Чтение онлайн

— Жаль, что кораблей и подводных лодок ушло в Мурманский порт мало, — посетовал на нерасторопность адмиралов атаман.

— Советское командование флотом надеется сохранить порты на Балтике, — тяжело вздохнув, развёл руками парагвайский генерал.

— А что товарищ Сталин пообещал на недавней встрече в Кремле английскому и американскому послам, когда договаривался о военных поставках?

— Осторожно заверил, что к концу года линия фронта не прогнётся дальше рубежа: Ленинград — Смоленск — Киев — Одесса, — скептически усмехнулся начальник разведки. — Однако сам–то генералиссимус чересчур уверен в силах РККА, и настраивает своих красных маршалов: не отступать дальше старой

государственной границы и, во что бы то ни стало, до зимы удерживать Минск.

— Старого коммуниста не переубедить, — горестно вздохнув, махнул рукой Алексей. — Хотя упрямство вождя нам сейчас на руку, надо использовать большевистский гонор. По мере эвакуации мирного населения и вывоза материальных ценностей из бывшей Бессарабии, будем медленно отходить на утверждённый партией участок линии обороны: Киев — Одесса. Как наш генштаб считает? Казачьи армии обойтись без поддержки из центра страны смогут?

— Рассчитываем, что морячки Черноморского флота подсобят, да и мобилизационный потенциал в южных областях большой, — кивнул генерал. — Главное, чтобы Западный фронт резко не обрушился — позволил нам хвост вытащить из захлопывающейся ловушки. А казаки могут ночными контратаками и глубокими рейдами авиации долго сдерживать натиск противника. В тёмное время суток немцы воевать совершенно не обучены: у них нет ни методики, ни навыков, ни приборов ночного видения, связь и воздушная разведка тоже хромают. Благодаря сверхвысотным казацким дирижаблям, наши войска видят все перемещения крупных подразделений противника и с помощью ретрансляторов поддерживают устойчивую радиосвязь по всей линии фронта. Надо сказать, что если бы не постоянно висящие «глаза в небе» и обеспечение связи между штабами, то немцы сумели бы на остальных участках линии фронта преподнести Красной армии много сюрпризов. А так, о каждом прорыве обороны сразу идёт информация в Кремль. Сил сдержать натиск фашистской орды у большевиков нет, но зато у вождя всё под контролем.

— Вот и ладно, пусть вся подмога из центра страны перебрасывается на северо–западный участок фронта, — решил подсобить соседям союзный атаман, который по договорённости со Сталиным курировал лишь южные рубежи. — Мы с черноморцами пока обойдёмся мобилизацией местных ресурсов.

Кондрашов вытащил из кожаной папки короткую справку и, с хитринкой взглянув в глаза атамана, аккуратно пододвинул к Ронину.

Алексей развернул донесение разведки, внешне не выказывая волнения, ознакомился с содержанием.

— Значит, ефрейтор Матвей Ермолаев со своей пехотной частью тоже в скором времени попадёт на Западный фронт. Эдуард Петрович, если будут ещё какие новости о блудном сыне — сразу докладывайте. Ведь писем от шалопая не дождёшься, а дома мамка беспокоится.

— Понятное дело, — улыбнулся старый друг семьи. — Только вот беспокоиться нужно тевтонским рыцарям, что такой богатырь на рать с ними вышел.

Десятидневный срок, отведённый парагвайскому кадету на первичную подготовку отделения новобранцев, истёк. Жарким июльским утром экзамен по стрелковой подготовке пришла принимать комиссия в составе: комбата, полкового особиста, инструктора по стрельбе и номинального комвзвода, старшего лейтенанта Гусева.

Одиннадцать красноармейцев выстроились шеренгой перед командирами. Бойцы одеты в пятнистые камуфляжные костюмы, схожего фасона с обмундированием армейских разведчиков, но с большим изобилием лоскутков, нашитых на ткань формы, даже матерчатые чехлы касок ими обшиты. Кисти рук прикрыты зелёными перчатками, а лица — тканевыми масками с прорезями для глаз, рта и кончика носа. Вооружение отряда тоже нестандартное:

три снайперские винтовки, три ручных баллисты парагвайского образца, одно противотанковое ружьё с оптическим прицелом, четыре коротких кавалерийских карабина, одиннадцать револьверов типа наган и один пистолет маузер. Ещё у пехотного отделения дополнительно имелось нештатное холодное оружие: у рядовых бойцов десять охотничьих ножей в кожаных ножнах на поясах, а на левом бедре ефрейтора укороченная казацкая шашка, «парагвайка».

— И что это за банда американских ковбоев? — пройдясь вдоль шеренги обвешанных ножами и револьверами красноармейцев, выразил своё недовольство особист и ткнул пальцем в сторону командира отделения. — А у атамана шайки аж сразу две кобуры.

— Умею стрелять одновременно с двух рук, — вытянувшись по стойке смирно, пояснил бравый ефрейтор.

— Докладывали уже, — покосился на скромно стоящего в стороне Гусева особист и с сомнением прищурился: — А остальная банда, когда научилась палить из револьверов?

— Ещё будет время научиться меткой стрельбе, товарищ капитан, пока доберёмся до линии фронта, — оптимистично заверил парагваец: — А сейчас револьверы только компенсируют слабость подготовки по рукопашному бою.

— Вы ещё и рукопашкой успели позаниматься? — продолжал недоверчиво щурить глаз особист.

— Совсем малость, товарищ капитан, — пожал плечами ефрейтор. — Только азы ножевого боя начали постигать.

— Да уж, с револьверами–то и ножами в руках вы любых борцов и боксёров в окопной свалке уделаете, — усмехнулся особист. — Ладно, лучше показывайте, как научились обращаться со штатным стрелковым вооружением. Хотя, по моему, вот эти парагвайские арбалеты не очень–то годятся для боя.

— Малошумные баллисты раскрывают весь свой потенциал только в ночном бою. — Парагваец грустно вздохнул. — К сожалению, на обычном полигоне этого не увидишь, ибо ночные инфракрасные прицелы пассивного типа не помогут при стрельбе по холодным фанерным мишеням. Но мы можем вам показать броски ручных гранат на расстояние в сто метров и метание железных стрел на вдвое большее расстояние.

— В принципе, у нас в полку не каждый автоматчик из ППД-40 на такой дистанции сможет попасть в ростовую мишень, — подступив к особисту, шёпотом высказался инструктор по стрельбе.

— Давайте лучше начнём с обычного вооружения, — предложил программу экзамена комбат. — А уж потом закончим экзотикой.

— Ну показывай, парагваец, выучку своих косматых леших, — отойдя в сторону, указал рукой на рубеж стрельбы полковой особист, который хотя и был по воинскому званию младше комбата, но по должности считался выше.

— Командиры боевых троек, с собаками, занять позицию! — удивил ефрейтор.

Из шеренги вышли красноармейцы с карабинами, и подали костяными свистками команду собакам. Звуков сигнала комиссия не услышала, так как инфразвуковые волны человеческое ухо не воспринимало.

— Старинный приём лесных браконьеров, — усмехнувшись фокусу, пояснил особист коллегам.

Из густой травы, на краю стрельбища, выскочили охотничьи собаки и подбежали к своим вожатым. Молодые лайки были обучены не издавать шума и двигаться впереди охотника.

Стрелки неторопливо шли к рубежу, лайки зигзагами бегали по ходу движения, то задирая голову и прислушиваясь, то уткнувшись носом в землю и что–то вынюхивая.

— Обучение боевых псов ещё не завершено, — извинился ефрейтор. — Выискивать зверя, идти по следу и не бояться ружейных выстрелов — их натаскали до нас, а вот обнаруживать мины учим мы. Взрывчатку–то собаки находят легко, но вот только проволочные растяжки задевают лапами. Над этим надо ещё поработать.