Наследник
Шрифт:
По толпе мужиков прокатился, словно эхом от колокольного звона, возглас удивления. Мужики перекрестились поголовно, даже комсомольцы, суеверно озираясь.
Раскаявшиеся полицаи плюхнулись вслед за дядькой Богданом на колени, а тот, бросив карабин на землю, слёзно взмолился:
— Люди добрые, простите грешные души! Бес попутал. Мы честно отслужим, только не губите понапрасну, православные.
— Бог милостив, но строг, — Матвей обернулся к предателям. Среди жителей деревни у них имелось немало родичей, а сеять зёрна раздора командиру не хотелось. — Первыми в бою супротив врага смелость выкажете, тогда и в общем строю стоять
— Да мы хоть сейчас готовы в бой, — сурово зыркнув на испуганных молодых сподвижников, за всю компанию поклялся бывалый перебежчик.
— Сейчас вместе и пойдём, вот только приказы раздам, — огорошил штрафную команду чересчур деятельный командир, а затем удивил крестьянское общество гениальной прозорливостью, безошибочно выбрав самых боевитых мужиков из колхоза: — Те, кто помогал разгружать оружие, назначаются командирами боевых групп. Выберете себе по четыре бойца из числа пригодных к строевой службе мужиков. Старики и не обученная военному делу молодёжь пока отряжаются в хозвзвод. Они тоже вооружатся карабинами, но не будут привлекаться к боевым рейдам и караульной службе, а сосредоточат свои усилия исключительно на повышении обороноспособности военизированных объектов. Боевые же пятёрки получат на вооружение: один ручной пулемёт, два автомата, два карабина, пять пистолетов и десяток ручных гранат на группу. Мой заместитель, товарищ Шах, организует раздачу оружия и боеприпасов, а затем проведёт инструктаж по его использованию, однако пока без проведения боевых стрельб. Задачи для хозвзвода: организовать погребение павших в борьбе с оккупантами красноармейцев и мирных жителей, а также выделить группу технических специалистов для доставки в деревню повреждённой вражеской автомобильной техники и тел поверженного врага.
— Да неча с гадами возиться, прикопать немецкую падаль там же в лесу, — брезгливо сплюнул старичок из первого ряда колхозников.
Очевидно, этот разговорчивый дедок пользовался авторитетом среди селян, поэтому Матвей решил назначить его командиром хозвзвода.
— А вам, уважаемый, видать, довелось с немцами ещё в Империалистическую повраждовать?
— И с германцами и с поляками воевал, — гордо выпятил грудь старик. — А потом командиром пехотного взвода всю Гражданскую прошёл до самого Крыма.
— Ну, значит, и партизанский хозвзвод такому ветерану будет по плечу, — ободряюще улыбнулся старику Матвей.
— В штыковую атаку бегать уж мне не по годам, а тыловую часть организую, — расправив пальцами кончики усов, согласился принять команду опытный ветеран.
Общество поддержало верный выбор одобрительными возгласами. Прозорливый парагвайский казак удивительно точно сумел произвести подбор руководителей.
— Всем бойцам получить оружие, а затем командирам боевых групп и хозвзвода подойти ко мне для получения приказов.
Командиры пятёрок выбрали из колхозников надёжных бойцов, в основном своих родственников или друзей, и вперёд хозвзвода выстроились для получения оружия и боеприпасов. Вместе с вооружением каждому ещё выдавались: трофейный ранец с солдатским имуществом, ремень с патронными сумками, немецкая каска и клок простреленного пулями брезента, которым надлежало обшить каску.
Полицаев–перебежчиков Матвей отвёл в здание сельсовета, где они под диктовку написали заявления о приёме их в партизанский отряд и изложили свою версию, как они вместе с советскими сапёрами и диверсантами
Когда подошли командиры, Кадет распределил задачи: кому–то выступить в караул вокруг деревни, специалистам отправиться за трофейной техникой, а остальным заняться погребением погибших. При этом часть похоронной команды отправлялась на машинах к месту разгрома немецкой колонны, чтобы закидать трупы немцев в кузова грузовиков. Для буксировки повреждённых машин, вместе с четырьмя трофейными, отправили и четыре советских полуторки медсанбата, благо их водители остались живы. Колхозные трактора тоже послали вслед колонне трофейщиков, приволочь совсем уж разбитую технику.
После постановки задач партизанам, пришёл черёд побеседовать с бывшими полицаями.
— Какова численность гарнизона, охраняющего мост через реку Бобр? — спросил у командира штрафников Матвей.
— Красноармейцев там было лишь одно отделение, а, сколько теперь немцы там своих сторожей поставили, я не ведаю, — пожал плечами дядька Богдан.
— Ну, думаю, столько же, — логично предположил Матвей. — Больше для охраны уже тылового объекта и не требуется, да и силы немцам нужно было поберечь для удара во фланг советских войск. Окопы и блиндажи располагаются от моста по эту сторону реки?
— Наши были вырыты так, — кивнул Богдан.
— Немцев, захвативших мост, это вполне устраивает, — продолжал рассуждать Матвей. — Им ведь теперь следует беречь объект от атаки диверсантов со стороны вражеского берега. Но вот, наверняка, караульный пост они выставят и по другую сторону моста. Товарищ Богдан, раздобудьте мне гражданскую одежду по росту.
— Сделаем, — бывший староста склонил голову на бок и прищурился. — Я так понимаю, мы к немцам подойдём в виде полицаев?
— Правильно понимаешь, — одобрительно усмехнулся Матвей. — Вот только полицаями будем мы с тобою, а необстрелянные пацаны пойдут под конвоем. Тебе же немцы предписание для доставки военнопленных в лагерь выдали?
— Германские бюргеры рабочей силой не разбрасываются, — подтвердил мужик. — Всучили мне в руки какую–то бумаженцию с гербовой печатью, но я её прочесть не смог, по-немецки писана.
Староста прошёл к столу председателя и достал из ящика сложенный вдвое листок.
— А какие ещё приказы успели отдать немцы? — взяв из рук старосты бумажку и прочитав содержание, спросил Матвей.
— Сначала изъять у населения все охотничьи ружья, а потом готовить к отправке в город колхозные запасы, загружать зерно в мешки. Говорили, что на днях должна прийти автоколонна из Борисова для вывоза продовольствия на центральный склад.
— Ружья собрал?
— Только полдеревни успели прошерстить, — смущённо отчитался бывший полицай–староста. — Дробовики свалили в сельсовете, тут, в чуланчике. Прикажете вернуть?
— Нет, оружия у нас хватает и трофейного, — отрицательно покачал головой Матвей. — Дробовики пустим на капканы–самострелы, но это позже. Ты лучше сейчас озаботься экипировкой остальных штрафников: когда привезут пленных бойцов из похоронной команды, пусть твои парни обменяются одеждой. Надеюсь, из семи комплектов формы красноармейцев найдётся четыре, подходящих по размеру.