жилой ячейке её ждало сообщение.
— От кого? — поинтересовалась Ташка бросая куртку в шкаф.
Квартира сообщила: —Отправитель подписался как сосед справа. Тема: собрание совета дома
Куртка упала на пол перед шкафом. Пришлось нагнуться поднимая её и вешая как положено: —По какому поводу собрание?
— Темы собрания: организация придомовой территории, ремонт северной лифтовой шахты и знакомство с новым жильцом Натальей Александровной Свирепой— зачитала сервисная программа.
— Значит придётся идти? — спросила Ташка. Примитивная сервисная программа не смогла ответить на риторический вопрос и промолчала. Ташка подождала пять секунд, проворчала: —Надо будет переписать, а то даже неприлично если в доме программиста используется стандартный пакет.
Ташка повысила голос: —Слышишь?
— Слушаю— отозвалась безликая сущность — серверная программа — Говорите.
— Чтоб тебе пусто было— рассердилась Ташка и получила предсказуемый ответ: —Запрос не распознан.
Её торжественно приняли в совет дома состоящий из тысячи ста семидесяти жильцов включая тридцать двух детей до пяти лет, из них одиннадцать младенцев. Часть жильцов присутствовала виртуально открыв видеоканалы, кто-то отсутствовал, кто-то пришёл лично. Последних было на удивление много, почти две сотни. Встречались они во дворе и крепнувший ветер заставлял пришедших мысленно торопить председателя совета дома — Ташкиного соседа, тощего как жердь мужчину средних лет с тяжёлой металлической клипсой-думалкой уцепившейся на мочке правого уха.
В конце собрания он задал вопрос: —Наталья Алексеевна, желаете заняться какой-то общественно полезной работой?
Ташка осторожно отозвалась: —Я очень занята в институте.
— Не замечаю в вас энтузиазма— упрекнул председатель.
— Желаю заняться, но только после нового года— поправилась Ташка.
— Уже лучше— одобрил председатель — И отчего всех постоянно приходится уговаривать?
По рядам собравшихся жильцом прокатился тихий гул. Тройка голубей выискивающих корм под корнями рябины усыпанной ярко-красными, мелкими как птичий глаз, ягодами встревожились и улетела шумно хлопая крыльями.